Читаем без скачивания Другая жизнь оборотня - Дарья Донцова

– Ну и ну, – протянула я, – типичная «горячая монета». Мать «Настеньки» молча недобро взглянула на немолодого мужчину, который пристал к ее дочке. Степан Андреевич споткнулся и чуть было не упал. А бабка Катя воспользовалась ситуацией. Однако «старушка» быстро соображает, молодец.

– В начале сентября Богатов примчался сюда окрыленным, – продолжал гомеопат, – дал мне фотографию и заявил: «Баба Катя оживила мою маму».

– Оригинально, – протянула я.

Антон покосился на мирно похрапывающего клиента.

– «Бабуся» сия оказалась с фантазией. Она якобы целый месяц шаманила, вызывала душу Ольги Ивановны, а та все не шла. В конце концов Екатерина «выяснила», что Ольга Ивановна неимоверно переживает за судьбу сына, поэтому пошлет ему свою помощницу. Степа скоро встретит женщину, которую ему отправляет мамуля. Дама эта не юная девушка, замужняя, имеющая детей. Эта особа станет ангелом-хранителем бизнесмена, ее надо слушаться, советоваться с ней во всем, что связано с личной жизнью, в бизнесе же придется по-прежнему разбираться самому. Фотографию мать из потустороннего мира передать не может, но она тщательно описала внешний вид посланницы: худенькая натуральная блондинка, рост метр шестьдесят четыре. Короткая стрижка, глаза голубые. Возраст – за тридцать пять.

– Все совпадает со мной, – усмехнулась я. – Но женщин с подобной внешностью немало, и диапазон «за тридцать пять» обширен. Это может быть как сорок, так и семьдесят лет.

Антон протянул мне открытку, которую ранее достал из ящика стола.

– Мать не может прислать фото той, кто заменит ее на земле. Но Степа легко опознает даму вот по такой брошке. Узнаете?

– Да, – кивнула я, – красное сердце, сделанное из хрустальных кристаллов. Не очень люблю такие броские, привлекающие внимание украшения. А броши вообще раньше не носила. Но эту мне на день рождения подарил Феликс, купил в фирменном магазине известного, совсем не дешевого бренда в Москве. Безобразие, что стекляшки стоят почти столько же, сколько бриллианты. Я ношу брошь постоянно только потому, что это презент мужа.

– Баба Катя день назад поговорила со Степаном, показала ему фото брошки и предупредила: «Как только увидишь описанную мной женщину с таким украшением, знай: она заместительница твоей мамочки».

– Отлично, – протянула я, – уверена, что Степану предстояло «столкнуться» с тетушкой якобы совершенно случайно. Ай да баба Катя, решила управлять Богатовым.

– Но в дело вмешалось само провидение, – сказал гомеопат. – В случае любого стресса, пусть даже радостного, Степан всегда мчится ко мне. Он приехал часа полтора назад, заглянул в столовую, гостиную, искал меня.

– Не заметила его, – пробормотала я.

– А он вас увидел и впал в экстаз, – улыбнулся Антон. – Прибежал сюда, с порога заорал: «Антоша, она тут! Как я раньше не дотумкал? Конечно, мамочка велела ей быть здесь, в особняке моего единственного друга!» Потом он бросился вас искать.

– Хитрая старуха должна была назвать Степану имя «ангела», – справедливо заметила я. – А он не спросил, как меня зовут, интересовался лишь цветом волос.

– Посланницу матери именуют Дарьей, – улыбнулся Антон, – Степа у меня вашим именем поинтересовался.

– М-да, не повезло бабке Кате, – развеселилась я, – все совпало. Глупо покупать брошь в магазине, всегда есть шанс нарваться на такую же у кого-то другого… Хотя… Бутик этой фирмы в Москве один, украшение очень дорогое и, на мой вкус, китч. Ой, надеюсь, вы не передадите мои слова Феликсу, он искренне старался… Так вот, продавщица сказала Маневину: «Советую взять этот уникальный презент. Брошь существует в единственном экземпляре». Конечно, она соврала, торговцы часто лгут, чтобы сбыть товар. Небось и бабе Кате она то же самое заявила, а та, как и Феликс, поверила врунье. Ну конкретное невезение! Я еще и Дарьей оказалась. Сглупила мошенница, следовало назвать «помощницу» Евстахией.

– Так ведь Степан мог паспорт у «помощницы» попросить, – развеселился гомеопат, – посмотреть, что там написано. Катерина должна была еще отчество озвучить и фамилию, а она решила, что хватит внешности плюс брошь да имя.

– Значит, фото «ангела» Ольга Ивановна с того света отправить не могла, а снимок броши запросто, – разозлилась я. – И коим же образом баба Катя его получила?

