— Что происходит? Мы столкнулись с чем-то? — останавливаясь на верху на мостике, спросила Антарес.
— Ответ отрицательный. Столкновение с внешними объектами не подтверждаю, — сказала Варвара.
— Дождемся результатов тестирования, — вздохнул Джек, — Пока могу сказать только одно — мы опять приехали.
— За такое вождение у нас скоро права отберут, — почесав в затылке, заметил Себастьен Дабо.
— Что ж за времена настали? — ругался Мишин, получив данные по тестированию оборудования, — Весь Гражданский космофлот теперь держится, простите меня, на соплях! Стабилизатор полетел в правой турбине главного двигателя. Это деталька с ладонь величиной.
— А чуть не гикнулись из-за нее, — мрачно заметил Себастьен.
За не имением стульев и кресел, весь экипаж, включая Шефа, уселся в рубке на ступеньках трапов, ведущих от пульта на мостик и смотровую площадку.
— Так замените ее и дело с концом, — сказал Джек.
— Это наружные работы, а скафандры наши тю-тю, — возразил механик.
— Варвара, где у нас ближайшая станция техпомощи? — запросил Джек главный компьютер.
— Космическая платформа «альфа-Ганимед», — начала Варвара.
— А! — с досадой отмахнулся Джек, не дослушав ее, — Туда нам и нужно, но сначала мы должны телепортироваться. А мы не сможем, верно, стармех?
— Забудьте, — поморщился Игорь, — Варвара, какую продолжительность полета мы можем позволить себе на остаточной мощности? Без ремонта, конечно.
— Продолжительность полета при имеющейся мощности сорок восемь часов, — доложил компьютер.
— А потом мы будем вечно дрейфовать в космосе, пока нас не снимет с корабля спасательное судно или не притянет какая-нибудь планета, — сказала Антарес Морено, — Мило.
— Надо садиться, командир, — сказал Мишин, — Без этого нам не починиться.
Джек молча кивнул.
— Открой лоцию по данному квадрату, — сказал он компьютеру, встав со ступенек и подойдя к пульту, — Нужна какая-нибудь планета с подходящим для ремонта климатом в пределах сорока восьми часов полета.
По экрану информационного монитора побежали текстовые страницы. На них замелькала зеленой полосой поисковая строка. Джек улавливал легкий шепоток тревожных и недовольных мыслей своей команды. Ему с трудом верилось, что это снова происходит с ним.
— Как же здорово! — одобрительно воскликнула Антарес Морено, — Шеф, ты гений!
Из двух больших контейнеров от купленных на планете Китара консервов и пластикового фрагмента обшивки камбуза Шеф Беллини соорудил длинную лавочку, которую установили перед пультом управления, к огромной радости всего экипажа. Сидя на ней между Мишиным и Джеком, Антарес читала выдержку из лоции, предоставленную Варварой.
— Единственные находящиеся в пределах досягаемости небесные тела это скопление астероидов Лента Мебиуса, которое вращается вокруг звезды Эм-7, — Антарес ткнула пальцем в информационный экран, на котором появился снимок, сделанный из космоса: пояс из мелких, средних и чуть более крупных обломков, изогнутый в виде выше названной ленты.
— Прибежище контрабандистов и пиратов, — недовольно проворчал Мишин.
— А есть ли у нас выбор? Сесть куда-то надо, — пожал плечами Джек и придвинулся ближе к экрану, — Там есть две или три планетки с атмосферой, подходящие для высадки. Предлагаю вот эту — Зет-35. Судя по данным, на ней есть не только атмосфера, но и пресная вода.
— Чудесно. Суп сварю, — объявил Шеф.
Новая порция свежезаваренного кофе пахла не хуже, чем погибшая предыдущая. Джек подержал в руке стаканчик, поданный Шефом, вдохнул аромат и сделал глоток.
— Ну, я это заслужил, — объявил он.
Атмосфера вокруг Ленты Мебиуса была засорена большим количеством разнообразных мелких обломков. Чтобы подойти к орбите Зет-35, понадобился весь опыт Джека в пилотировании, полученный в армии, и ручное управление.
— Что да, то да, — с уважением согласился Бьорн Янсон.
Лавирование между астероидами заняло полтора часа, и, наконец, пыльные облака рассеялись, небо стало насыщенно голубым, и «Катриона» вошла в атмосферу планеты.
— Перехожу на автоматическое управление, начинаю снижение к поверхности, — сказала Варвара.
— Спасибо, — кивнул Джек, у которого от напряжения затекла шея, и с наслаждением еще раз пригубил кофе.
