«Слово «призрак» ничуть не хуже любого другого, — ответило видение. — Или привидение из потустороннего мира. Я предпочитаю считать себя духовным вестником, посланным твоей старшей и более мудрой душой. Признаюсь, я немного переборщил, называя себя так, но в том, что я здесь, тебе некого винить, кроме самого себя. Ты настолько отдалился от своей души, что обычные сообщения, посылаемые в снах, уже не срабатывают. Ник, мальчик мой, ты живешь в мире материального изобилия, но твоя душа, твои чувства умирают от голода. Пора освободить душу из застенков и присоединиться к празднику жизни. Это будет тяжело для нас обоих — ты всегда нуждался в очевидных доказательствах, чтобы в чем-то убедиться, но на этот раз тебе придется принять кое-что на веру».
Вера… да, замечательно! Ник повращал глазами и вернулся в кровать. Он не обратил особого внимания на этот странный разговор, приняв его за очень необычный сон, приснившийся в результате чрезмерного количества рождественских блесток на работе и истощения организма.
Но когда Ник проснулся через час, привидение и не думало исчезать. С тех пор оно всегда оставалось с ним и то ворчало, то льстило ему, то просто ело.
Вспомнив бессмертные слова Шоу об обжорстве, Ник посмотрел на корзину, стоявшую на заднем сиденье автомобиля, снова и снова задавая себе вопрос, что с ней делать. Выиграть рождественскую корзину Нику было приятно, тем более что ему никогда раньше не доставались призы. Может, это знак того, что скоро капризная судьба ему улыбнется? Но кто из родных Ника обрадуется машинке, управляемой по радио, плюшевой медведице с комплектом одежды из двадцати пяти платьев или модному бриллиантовому кулону в форме сердца? Ни один из этих подарков не подойдет членам его семьи. Если бы Ник предложил медведицу своей племяннице с сережкой в носу, она посмотрела бы на своего дядю, как на монстра, у которого выросла вторая голова. А насчет трех фунтов снеговиков из белого шоколада… С нервным мужем его сестры, дантистом, случился бы припадок, если бы Ник дал это его дочери или сыну — юным созданиям, страдающим потерей аппетита. Потребовалась целая вечность, чтобы привести их зубы в идеальное состояние.
Единственной полезной вещью в корзине оказался мешочек с двумя фунтами сушеных абрикосов. Они могли бы помочь мужу его сестры стать менее озлобленным. Ник был уверен, что этот ворчун никогда не согласится с ежегодно произносимыми дядей Альбертом словами о том, что рождественский клюквенный пунш улучшает настроение.
Как могла сестра выйти замуж за этого кретина, абсолютно лишенного чувства юмора? Но они с сестрой родились в семье, где ни у кого не было этого качества, и, возможно, такой брак был неизбежным.
Хотя яичный коктейль его семья могла бы оценить по достоинству. В этом году Ник принял меры предосторожности, принеся свои собственные продуктовые запасы и рецепт. Как и любой мужчина, он хранил верность традициям и пытался сберечь те немногие ритуалы, которые соблюдались в его семье. Но рецепт его бабушки должен с быстротой молнии исчезнуть с лица планеты и никогда, ни при каких обстоятельствах больше не упоминаться. Даже вечно недовольное привидение в зеркале не могло бы с этим поспорить. Хорошо, что они хоть в чем-то были согласны друг с другом.
Привидение мрачно кивнуло.
«Красивая дама, но отвратительный кулинар».
Ник испытывал некоторое беспокойство из-за этих странных разговоров с призраком и от всей души надеялся, что после праздников незваный гость из потустороннего мира исчезнет. В книге Диккенса все произошло именно так, поэтому врач ждал своего окончательного освобождения.
«Но Скрудж увидел свет и спасся, — возразило привидение. — А ты до сих пор не включил свои лампочки».
«Скрудж галлюцинировал из-за тромба в мозгу», — сердито подумал Ник, а потом тяжело вздохнул. А вдруг и у него тромб? Страшно об этом подумать, но привидение могло появиться и по более серьезной причине, чем нервное расстройство. Желательно после праздников проверить свой мозг с помощью МР-интроскопии, если призрак никуда не денется после второго января.
«Я обиделся».
— Какой ты надоедливый!
Привидение немного отличалось от персонажа «Рождественской песни в прозе». На нем часто были нелепая корона из остролиста и зеленый купальный халат, отделанный золотыми блестками — нечто вроде королевского одеяния бедняка. И все же незваный гость был не просто каким-то духом из другого мира или призраком кого-то из умерших, вернувшимся, чтобы являться Нику. Это он почти смог бы понять. Для привидения такого типа существуют определенные правила поведения. А этот призрак был очень похож на живого человека. Ник знал это наверняка, ведь из зеркала на него смотрело собственное лицо. Его лицо, только старше, более морщинистое и мрачное. И выглядело привидение весьма странно, особенно в этом смешном халате, расшитом блестками. За последние недели Ник приобрел привычку избегать зеркал и всех отражающих поверхностей. Ему надоело постоянно слушать лекции о впустую растраченной жизни, превратившейся в настоящий ад.
Ради Бога! Он совсем не отрицал, что его жизнь немного потеряла равновесие.
«Тогда сделай что-нибудь», — с крайней раздражительностью отозвалось привидение.
— Ты можешь помолчать, пока мы не проедем через горы? — буркнул Ник. — Я еще не мертв, и мне необходимо следить за дорогой.
Призрак грустно кивнул.
«Я видел трупы, у которых было больше рождественского духа, чему тебя. Твоя душа ссохлась, мой мальчик. Она почти мертва от истощения. Тебе лучше всего проснуться, пока не слишком поздно».
Ник промолчал, не сводя глаз с мокрой дороги. Обычно он любил дождь и перестук падающих капель. Нику нравилось, что на этот звук не нужно было реагировать — ведь это не голос и не какой-нибудь сигнал. Погоду он не в силах изменить, да и не нужно этого делать. Ник любил слушать дождь и чувствовать себя беззаботным и безответственным, как в праздничные дни.
«Как это грустно, грустно, грустно!» — Призрак покачал седой головой, на которой сверкали золотистые блестки.
— Замолчи, пожалуйста.
За два часа до рассвета над горами Сьерра-Невада разразилась сильная гроза, принеся с собой град размером с шарики для пинг-понга. Крупный дождь со снегом начал мешать работать дворникам на лобовом стекле «ягуара» Ника.
— Всем веселого Рождества, — проворчал врач небесам. — Господи, ты хорошо подшутил над теми, кто путешествует в праздник. Количество несчастных случаев на дорогах вскоре сравняется с количеством пищевых отравлений.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