Антон пожал плечами:

– У меня возникло предположение, что «бабуся» никак не могла договориться с «ангелом». Возможно, было несколько кандидатур на эту роль, она выбирала, кто возьмет с нее меньше денег за работу и будет беспрекословно ее слушаться. Не простое это дело, найти помощницу. А насчет снимка… Я спросил у Степана то же самое: как баба Катя получила фотку? Еще раз посмотрите на нее.

Я начала изучать снимок.

– Качество плохое, изображение слегка размыто. Такое ощущение, что снимок сделан с экрана телефона или телевизора.

Гомеопат поморщился.

– Не угадали, это мыслеформа. Ольга Ивановна отправила бабе Кате изображение ментально.

Я развеселилась.

– Оно влетело моложавой старушке в мозг, а та потом напечатала его на принтере? Неужели Степан, умный мужчина, поднявший с нуля серьезный бизнес, способен поверить в такую чушь?

– Как видите, он поверил, – вздохнул гомеопат. – Любимая мамочка так опасалась женитьбы сына на неподходящей, по ее мнению, девушке, что крепко зазомбировала сына, испортив ему жизнь. Баба Катя в чем-то сглупила, а кое-где проявила предусмотрительность. Она предупредила бизнесмена, что злые силы не дремлют, ему может повстречаться женщина, которая будет похожа на посланницу Ольги Ивановны, но она – привидение из ада.

– Маразм крепчал, – фыркнула я.

– Поэтому олигарху надо помнить: ангел от матери настоящая блондинка, не крашеная, с голубыми глазами. А у призрака волосы осветленные и цветные линзы.

– Надо же, какие эти злые духи продвинутые, – ухмыльнулась я. – Ходят в салон, пользуются оптикой… В прежние времена заворачивались в саван и бряцали цепями, а теперь модничают. Этак они скоро нарощенные ногти сделают и перманентный татуаж бровей. Возможно, баба Катя и владеет азами психологической науки, но где она видела представителей сильного пола, которые могут определить, что у спутницы подкорректирован цвет волос, и…

Голова у меня вдруг заболела так сильно, что я зажмурилась.

– Плохо? – посочувствовал Антон.

– Да, – простонала я. – Уж извините, ваша настойка не сработала, мне стало хуже…

Я уже не могла говорить – по телу побежала горячая волна. Она быстро поднялась от ступней к коленям, добралась до поясницы, груди, захватила руки, шею, переместилась на щеки, лоб… Я еще сильнее зажмурилась, хотела позвать на помощь, как вдруг в районе затылка будто с треском лопнула резинка, щелкнув меня в основание черепа. Я ойкнула и схватилась за больное место. Жар испарился без следа, глаза открылись помимо моей воли.

– Что это было? – прошептала я.

– Как мигрень? – задал свой вопрос Антон.

Я обомлела.

– Она прошла. Чудо!

– Просто гомеопатия, – возразил Антон. – Дам вам эти капли с собой. Когда закончатся, вы знаете, где их взять. Но у меня к вам просьба: давайте воспользуемся вашим удивительным сходством с помощницей Ольги Ивановны и «расколдуем» Степана.

– Как? – уточнила я.

– Сейчас введу вас в курс дела, – пообещал Антон. – Богатов вот-вот проснется, нам надо успеть договориться.

Глава 11

– Мама! – заорали у меня за спиной. – А грецких орехов-то нет!

Женщина, выбиравшая около меня пакет с крупой, впала в ступор, а потом принялась бесцеремонно меня рассматривать.

– Мама! – надрывался гулкий голос. – Арахис не подойдет?

– Нет, – ответила я. – Надо посмотреть на кассе, там всякая мелочовка продается.

– Вкусные орехи ищете? – пропела незнакомка с упаковкой гречки в руке.

– Грецкие, – уточнил Степан, – они маме нужны.

Дама опять принялась ощупывать меня взглядом и посоветовала:

– Поройтесь в кондитерском отделе, недавно я видела их там.

– Спасибочки! – обрадовался Богатов, повернулся, сшиб животом коробку с леденцами и помчался к вывеске «оплата только в рублях».

– Симпатичный у вас мальчик. А сколько вам лет? – проявила нездоровое любопытство незнакомка.

– Успела справить тридцатилетие, – отшутилась я и юркнула в стеллажи, прекрасно понимая изумление покупательницы – более чем стокилограммовый лысый Степан выглядел на пятьдесят с гаком.

– Мама! Нашел! – возвестил на весь торговый зал Степа.

Я помахала ему рукой и приблизилась к «ребеночку».

– Степан Андреевич, не обращайтесь ко мне «мама».

– Почему? Тебя же мамочка прислала, ты для меня все равно что она, – возразил бизнесмен. – Слов нет, как рад тебя снова видеть! Не могу в себя прийти! Баба Катя не соврала.

Я понизила голос до шепота.

– Но я не Ольга Ивановна. Я ее посланница. Поэтому лучше зовите меня Дашей. Давайте проверим, что нам надо купить.