Читаем без скачивания Стреляй первым - Сергей Гайдуков

«Нужно взять деньги в трех разных местах. В течение одних суток».

Иван кивнул, и второй листок последовал за первым.

«У вас будет абсолютно точная информация о том, как и где взять эти деньги. Если инкассаторская машина — когда и где она проедет, сколько охранников, чем вооружены».

Иван кивнул.

«Будут выбраны наименее опасные для вас варианты. Вероятно, часть охраны окажется купленной и не окажет сопротивления».

Диспетчер снова щелкнул зажигалкой.

«Главное — успеть за одни сутки. Расчет — после завершения всего дела, то есть после третьего эпизода».

Иван снова показал на себя и выставил указательный пылец. «И все это я один?»

Диспетчер вздохнул:

— В этом, конечно, основная сложность. Я же сказал, что теперь выбрал путь более хлопотный, — и он развел руками. — Если вы даете принципиальное согласие, то различные нюансы дела могут быть решены вами самостоятельно. То есть… — он взял очередной лист бумаги:

«Разумнее — действовать не в одиночку. Людей можете подобрать сами. Это будет оплачено. Вы согласны?»

Глядя на горящий комок бумаги, Иван потер большим пальцем об указательный. Диспетчер понимающе кивнул и написал на квадратике пятизначную цифру рядом со значком доллара. Потом пояснил:

— Это вам. Половина этого — на всех остальных. Ваш ответ?

Иван медленно кивнул и увидел, как засветилось радостью лицо Диспетчера. Обратным концом фломастера он утрамбовал пепел и весело сказал:

— Значит, можно переходить к кофе.

Глава 12

Артему понадобилось довольно много времени, что. бы прийти в себя, но он все-таки поднялся с кровати и пошел убирать блевотину. Замывая пол, он обдумывал причину внезапно потрясшего его смертельного страха. Пожалуй, это даже не было страхом, это было жутко трезвое сознание всей глубины грозящей ему опасности. Беда заключалась в том, что осознать все это ему надо было раньше, когда он только еще начинал свой мучительный путь к Москве.

Артем раскрыл настежь окна, чтобы избавиться от кислого запаха, и присел на подоконник. При более обстоятельном обдумывании он решил, что ничего страшного пока не случилось. Слава Богу, никто, кроме Ивана, еще не знает о его появлении в Москве. А Иван не проболтается.

Но и задерживаться здесь нельзя. Трудно было надеяться, что человек с густыми черными бровями, сросшимися на переносице, имевший серьезные причины мстить ему два месяца назад, за этот срок изменит свое решение и бросит поиски кровника. Поэтому Артем решил учитывать худшее. А именно — что он по-прежнему является объектом охоты десятка жестоких и безрассудных убийц, которые предъявляют Артему свой счет, оплата которого может быть только одна — смерть.

Поэтому любая информация о возвращении Артема в Москву может спровоцировать их на более активные действия, их руки снова зачешутся в поисках жертвы, а Артем еще не слышал, чтобы кому-то удавалось спрятаться или убежать от этой миленькой компании. Тем более что в своем нынешнем состоянии Артем не успеет и шага ступить, не успеет изготовиться для ответного удара, как будет изрешечен автоматными очередями или искромсан рубящими ударами ножей. Невеселая перспектива.

Вывод следовал один: до поры до времени нужно сидеть в этой квартире и носу на улицу не казать. Еще раз напомнить Ивану о необходимости хранить тайну его обитания, а может быть, и попросить привозить продукты, объяснив это слабым здоровьем. Сегодняшний поход к палатке пробудил в Артеме ослабшие было инстинкты смертельно раненного зверя.

Так можно отлеживаться на протяжении пары недель, потом попросить у Ивана в долг и исчезнуть из этого проклятого города, где смерть уже начинала мерещиться Артему за каждым углом.

«А что дальше? — спросил он сам себя. — До конца жизни прятаться по подвалам и пугаться собственной тени? Но будет ли это жизнью?»

Глава 13

— Должен предупредить, — сказал Диспетчер, прихлебывая остывший кофе, — времени на подготовку у вас мало. Можно сказать, совсем мало.

— Сколько?

Диспетчер отставил в сторону чашку и снова взялся за бумагу и фломастер: «Пятница».

Иван кивнул: до операции оставалось три дня.

— Успеете? — спросил Диспетчер.

— Я-то успею, — уверенно сказал Иван. — Меня волнует вторая сторона.