Он и Янсон сидели на лавочке у пульта, остальные на смотровой площадке приникли к иллюминаторам. Ландшафт Зет-35 явно имел вулканическое происхождение. Поверхность представляла собой череду скал и невысоких горных цепей, перемежавшихся с пустошами лавы, застывшей в самых причудливых очертаниях. Лишь кое-где в разломах горной породы виднелись невысокие колючие кустики. Верхушки гор окутывал сизоватый туман.
— Не ласково выглядит здешняя природа, — заметил Себастьен Дабо.
— Мы долго здесь не задержимся, — успокоил его Мишин, — Переберем стабилизатор, установим и отчалим подобру-поздорову. Займет это не больше суток.
— Прекрасно, — одобрил Джек, — Варвара, сделай анализ внешней обстановки.
— Малая планета Зет-35. Содержание кислорода в атмосфере близко к земной норме, радиационное излучение превышает норму незначительно, климат субтропический, вредных веществ и опасных микроорганизмов в атмосфере планеты не обнаружено, — доложила Варвара, — Высадку разрешаю.
— Вот спасибо, — усмехнулся Мишин, разглядывая каменистую поверхность за бортом звездолета, — Командир, вижу, где можно сесть. Прямо по курсу плато, очень удобное для стоянки и ремонта. Прямо таки сухой док.
— Вас понял, — отозвался Джек, — Варвара, переключи опять на ручное. Мне нужно маневрировать при посадке.
Через десять минут «Катриона» выпустила стартово-посадочные шасси, мягко коснувшись земли. Корабль пристал к поверхности на открытой со всех сторон каменной пустоши. Ее почти ровная поверхность шла чуть на подъем в одну сторону, туда, где на горизонте виднелись горы. С трех других сторон плато обрывалось в пропасть, также ограниченную горными склонами. Пассажирский люк открыли, спустили трап, и весь экипаж во главе с Джеком Деверо выбрался из звездолета. Воздух на поверхности планеты был теплый и влажный. Камни вокруг отчетливо повторяли каждый звук, рождая в тишине причудливое эхо. Все тонуло в мягком красноватом свете.
— Кажется, здесь вечер, — заметил Шеф, бегло осмотревшись, — На моих внутренних часах тоже самое. Пойду готовить ужин, а, командир?
Себастьен Дабо вслушался в суровую тишину, сгустившуюся над пустошью и серыми каменными утесами, и спросил:
— Как думаете, мы тут одни?
В воображении Джека отчетливо всплыли образы мальчиков-двойняшек лет восьми и хорошенькой молодой женщины с длинными темными волосами и непослушной челкой над круглым свежим лицом. «Вот и еще денек проходит. Держись, мужик, скоро дома окажешься, — услышал Джек в голове голос Шефа, — обнимешь милых спиногрызиков, закатишься к женушке под теплый бочок». Джек смутился. Ему не хотелось проникать так глубоко в личное. Но мысли Шефа были такими теплыми, уютными, до того проникнутыми предвкушением покоя и счастья, что он не сдержался и еще немного поподслушивал их. Сам Джек тоже мог предаваться некоторым размышлениям только в пищеблоке. Выражать сомнения ему было легче в присутствии повара, а не других астронавтов.
— Может, я зря затащил нас сюда? — задумчиво проговорил он, глядя на пластиковый вентилятор, вращающийся под потолком камбуза, — Дело идет к тому, что благодаря моему блестящему руководству нас и впрямь всех уволят.
Джек сидел на разделочном столе, пока Беллини у плиты возился с приготовлением ужина. Если бы не казенный серый пластик, преобладающий в отделке и опустевшее внутреннее пространство, это место могло бы походить на кухню в каком-нибудь доме на Земле.
— Ничего они с нами не сделают, — решительно проговорил Шеф, помешивая ложкой в большой тефлоновой сковороде, — Потому что знают, что сами во всем виноваты. У Почтовых линий, видите ли, нет средств, чтобы сотрудничать с метеослужбой на постоянной основе. Денег нет на дурацкую метеосводку! Руководство знает, в том, что мы поздно получили данные о метеоритных дождях и вынуждены были отклониться в сектор воздействия железной звезды, не наша вина, а их недосмотр. Вернее жадность. А то, что у нас денег нет на своевременную техпомощь, так это по той же самой причине. Так что, не напрягайся, начальник, а давай снимай пробу.
Шеф поднес Джеку большую деревянную ложку, которой размешивал еду.
— Макароны по-флотски. Мясного фарша нет, берем соевую тушенку и, опля! Почти съедобно, да?
Джек подул на предлагаемое кушанье, попробовал и блаженно прикрыл глаза.
— Ты колдун, Шеф. В Средние века тебя бы сожгли. А в Древней Греции поклонялись бы.
— Вы говорите о слишком умных вещах, лейтенант, — отмахнулся повар.
