Читаем без скачивания Нападение на барона - Джон Криси

Леди сбросила шарф и легкой походкой направилась к лестнице. Джон не доверял ей, но все же посчитал, что она не станет предпринимать рискованных действий. Они вошли в длинную и узкую комнату.

— Выпить не хотите?

— А что у вас есть?

— Джин и вермут. — Айрис села в кресло. Джон налил два бокала и подал ей один. Девушка подняла бокал.

— За сотрудничество, — прошептал Маннеринг.

Она выглядела усталой и обессиленной.

Джон посмотрел на фотографию Лермонта — тому было лет пятьдесят, и он выглядел в соответствии со своим возрастом.

— Мы будем говорить начистоту, помните? Я в такой же мере, как и вы, не желаю иметь каких-либо дел с полицией, поэтому попытаемся сработаться.

— Я вам не доверяю. Не верю, что вы мне сказали правду. Джон пожал плечами, и девушка продолжила:

— Я обыкновенный человек почти во всем. Никогда не смогу украсть и пенни, — короткий смешок. — Но у меня есть свои заскоки. Поэтому-то я и вышла замуж за Лермонта. Подойдите-ка сюда.

Она подошла к одной из книжных полок, на что-то нажала. Полка отошла от стены, представив взору встроенный сейф. Комбинацию замка она знала наизусть, повертела рычажки, потом открыла сама сейф. Леди Лермонт знала, что имеет дело с грабителем, но тем не менее рискнула открыть в его присутствии сейф. Джон внимательно наблюдал за ее движениями, когда она взяла в руки футляр с драгоценностями, длинный и узкий, сделанный из превосходной кожи. Девушка стояла, глядя на футляр. В ее глазах появился какой-то необычный блеск, не совсем нормальный, как показалось Маннерингу.

Очень медленно леди Лермонт открыла футляр. Свет играл на гранях великолепных бриллиантов, отбрасывая бесчисленные разноцветные отблески по всей комнате.

Маннеринг знал, что такое страсть к бриллиантам, он ее сразу же обнаружил в блеске глаз девушки.

У него самого перехватило дыхание при виде такой красоты, но он заставил себя не терять самообладания — это очередной фокус леди Лермонт. Огонь в ее глазах, казалось, поддерживали своим блеском редчайшие камни. Они сияли в ожерелье, серьгах, двух заколках для волос и двух брошках. Это была коллекция Мориарти, появившаяся на рынке где-то год назад. Никто не знал, кому же она досталась.

Девушка трогала камни, как мать дотрагивается до щеки любимого чада. Пальцы ее ласкали грани бриллиантов, любовно передвигаясь от одного украшения к другому. Дыхание ее стало похожим на дыхание марафонца, завершившего дистанцию.

— Теперь поняли, в чем заключается мой заскок? Маннеринг тихо ответил:

— Да.

— Это — болезнь. Когда я вижу драгоценности, я просто схожу с ума. Джон ничего не сказал. Девушка продолжала хриплым голосом:

— Я буду лгать, обманывать, хитрить, грабить — на все готова ради этих камней, поверьте мне. Хотя сама никогда не ношу драгоценности. Желание иметь их сидит во мне так глубоко, что я не могу его ни с кем делить. Я держу и храню их у себя, как какой-то постыдный секрет. Вы верите этому?

— Верю.

— Они пища и питье, тело и кровь, жизнь и смерть для меня. — У девушки перехватило дыхание. — И так было всегда. В детстве у меня их было немного, мы были не очень богаты, но я буквально упивалась ими и страстно завидовала тем, у кого было больше. Я готова была проводить сутки, рассматривая частные коллекции. Меня знали во всех ювелирных магазинах Лондона и Парижа. Я редко могла что-нибудь приобрести сама, но мне нравилось смотреть на драгоценности, особенно на бриллианты. Я ничего не могла с собой поделать! — Леди Лермонт протянула руку и схватила Джона за кисть. — Вы понимаете? Как будто какой-то дьявольский огонь горит внутри меня. Мне хотелось все больше и больше! Я жаждала обладать каждым увиденным мною бриллиантом.