— Мне кажется, там тоже собрались люди серьезные. Но, как мы уже с вами сегодня говорили, ни в чем и ни в ком нельзя быть уверенным на сто процентов. Я был бы идиотом или лжецом, если бы советовал полностью довериться той стороне. Держите ушки востро, и как только вам покажется, что переданная информация неверна и вас подставляют, выходите из дела, да что я вам толкую? — махнул рукой Диспетчер. — Вы и сами все прекрасно знаете.

— Но, судя по всему, вы этим людям доверяете?

— С чего вы взяли? — улыбнулся Диспетчер.

— Никогда прежде меня не приглашали на чашку кофе. Все начиналось и заканчивалось телефоном.

— В какой-то мере вы правы, — согласился Диспетчер. — Меня попросили особо проконтролировать это дело. Чем я сейчас и занимаюсь. А что касается доверия… Я никогда и никому не доверял больше чем наполовину. Возможно, поэтому я так хорошо сохранился.

— То есть, когда я говорю вам, что справлюсь с делом, вы верите мне лишь наполовину? — уточнил Иван.

— Зачем переводить на личности? — уклончиво заметил Диспетчер и внимательно посмотрел на дно своей чашки.

— Но тогда встает вопрос, — развил свою мысль Иван. — А могу ли я полностью доверять вам? И каково процентное выражение истины в ваших словах?

— Вы же не первый раз со мной работаете, у вас были претензии?

— Я боюсь, что если они появятся, то будет уже слишком поздно жаловаться.

— Правильно, — кивнул Диспетчер. — Вы здраво мыслите, этим вы мне и нравитесь. А что касается процента истины… Верьте мне — все, что я могу вам сказать. Но держите ушки востро.

— Так чего же больше: веры или навостренных ушек?

— Ей-богу, смешной вопрос… особенно от вас забавно его слышать. — Диспетчер приставил к своей лысой голове два пальца в растопырку, указательный и средний. — Кстати, вы верите в гадания?

— Какие?

— Самые доступные, без закалывания петухов и баранов. На кофейной гуще, например.

— Не имею такой привычки.

— А что так? — заинтересовался Диспетчер. — Принцип? Или просто не доводилось?

— Я не думаю, что расположение остатков вашего кофе на дне чашки как-то изменит действительное течение событий…

— А кто говорит об изменении событий? Речь идет о том, чтобы прочесть знаки, рассказывающие о течении событий, — пояснил Диспетчер.

— Но из этих знаков потом вы делаете выводы и совершаете поступки, не так ли?

— Естественно.

— А вы уверены, что верно прочитали знаки?

— То есть?

— Два разных человека способны увидеть в чернильной кляксе два совершенно разных предмета. То же самое с кофейной гущей…

— Ну уж нет, — возразил Диспетчер и показал дно своей чашки.

— И что из этого? — с иронической усмешкой спросил Иван. Было немного забавно, что этот пожилой и видавший виды человек, который считает правдой лишь каждое второе из сказанных ему слов, безоговорочно доверяется случайной форме кофейного осадка.

— Как что? — удивился Диспетчер. — Посмотрите внимательно. Видите рисунок?

— Допустим.

— И как же его можно толковать по-другому? — оживляясь, спросил Диспетчер.

— Не знаю, — пожал плечами Иван. — Кстати, а что вы видите?

— Как что? Это самолет. Видите, крылья, корпус, и могу заметить, что это абсолютно точное предзнаменование.

— Но я вижу другое, — мягко заметил Иван.

— Что же?

Это православный крест. Вот одна перекладина, вот вторая, под наклоном. Вы собираетесь посетить службу?

— Да нет, что за чушь? — Диспетчер поднес чашку к глазам и внимательно изучил осадок. — Где вы тут нашли вторую перекладину? Это явно самолет, двух мнений здесь бьггь не может!

— Я не буду спорить, но останусь при своем мнении, — сказал Иван, с трудом пряча улыбку.

— А теперь давайте посмотрим вашу чашку, — предложил разошедшийся не на шутку Диспетчер. — Что вам сулит судьба?

— Пусть это останется для меня сюрпризом, — Иван закрыл свою чашку ладонью. — Тем более что я убежден — все эти предсказания никак не способны изменить предначертанное. Лучше не знать и не расстраиваться заранее…

— Ах вот оно что! — торжествующе воскликнул Диспетчер.

— А что? — удивился Иван такой реакции собеседника. Было похоже, что Диспетчер уличил его в каком-то страшном преступлении.

— Вы, оказывается, фаталист! — припечатал Ивана Диспетчер.

— Зачем же сразу оскорблять…

— Вот почему вы не верите гаданиям на кофейной гуще! — не успокаивался Диспетчер.