— И что нам с ней делать? — спросил я удивлённого напарника. — Тот пожал плечами и хихикнул.
— Может, затем, чтобы перед смертью повеселиться? Напоследок командир…
— Помоги поднять крышку.
Мы напряглись и отодвинули толстую крышку. Зашипел воздух и поднялся пар, Юнита открыла глаза.
— Как поживаешь Юнита? — спросил я и потрогал её за руку.
«Боже мой, какая она холодная. Тут температура не меньше ста градусов. Так заморозить можно кого угодно», — подумал я.
Юнита приподнялась и опустила ноги на пол. Я протянул ей руку и помог выбраться из стеклянного гроба. Чёрный кожаный комбинезон робота был влажным и отсвечивал от мощных ламп.
— Чем я могу быть полезна? — спросила она и улыбнулась.
В этой милой улыбке было столько тепла и света, что я невольно проникся уважением к русским учёным.
— В общем, так, девочка, у нас серьёзные проблемы. Мы в ловушке. Наш корабль затягивают вражеские олухи с планеты Нэкс. Это мой первый боевой вылет и, судя по всему, нам крышка. Я не знаю, как поступить, чтобы разорвать силовое поле противника. Им нужна «Стрекоза», ты сможешь помочь?
Усевшись на край саркофага, я посмотрел с мольбой в глазах на Юниту. Она не реагировала на мои взгляды и усиленно, что-то соображала. Мне показалось, что она всё ещё спит.
— Решение есть, командир, прошу вас отдать мне ключ управления кораблём.
Протянув ключ, я посмотрел с тревогой на Серёгу. Он тяжело вздохнул и промямлил:
— Вот мы и оказались под женским каблуком. И теперь мы с тобой командир — подкаблучники. «Кентавры» облажались, тьфу ты, стыд и срам.
— Не скули, посмотрим, что она сумеет сделать.
Юнита направилась к главному компьютеру, мы за ней, как две послушные овечки.
— А не выбросит она нас за борт, как слепых котят? — спросил Серёга. — Выключить её мы не знаем как…
— И зачем ей это?
Я пожал недоумённо плечами и пристально наблюдал за Юнитой. Она вставила ключ и запустила главный компьютер корабля. На экране появилась женщина и попросила вести код. Юнита это сделала и произвела ещё несколько манипуляций. Я пытался запомнить комбинацию, но её пальчики так быстро бегали по кнопкам, что я оставил эту затею.
— Вот ещё одна баба, — сказал Серёга и поморщился. — Скоро здесь появиться бабий полк, из нас сделают сексуальных рабов. Спасибо всемогущему сержанту, чёрт бы его забрал. Продадут в рабство, и будем мы с тобой командир пахать, как в своё время папа Карло. Вот так история…
Компьютер без промедлений выдал решение, и Юнита включила операцию по ликвидации последствий.
— Ну, что там, Юнита, докладывай…
Я уже заметно нервничал и поглядывал на часы. Время неумолимо работало против нас.
— Защитная система корабля произведёт взрыв снаружи и, тем самым, разорвёт магнитное поле противника. Риск около пяти процентов, что нас тоже заденет. Но система я уверена, не подведёт.
Она сделала серьёзное лицо и показала модель взрыва на экране. Я смотрел со страхом и неуверенностью. Робот давал пять процентов, значит не всё так хорошо. Задумавшись на несколько секунд, я ответил:
— Выбирать нам не из чего. Или есть ещё варианты?
— Можно использовать спасательный модуль. Он рассчитан на такие ситуации. Только он не сможет взять весь экипаж. Остальные солдаты погибнут. Решение принимать вам командир.
— Пусть они и предатели, но я не судья, чтобы выносить смертный приговор. Девиз «Кентавров» — не бросать человека в беде. Оставлять их на верную смерть нельзя. Ты согласен?
Серёга скривился и отвернулся. Он прошёл к столу и уселся за ним. Взъерошив густые волосы, он ответил:
— Как по мне командир, такую сволочь абсолютно не жалко. Они сговорились и хотели нас бросить. А за это заслуживают смерти. Ты пойми, вдруг злополучные пять процентов сработают, и мы тогда погибнем…
Я уже принял решение, но дал возможность высказаться помощнику. Доля правды в его словах присутствовала, но мы в первую очередь люди. Даже звери не бросают своих детёнышей в минуты опасности.
— Командир, осталось две минуты, — сказала Юнита, — корабли противника уже открыли шлюзы, и готовы нас встретить.
— Итак, действуем, Юнита, приступай к выполнению задачи.
Она запустила программу, и начался обратный отсчёт. Оставалось ровно шестьдесят секунд до взрыва.
