— Поднимемся в храм, посмотрим, что заработали? — Тоном заядлого манчкина[7] произносит гигант...
Слайд тридцать пятый.
Все дело в ролевой системе — этой игры богов. Она была чрезмерно сложна как по мне. Тут, как в любой уважающей себя многопользовательской ролевухе, можно было набирать опыт и развивать своего персонажа. Только вот с одним отличием, этим персонажем был ты сам. Экспириенс делился на несколько видов. Индивидуальный: в зачет шло убийство приверженцев иных богов. Причем не важно было как, засчитывался только сам факт убийства. Это был так сказать индивидуальный зачет. Вторым видом экспы, была репутация. Она была не индивидуальной, а касалась всех приверженцев того или иного бога. Репутация начислялась за осквернение храмов иных богов, захваты в плен и ритуальные убийства, а так же в зачет шла репутация у местного населения. Как оказалось, на материке было и такое.
Так, что вот так, с самого начала нарубив приличное количество врагов, я и Эд очень неплохо "заработали". Грубо говоря Эд получил два уровня, а я аж целых три.
— Что выбрать?
— Можно подумать тут богатый выбор?
Мы стоим в храме у алтаря. И нам предлагают различные варианты прокачки самих себя. Это могло бы вызывать улыбку, но почему-то совсем не вызывает.
— Увеличение силы на десять процентов, выносливость на десять же и крик "Бра" первого уровня, который усиливает следующий удар в два раза, кричать можно раз в час. — Читает в слух Эд.
— Судя по тому, что происходит сегодня, имеет смысл апнуть силу.
— С чего бы? — Не соглашается гигант.
— Ну смотри. Крик конечно полезен, особенно при твоих габаритах: крикнул, стукнул, и не важно закрылся противник щитом или выставил блок, все равно ты его пришибешь. — Тут Эд согласно кивает. — Но! Час! За сколько сегодня ты накосил своих восемнадцать?
— За тридцать минут. — Атлант проведя не хитрый подсчет соглашается. — Ну да, в дупу этот крик.
— Выносливость, это конечно надо. Но я очень сомневаюсь, что нам еще хотя бы раз позволят так сегодня резвиться. Дураки, они быстро переведутся. — Хотя надо признать, махать секирой и таскать доспех я устал, наверное из-за этой усталости меня и убили, не успел вовремя поднять секиру для блока..
— Сила, выносливость, я рассчитывал на что-то более полезное. — Набычился атлант. Ну да, у него всего этого и правда в избытке.
— А ты подумай. Ты и так силен, а десять процентов это не так и мало, я бы сказал, что это много!
— Да, я мышцы немного покачаю и к тому же эффекту приду. — Не унимается Эд.
— Покачаешь, одно другому не мешает. А впрочем, выбирай сам.
Я то выбрал не задумываясь. Таскать на себе готику это развлечение не из тех, что хочется повторять снова и снова и если она станет хоть немного легче, то это уже огромный бонус.
Второй уровень не намного увеличивал возможность выбора. Появилось слово "исцеления". Мгновенно заживляло одну случайную рану, пользоваться можно было раз тридцать минут. Полезно, но если учесть, что стоило хоть пять минут не махать оружием и не участвовать в бое, как твое тело тут же исцелялось от любых ран, то я посчитал не сильно нужным это "улучшение". Хотя, иногда, это и будет спасать, но я предпочел опять взять "силу". Всего-то надо было озвучить свой выбор пред алтарем. Доспех и секира заметно полегчали. Приняв окончательное решение еще разик апнул силу. А если я еще приведу себя в порядок, позанимаюсь, то вскоре смогу носить этот фулплейт как легкую кожанку!..
Слайд тридцать шестой.
