Читаем без скачивания Хроники Вергилии. Империя орков - Виктор Ятаганов

Я тупо уставился на лежащее передо мной тело, потом посмотрел на по-прежнему зажатый в моей руке кинжал. Испачканное в крови черное изогнутое лезвие словно бы притягивало к себе весь свет. Приглядевшись, я увидел бегущую вдоль кромки причудливую вязь замысловатых рун. Где-то я уже видел похожий кинжал…

Но вспомнить мне помешал стук распахнувшейся двери. Я обернулся.

Глава 15

Как кур в ощип

Не глядя под ноги погнавшись за мелькнувшей вдали удачей, ты рискуешь споткнуться о камень и свернуть себе шею.

На пороге стоял старый, богато одетый гоблин. Он с ужасом взирал на лежавшего на полу мертвеца, словно не мог поверить своим глазам. За спиной гоблина виднелась стоявшая на крыльце толпа его собратьев.

– Нет… нет… не может быть!.. – слабым голосом прошептал гоблин и, застонав как раненая птица, бросился к погибшему юноше. – Нардаг! Нардаг, сыночек, очнись! Ну очнись же!..

Гоблин принялся трясти его за плечи, словно это могло помочь. По морщинистым щекам хлынули слезы. Отерев их рукавом камзола, гоблин оставил наконец мертвеца в покое и, вскочив на коротенькие ножки, обвиняюще ткнул в меня указательным пальцем:

– Ты! Это ты!.. – вне себя от гнева прокричал он, продолжая тыкать в меня пальцем.

Толпа на крыльце глухо ворчала, вторя словам старика:

– Убийца…

– Он убил Нардага!

– Он убил…

– Убил Нардага!..

Я непонимающе уставился на гоблина, потом мой взгляд упал на по-прежнему зажатый в моей руке кинжал. Ха’ри так! Эта проклятая некромагиня подставила меня!

– Эй, подождите! Я ни в чем не виноват! – вскочив на ноги, поспешно воскликнул я.

– Взять его! – с ненавистью прокричал убитый горем старик.

– Держи убийцу! Взять убийцу!.. – откликнулась толпа.

Растолкав зевак, в дом ворвалась четверка гоблинов, одетых в длинные светло-желтые балахоны стражи. В их руках были зажаты деревянные посохи, увенчавшиеся причудливыми резными навершиями, в которые были вставлены магические камни.

– Стихия земли! Песчаная тюрьма!

Гоблины одновременно взмахнули своими посохами, камни вспыхнули ослепительной желтой вспышкой, и от них ко мне протянулись песчаные веревки.

Я шарахнулся в сторону, но разве магию обгонишь? Песчаные веревки крепко спеленали меня по рукам и ногам, и я рухнул на пол. Кинжал вылетел из моей ладони и закатился под шкаф.

Но на этом стражники Грунка не успокоились. Один из них подбежал и проворно обыскал меня, отобрав все оружие. А магический песок все продолжал обволакивать меня, и вскоре я оказался в плотном коконе.

Стражники отступили в сторону. Толпа ворвалась в дом и, скандируя:

– Смерть убийце!.. Повесить его!.. Смерть ему! Смерть убийце!.. – подхватила меня на руки и поволокла прочь из дома.

Я мог лишь беспомощно таращиться в небо. Скосив глаза, я увидел часть улицы. Прохожие поспешно шарахались в стороны и прижимались к домам, стараясь побыстрее убраться с дороги разгневанной процессии.

Внезапно я увидел в толпе зевак удивленные лица друзей.

– Эль! – закричал я, пытаясь привлечь их внимание.

В воздух взвился камень, угодивший мне точнехонько между глаз. В переносице вспыхнула немилосердная боль, из носа хлынула кровь.

Таким образом меня, осыпаемого со всех сторон камнями и бранью, доставили в Дом правосудия – самое большое здание в городе, в котором заседал правивший Грунком Совет.

Я оказался в маленькой тесной камере, сплошь провонявшей нечистотами. Стражники бросили меня на пол и вышли. Лишившись магической подпитки, окутывавший меня песок рассыпался. Я тут же вскочил на ноги и бросился к двери. Сквозь крохотное, забранное частой решеткой окно был виден уходивший вдаль коридор, а также дверь противоположной камеры, в окошке которой виднелась потрепанная физиономия вусмерть пьяного гоблина.

Гоблин улыбнулся беззубым ртом и помахал мне рукой.

– Ты тоже невиновен? – прошамкал он и визгливо рассмеялся.

Я досадливо цыкнул языком и отошел в глубь камеры. С печальным вздохом оглядев свое новое жилище, я устало опустился на груду песка и потрогал распухший нос. У метнувшего тот злополучный камень гоблина явно не хватило сил, чтобы сломать мои крепкие полуорочьи кости, но ушиб получился будь здоров.

