- Да, я помню, - покивал старик. - Вот только где найти шапу?
- Может быть, там? - Салакуни ткнул веслом вперед. - Я вижу высокие деревья. Это джунгли, вот только никакого озера впереди нет.
- Возможно, я немного ошиблась? - Ларимма встала в лодке. - Да, о великий! Болото кончается, мы не погибли, как обещал нам это мерзкий старик! Скоро ты увидишь Шерешен, любовь моя, греби скорее!
Салакуни послушно приналег на весло, и даже старик, немного отдышавшись, взялся ему помогать. Хоть это и чужие джунгли, и ждать от них хорошего приходится еще меньше, чем от родных, а все-таки владения Джу-Шума, покровителя всех лэпхо. Солнце почти уже закатилось, когда лодка застряла и путешественникам пришлось бросить ее. Ларимма намекала, что неплохо бы посадить ее на спину, потому что даже такая сильная и красивая женщина не может сама ходить после ночи с десятком демонов-извращенцев, но Салакуни ее не услышал. Он быстро пошел вперед, время от времени разрубая встретившихся змей чудесным ножом и пожирая их на ходу.
Ноги вязли в дне, болото словно не хотело отпускать своих гостей. Но Чиптомака был доволен: теперь ничто не пружинило, крыша мокрого ада осталась далеко позади. Стараясь не отставать от воина, он брел к далекой линии деревьев, время от времени поглядывая на солнце. Лучше бы успеть отойти от болота подальше еще до заката, да только джунгли, кажется, совсем не приближались. Так продолжалось еще довольно долго, пот заливал старику глаза, он несколько раз упал. Салакуни ушел уже шагов на сто вперед, неутомимый, могучий и кряжистый, как дерево нкули. Чиптомака хотел позвать его, попросить немного отдышаться, но опять поскользнулся и рухнул в вонючую воду. Тогда и закричала за его спиной Ларимма.
"Если ее ужалила змея, то так глупой и надо," - подумал лэпхо, оборачиваясь.
Но дело было не в змее. Женщина сидела в грязи, лицом к болоту, и длинно, безостановочно выла от ужаса. Чиптомака должен был признать, что с удовольствием бы присоединился к Ларимме. Там, откуда они пришли, клубящиеся куски тумана поднялись к самому небу, сложившись в знакомую фигуру человека с головой спира.
- Э-ээ!! - только и промычал старик, тыкая рукой в сотканного из облаков волшебника. - Э-э-э!
- Это тот самый, - спокойно сказал отважный Салакуни, оказавшийся рядом. - Я узнал его по келуму, он такой же черный, как руки и ноги. А туловище белое... И вот еще: на голове обломан один клык, видишь?
- Ы-ы! - согласился Чиптомака.
- Он хочет нам отомстить. Я бы с удовольствием с ним сразился, но он ведь из тумана, понимаешь, лэпхо? Ничего не получится, наверное.
Чиптомака словно зачарованный смотрел на колоссальную фигуру. Между тем волшебник вдруг приоткрыл пасть, запрокинул уродливую голову, словно взревев. Потом поднял левую ногу и сделал первый шаг. Ларимма перестала выть и быстро поползла назад, толкаясь локтями и пятками.
- Я помогу ей. Ведь ни к чему встречаться демоном сейчас, перед самым закатом, как ты думаешь?
Лэпхо не думал совершенно никак, и Салакуни пришлось его немного пнуть, чтобы привести в чувство.
- Да-да, и-эмма, то есть нет, ни к чему, бежим скорее!
- Он, конечно, догонит нас, но в джунглях потеряет часть волшебной силы, - Салакуни пошел навстречу демону, занесшего уже вторую ногу. - Ларимма, забирайся мне на спину.
Даже с толстой сильной женщиной на плечах гигант будет двигаться куда быстрее Чиптомаки. Сообразив это, старик подскочил, заставил себя отвести взгляд от круглых глаз спира, и кинулся в сторону джунглей, поднимая тучи грязные брызг.
Вот теперь Чиптомака бежал по настоящему. Время от времени падая, он кидал быстрый взгляд за спину и каждый раз убеждался, что волшебник заметно приблизился. Уже можно было рассмотреть длинный порез на правой ноге, возле самой щиколотки. Неутомимый Салакуни, на закорках которого ехала Ларимма, обогнал наконец лэпхо, и успел перехватить его взгляд.
- Это я нож попробовал, прежде чем рубить!
- Не бросай меня, о Салакуни! И-эмма!
- Деревья совсем близко! Беги! Там я с ним сражусь!
"Это не честно!" - думал старик, с трудом поднимаясь. - "Я гораздо легче Лариммы, меня спасать проще. Почему он выбрал ее?"
Негодная женщина, в который раз реагируя прямо на мысли Чиптомаки, вывернула шею и показала язык то ли демону, то ли старику, то ли обоим сразу. Боясь, что волшебник рассердится и перейдет на бег, лэпхо оглянулся. Нет, облачное чудовище продолжает двигаться шагом, но очень скоро нагонит выбившегося из сил странника.
Старик пробежал еще несколько шагов и споткнулся то ли о корягу, то ли о змею - не было времени разбираться. Хриплый, измученный вдох пришелся именно на тот момент, когда лицо оказалось под тухлой водой. Отплевываясь, Чиптомака вскочил, но тут же согнулся от приступа тошноты. Подняв голову снова, он отчетливо увидел, что Салакуни достиг наконец сухого места. Вода кончилась, там можно было бежать куда быстрее! Но успеет ли добраться туда лэпхо? Он оглянулся.
Чтобы рассмотреть голову демона, старику пришлось хорошенько задрать свою. Волшебник слова ревел, обе его ступни покоились на болоте. Отказался от преследования и рычит от ярости? Об этом можно подумать и потом. Чиптомака снова побежал, заставив себя не останавливаться до тех пор, пока под ногами не оказалась мокрая трава. Деревья, заросли нкули, виднелись всего в нескольких сотнях шагов.
- Он уменьшается! - Салакуни остановился и смотрел на чудовище, не обращая внимания на понукавшую его пятками Ларимму.
Чиптомака подбежал к нему, и только после этого оглянулся. Действительно, облака и клочья тумана опускались к земле, каким-то чудом исхитряясь сохраняя порядок. Волшебник просто уменьшался, всеми частями своего странного тела одновременно.
- Что ты об этом думаешь?
- Я думаю, надо убраться подальше! Как можно дальше!
- Да, солнце садится, а мы еще не набрали топлива. Глупо будет, если нас сожрут какие-нибудь терки. Верно, Ларимма?
- Верно, о любовь моя!
- Тогда слезай поищи хоть что-нибудь съедобное, вроде ягод или грибов. От змей у меня очень неприятный привкус во рту остался.
В темноте они дошли до нкулиего леса, развели костер. И Чиптомака, и женщина пытались уговорить воина уйти подальше от болота, чтобы не приманивать на огонь всякой дряни, вроде людей и демонов, но тот решительно отказался. Ларимма действительно исхитрилась отыскать каких-то грибов и кореньев, кое-что досталось и Чиптомаке.
Салакуни, немного пожевав, вытянулся у костра. По обеим его сторонам сидели женщина и лэпхо, одинаково обхватив колени и с ужасом прислушиваясь к доносившимся с болота звукам. Старик незаметно стал напевать про себя песню об Асулаши, повелителе мокрого ада, грудь которого о ста сосцах и из каждого течет черная кровь. Это успокоило его, незаметно пришел сон.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