Местные. Когда я их первый раз увидел, мне чуть дурно не стало. Упыри упырями, один в один. Серокожие, бледные, худющие, отвратительные. И их речь, она напоминает больше шипение гадов, чем голос разумного существа. Они называют себя ургами. Увядающий вид. Некогда великий. Вид породивший огромное число величайших магов. Которые заигрались с теми силами, что не понимают и разрушили все. Весь мир канул в лету, и остался только этот небольшой материк, отголосок былого величия. Да и остался он только по тому, что вступились боги, выбрав мир ургов как полигон для своей игры. И сейчас по городским мостовым бродят как тени они, потомки некогда великого народа, растерявшие почти все умения и знания — урги...
Слайд тридцать седьмой.
Нам тут были не рады. Нет не родянам, а вообще всем людям. Каждый ург столь явно показывал свее презрение к нам — человекам, что хотелось в ответ плюнуть. Очень хотелось, но нельзя. Это штраф, минус репутация. Вот вроде мелочь, но злить того, кого тут называют не иначе чем бог Род, мне не хотелось совершенно. А еще их бесило, что они зависели от воли богов, а главное, они зависели от нас!
Их мир умирал, из-за близости к аду. Как оказалось к самому настоящему аду. Правда небольшому такому, местного разлива аду, но тем не менее. Иногда он подходил так близко, к реальности этого мира, что можно было буквально провалиться него. Да-да. На полном серьезе провалится прямиком ад! От таких мыслей мурашки по телу. Правда попадание в ад для нас — игроков, не было фатальным само по себе. Беда в том, что преисподняя кишела различными монстрами, бесами, чудовищами, демонами, а вот они... Да, они очень быстро и качественно были готовы избавить любого от такого недостатка как жизнь. И опять нам повезло, в отличии от демонов. Те убив любого из людей не получали ничего, а мы просто вновь возрождались в зале резуректа. Так гласила рассказанная смотрителями теория. Как было на практике, мне еще предстояло узнать.
И вот в местах где ад был наиболее близок, проявлялось то, без чего местные не могли жить. Они называли это росой. Мелкие кристаллики, чем-то напоминающие соль. Но в них была заключена сила. Магическая сила, от которой так зависели местные. Все их существование было завязано на магии, но вот беда, те могучие урги, те великие маги, давно канули в лету, а те что жили сейчас, не умели почти ничего. И могли разве что поддерживать едва теплящуюся жизнь в старых артефактах, которые не давали им погибнуть окончательно, которые удерживали материк от падения в ад. Которые кормили и поили местных, здесь все держалось на старинных магических вещах. А тем для работы нужна была сила. Сила росы.
Но вот добывать её, этот ценнейший ресурс, было безумно опасно, ведь урги умирали как и все не-игроки, один раз и навсегда. И сейчас на нас смотрели надеждой и от этого ненавидели еще сильнее. И презирали...
Слайд тридцать восьмой.
— А, где наши?
Этот вопрос заданный Эдом и меня волновал. Ступени храма были пусты, а ведь когда мы уходили Джас, Каркуш и Павел обещали нас дождаться. И вот те на, пустые ступени.
— Не думаю, что они пошли за ворота, а в городе им ничего не грозит. — Пожимаю плечами.
— Но, куда они свалили?..
Слайд тридцать девятый.
Серость, серая серость, это все, что видит глаз. Что ж тут так все убого то. Давящее и не правильно. Неужели нет других цветов и оттенков в природе? Чем ургам так приятен серый в его самом мерзком проявлении. Даже городская ратушная башня, и та возвышается мутной стелой, укоризненно грозя небу стальным шпилем, который умудрились выкрасить в цвет замызганной шинели. Вся эта безрадостная городская атмосфера никоим образом не разбавлялась бледными фигурами самих ургов, а только подчеркивала свою чужеродность нам. Ни одной травинки, на наглухо окованных камнем улицах, ни намека на парк или алею, царство серой окаменелости, во главе со своими бледными хозяевами. При этом стоит выглянуть за городские ворота, как природа показывает во всей красе богатство красок и оттенков весны...