Не было никаких сомнений: ученица некромага подставила меня. И как я сразу не понял, что это ловушка! Алия оглянулась, словно проверяла, следую ли я за ней…

Внезапно я вспомнил, где видел кинжал, похожий на тот, каким убили юного гоблина. У приора Ваалура. Новый король Лагарона, оказавшийся на троне благодаря закулисным интригам Кана, пытался тайно постигнуть азы некромантии по добытым его прапрапрадедом в Первой Великой войне книгам. И для своих ритуалов он использовал черный, покрытый такими же рунами нож.

Я с горечью рассмеялся. Алия специально попалась мне на глаза. Она ЗНАЛА, что я, не задумываясь, последую за нею. Но почему для убийства она использовала именно некромагический кинжал? Специально? Ради шутки? Или чтобы я понял, что она и ее учитель с самого начала запланировали меня подставить?

Я снова вздохнул. Интересно, кем был тот убитый гоблин? Судя по его одежде и дому, он был из богатой семьи… возможно, родственник кого-то из членов Совета Грунка. Значит, если друзья ничего не предпримут, меня казнят за преступление, которого я не совершал.

Ирония судьбы! Я уже второй раз оказываюсь в подобной ситуации. Только в прошлый раз меня обвинили в убийстве Альвильона, старшего сына эльфийского князя Элагора.

Мне не оставалось ничего иного, кроме как ждать.

Спустя несколько оборотов[6] дверь камеры распахнулась. На пороге стояли четверо гоблинов-стражников с магическими посохами в руках.

– Выходи, – хмуро буркнул один из них.

– Что, меня даже не свяжут? – с иронией усмехнулся я, выбираясь из тесной камеры и с наслаждением вдыхая относительно свежий воздух коридора.

– Поговори нам еще тут… – проворчал гоблин. – Давай уже, топай.

– И без глупостей! – с угрозой предупредил его товарищ.

Я покорно зашагал в указанном направлении. Сопротивляться смысла не было. Двое стражников шли впереди меня, двое позади, и, напади я на одного из них, остальные немедленно спеленают меня магией. Лучше пока подождать: авось представится возможность для побега.

Меня привели в большой полукруглый зал. У прямой стены на высоком постаменте стоял длинный стол, за которым возвышались семь резных кресел. Перед каждым из них на специальных подставках лежали два мраморных шара – один черный, другой белый. От середины зала к полукруглой стене тянулись ряды скамей. Все места на них были заняты возбужденно переговаривавшимися зрителями. В основной массе это были гоблины, но виднелись также пришедшие поглазеть на «представление» старатели и других рас: люди, орки, гномы и даже пара эльфов.

В центре зала возвышалась просторная железная клетка. Стражники распахнули дверцу и запихали меня внутрь. Щелкнул замок. Четверка гоблинов замерла по бокам от клетки, бдительно сторожа опасного пленника.

Я огляделся, ища в топе зевак лица своих друзей, но не увидел их. Не пришли или их не пустили?..

Один из стражников несколько раз громко постучал пяткой посоха по полу и зычным голосом призвал всех к порядку. Мало-помалу гомон толпы утих.

Я увидел входящих в зал через боковую дверь богато одетых гоблинов, среди них был и обвинивший меня в убийстве старик. Похоже, сегодня удача окончательно отвернулась от меня, потому как этот гоблин уселся на центральное кресло. Оно отличалось от шести стоящих по бокам от него размерами и богато инкрустированной резной спинкой.

Я понял, что мне конец, некромаг все-таки добился своего…

Внезапно севший в пятое с краю кресло гоблин мне подмигнул. Я изумленно уставился на его покрытую бородавками физиономию цвета весеннего болота. Гоблин был одет в дорогой камзол с причудливой золотой вышивкой. Его короткие морщинистые пальцы с крепкими черными когтями были унизаны драгоценными перстнями, с шеи свисала толстая цепь с массивной подвеской. И он определенно откуда-то меня знал. Почему я так решил? По его взгляду, добродушному и чуть-чуть насмешливому. Он смотрел на меня как на старого друга, неожиданно встретившегося на пути. Но, судя по выражению лица гоблина, для него это была неожиданность приятная.

За этими размышлениями я едва не пропустил начало процесса. Сидевший в первом кресле гоблин поднялся и, прокашлявшись, зачитал обвинение:

– Сей человек обвиняется в убийстве Нардага, сына досточтимого мастера Гадара, председателя Совета Грунка…

Похоже, знать мое имя им вовсе не обязательно. Что ж, тут с правосудием не тянут.

– …Вина доказана и отрицанию не подлежит, – продолжал разглагольствовать гоблин. – Наказание – смертная казнь через четвертование.

Толпа возбужденно загомонила, подхватывая и передавая по рядам слова гоблина.