— Командир вы должны занять свои места в кабине пилота, с помощником. На последних секундах до взрыва, включите экстренное ускорение. Поторопитесь. Прошу вас.
Я побежал наверх, Серёга не отставал и вслух отсчитывал секунды до взрыва.
— Пятьдесят, сорок девять, сорок восемь…
Усевшись в кресло, я нажал на приборную доску. Она бесшумно опустилась на колени. Включив экстренное ускорение, я сжал штурвал и в последний раз посмотрел на корабли противника. Они ничего не подозревали, и мы уже могли невооружённым взглядом рассмотреть их логово.
— Четыре, три… считал последние секунды мой помощник.
Я надавил кнопку и в эту же секунду прогремел чудовищный взрыв. «Стрекозу» бросило вперёд в бездонную пасть космоса. От адского ускорения и шума я ничего не слышал. Перед глазами мелькали разноцветные точки. Куда нас занесёт? Корабль, несколько раз перевернулся, и меня выбросило из кресла. Ударившись головой об стальную обшивку, я потерял сознание.
Глава 12
Очнулся я от яркого света прожектора. Голова раскалывалась, и ужасно хотелось воды. Я облизнул пересохшие губы и попробовал что-то сказать. Вместо слов вырвалось странное шипение, язык абсолютно не слушался. Рукой я нащупал мягкую ткань и сжал её со всей силы. Где я, и что со мной? Вспоминая последние события, я шаг за шагом склеивал лоскутки памяти. Постепенно сознание возвращалось, и я приоткрыл один глаз.
— Уберите свет, — прошептал я и попытался встать.
Тело не слушалось, скованное железными тисками. Я застонал и моментально отключился.
— Он пришёл в себя, Юнита, — услышал я до боли знакомый голос.
Кто-то взял меня за руку, и подключил провода. На лицо опустилась маска. Боль отступала, и я смог сделать глубокий вдох. Глаза открылись, я увидел Юниту. Она с прибором в руках стояла рядом. Лицо, её не выдавало эмоций. «Господи, какие всё-таки роботы бездушные», — подумал я. Ни одного слова поддержки. Ну и чёрт с ними. Тело наполнялось теплом, и становилось жарко. Я слышал удары собственного пульса. Юнита платком вытерла лоб, и впервые улыбнулась.
— Как самочувствие командир?
— Что со мной случилось?
— При ускорении ударились головой. К сожалению, шлем не выдержал и лопнул. Я сделала необходимые процедуры, и сейчас вам нужен покой. Отдыхайте командир.
— А где мой помощник, и что с остальными?
— Помощник на мостике, и сейчас спуститься. Солдаты находятся в закрытом шлюзе. Я отнесла им еду.
— Ты молодец Юнита. И спасибо тебе.
— Не стоит меня благодарить. Это моя работа, помогать людям.
Я услышал глухие удары и повернул голову. Бежал Серёга с довольным лицом.
— Слава Богу, командир, что ты живой. Я переживал.
Он подмигнул и сел рядышком на стул.
— Мы когда рванули, ты не успел пристегнуться. В кабине перебита половина оборудования. Я сейчас занимаюсь восстановлением. Ну и напугал ты нас с Юнитой…
— Связь есть?
— Нет, связь оборвалась сразу после того, как мы выскочили из ловушки и развили скорость света.
— Шансы вернуться на Землю есть?
— Пока нет. Приборы разбиты, и многие не подлежат ремонту. Я ищу им замену, перебираю возможные варианты.
— С солдатами ты говорил?
— Нет, если честно я оставил их на попечительство Юниты. Не могу спокойно смотреть им в глаза. Прости командир…
— Тебе не за что извиняться. Они сами виноваты… Хотя надо разобраться, не все же предатели.
— Юнита, что будем предпринимать дальше? Есть идеи?
— Есть командир, но для начала необходим ремонт. Можно найти дружескую землянам планету и приземлиться. Там окончательно восстановить корабль и вернуться на Землю. Сломана антенна и главный блок связи. Если отремонтируем, станем полноценным кораблём и преодолеем пространство.
— Мне нравиться твой оптимизм. И как его порой не хватает обычным людям.
— Я могу самостоятельно починить модуль, но для этого мне придётся выйти наружу, — сказала Юнита.
— А если не сможешь? Или с тобой, что-то случиться?
Я приподнялся и опёрся на локоть.
— А что, командир, пускай попробует, с чем чёрт не шутит.
Серёга приосанился и взял чашку с кофе.
— Я подумаю над этим. Помогите мне подняться, я уже в порядке.
Юнита протянула руку я смог на неё опереться и встать на ноги. Чуть покачивало и я, чтобы не упасть, взял её за плечо.
— Тебе рано вставать, полежал бы часик, — сказал жалостливо помощник.
