гранатовые зерна.
…Подали первое блюдо с корзиной, в которой сидела деревянная курица… Прибежали два раба и… принялись шарить в соломе; вытащили оттуда павлиньи яйца, они раздали их присутствующим. Яйца сработаны из крутого теста… я вытащил из скорлупы жирного винноягодника[14], приготовленного под соусом из перца и яичного желтка.
…Было внесено огромное блюдо, на котором лежал изрядной величины вепрь, державший в зубах две корзиночки… с финиками. Вокруг вепря лежали поросята из сдобного теста… Раб, вытащив охотничий нож, ударил вепря в бок, и из разреза вылетела стая дроздов. Птицеловы, стоявшие наготове с сетями, скоро переловили дроздов… (Птиц быстро зажарили, и хозяин приказал вручить их гостям со словами: „Видите, какие отличные желуди сожрала эта дикая свинья!..“)»
Обед бедняка — ремесленника, крестьянина, городского пролетария — всегда был прост. Уже известная нам пульта, иногда разнообразие вносила мáза — каша из муки, тертого сыра и меда, немого маслин (оливок), кружка вина пополам с водой — вот обед римской бедноты.
Жизнь простонародья в Риме была незавидной.
К I в. н. э. дороговизна жизни в столице стала обременительной даже для людей среднего достатка. Цены на все необходимые для жизни предметы были высоки; дороже всего стоили дрова и продукты питания.
Огромные доходные дома, при возведении которых хозяева экономили на строительных материалах, часто обрушивались, погребая под развалинами несчастных квартирантов. Длившиеся по нескольку дней пожары, во время которых выгорали целые районы города, были в древнем Риме самым обычным явлением.
Трудности снабжения огромного города продовольствием приводили к тому, что голод был частым гостем в Риме. Случалось, что цены на хлеб подымались в пять-шесть раз против обычных, и, чтобы облегчить положение, из города приходилось удалять излишек населения: иностранцев, гладиаторов и даже прислугу богатых семей.
По подсчетам ученых, население Рима в этот период превышало миллион человек.
Скученность населения была причиной того, что в Риме часто вспыхивали опустошительные эпидемии заразных болезней. Во время одной только эпидемии осенью 65 г. н. э. умерло больше 30 000 человек. Эта цифра, вероятно, меньше действительного числа погибших, так как далеко не все смертные случаи были зарегистрированы в храмовой книге богини смерти Либитины, в святилище которой держали свой склад римские гробовщики.
Однако, несмотря на всю непривлекательность жизни в Риме для бедного человека, приток населения в «Вечный город» был огромен. Основную массу этих переселенцев составляли не богачи, не искатели легкой жизни, а разоренные крестьяне. Потеряв свои земельные наделы, они рассчитывали найти какую-нибудь работу в столице или надеялись прожить на подачки римских богачей.
Сельское хозяйство
Римское крестьянство и рост крупного землевладения
На юге Европы рядом находятся Греция и Италия. Обе страны расположены на полуостровах, обе покрыты горами. И климат Греции похож на климат Италии: там и тут — жаркие и засушливые лето и весна, дождливые зима и осень. Но как велико различие между этими странами!
В глубокой древности даже в урожайные годы населению Греции не хватало своего хлеба, приходилось ввозить его из чужих земель. Италия славилась своим плодородием. До III в. до н. э. италийский хлеб вывозили в другие страны.
Грецию в древности населял народ, имевший общую культуру, но не сумевший объединиться и создать единое государство. Население Италии состояло из множества племен, резко различавшихся по языку, уровню культуры и по общественному устройству.
Однако в Италии создалось одно из самых прочных государств древности. Объединили Италию римляне, рано ставшие во главе союза латинских племен, обитавших в долине реки Тибр.
В отличие от всех остальных народов Апеннинского полуострова племена латинян в древнейшие времена занимались исключительно земледелием. Они больше других народов Италии нуждались в земле, они охотнее других отнимали ее у соседей и упорнее всех защищали ее от врагов.
Многие италийские народы превосходили римлян и латинян: галлы и самниты были воинственнее, греки и этруски — культурнее. Но галлы и самниты были скотоводами, они кочевали со стадами с места на место, у них не было клочка земли, в который был бы вложен огромный труд, земли, которую они полили бы потом, кровью, своей земли, которая привязывала их к месту. Они умели яростно сражаться, пробивая стадам дорогу для перекочевок, но они не стремились удержать захваченное: наступала зима, и нужно было снова уходить на юг в поисках новых пастбищ.
Греки и этруски были искусными ремесленниками, умелыми торговцами, храбрыми мореходами. Они занимались и земледелием, но их крестьянство рано разорилось, и земля перешла во владение аристократов, которые обрабатывали ее руками рабов и покоренного местного населения. Италийские государства греков и этрусков раздирала борьба между знатью и безземельными, обездоленными бедняками.
Римляне в V–IV вв. до н. э. были по преимуществу крестьянским народом. Для них обладание землей, своим участком земли, было вопросом жизни и смерти. Вся их история — это история борьбы за землю: или за ее равномерное распределение, или за ее захват. В IV–III вв. римляне нуждались в земле больше, чем в золоте, даже больше, чем в рабах. Не случайно, покорив какой-нибудь италийский народ, они не облагали его данью, не заставляли работать на себя, но отбирали лучшую землю и распределяли ее между римскими крестьянами. Эта жажда земли возрастала по мере захватов чужой территории.
С подъемом благосостояния росли крестьянские семьи. Сыновья хотели обзавестись отдельным хозяйством. Для этого нужна земля. Ее должно было дать государство, иначе безземельные могли попытаться силой отнять ее у состоятельных граждан. Чтобы избежать восстаний и гражданских войн, Римское государство стало захватывать землю у соседей. Захватив землю, римляне цепко держали ее. Эта ненасытная жажда земли, это упорство в борьбе за нее, цепкость, с которой римское крестьянство удерживало захваченную территорию, привели к тому, что в начале III в. до н. э. вся Италия оказалась под властью римлян.
Покоренные народы отдали им свои лучшие земли, обязались помогать Риму в его войнах и были оставлены в покое: Римское государство не вмешивалось в их внутренние дела. На захваченных землях выросли военные поселения римских крестьян — колонии. Эти колонии были опорными пунктами римского владычества в Италии.
Хотя Рим не вмешивался во внутреннюю жизнь покоренных народов, но он внимательно следил за ними. Малейшая угроза восстания — и крестьянские колонии Рима превращаются в крепости, римские крестьянские армии, сплоченные страхом потерять свою землю, обрушиваются на непокорных, громят их, — и в Италии вновь тишина; Рим снова спокойно, но внимательно следит, нет ли новых признаков мятежа.
Римские богатые крестьяне, казалось, получили заслуженный отдых. Как сытый удав, греясь на солнце, дремлет и переваривает добычу, так римляне «переваривали»