Потом я встретила Лермонта. Мы познакомились на парижском аукционе драгоценностей — там были представлены некоторые камни, которые он хотел приобрести. Казалось, он просто пожирал их глазами — то же самое делала и я. Нас объединила эта любовь. СТРАСТЬ!

Через несколько недель мы поженились.

Казалось, у меня было все, что я хотела, о чем мечтала. Я могла любоваться всеми бриллиантами его коллекции. Я могла путешествовать по всему миру в поисках более прекрасных экземпляров, я получила доступ ко всем известным частным собраниям, я могла жить ради этих камней. И на время я успокоилась. Но только на время, — повторила она, — на короткое время.

Девушка подошла к креслу и буквально рухнула в него. Джон никогда не встречал более одержимого человека. Когда она говорила, что готова совершить все что угодно ради бриллиантов, девушка была абсолютно искренна.

Она посмотрела на Маннеринга.

— Потом я начала ненавидеть своего мужа. Это были его драгоценности, не мои. А я жаждала обладать ими. Страстно хотела, чтобы никому больше они не были доступны. Я бы спрятала их от остального мира. Мечтала, чтобы эта красота принадлежала только мне.

Слова лились нескончаемым потоком, как прорвавшая плотину вода.

— У мужа была такая же страсть, и у него были драгоценности, которые он даже мне не показывал. Я знала, что он совершает тайные покупки, чтобы никто не знал состав его коллекции. Знала также, что Брайс, его адвокат, покупает целые коллекции и отдельные камни для него. Совсем недавно я обнаружила, что мужу совершенно безразлично, откуда появляются эти драгоценности: были ли они украдены или приобретены на законных основаниях. Он хотел только ими обладать. Я нашла способ проникать в его тайник — узнала, где он прячет ключи и какие меры предосторожности принимает. Сделала копию этих ключей. Один сейф он никогда при мне не открывал. И вот однажды в его отсутствие я ознакомилась с содержимым и этого сейфа. Там я нашла драгоценности, которые, я точно знала, были украдены. — После минутной паузы закончила:

— Я сама поступила бы точно так же. Вы понимаете?

— Думаю, да, — тихо подтвердил Маннеринг.

— Все это произошло шесть месяцев назад. Тогда я поняла, что никогда не буду счастлива, если не буду иметь своей собственной коллекции. Стала шантажировать Брайса, а через него и Морриса, ведь они оба торговали крадеными драгоценностями. Они доставали для меня драгоценности, в основном бриллианты. Мне было наплевать, каким путем они к ним попали. Потом появилась Фесинская коллекция. — Айрис произнесла эти слова ласково, почти нежно. — У мужа была половина коллекции, в ней были редчайшие камни. Я хотела их, как ничего в этой жизни, — а он ПРОДАЛ их. Я, наверное, могла убить его. Продал он их, потому что не смог добраться до второй части коллекции, но после того как он это сделал, на рынке объявилась и вторая часть. Эти драгоценности были украдены во Франции, и вместо них оставлены точные копии, чтобы кражу нельзя было быстро обнаружить. Их предложил моему мужу один французский делец: никогда я не видела супруга таким разъяренным. Он сразу же послал за Брайсом и приказал немедленно вернуть драгоценности, но я сказала Брайсу, что сама хочу эти драгоценности. Если не получу их, то выдам его полиции. Брайс достал их для меня.

Леди Лермонт повернулась к сейфу и, взяв другую коробочку, открыла ее и показала Маннерингу бриллианты — именно их украл Аллен.

Джон промолчал.

Она продолжала, и первые же ее слова заставили Джона вздрогнуть.

— Они принадлежали Маннерингу. Его ранили во время ограбления. Меня это не волновало, ведь теперь у меня была Фесинская коллекция, вернее, ее часть. На рынке была и вторая часть, но совершенно по баснословной цене. Я сказала Брайсу о своем желании иметь и ее, хотя точно знала, что денег у меня нет. Потом Брайс сделал мне предложение. Он объяснял, что нашел способ достать и другую часть: у него есть человек, работающий у владельца этих камней. Пообещал через него организовать ограбление. Он не говорил мне, кто этот делец и что за человек работает у него. Меня это не удовлетворило, и я заставила Брайса обо всем мне рассказать.

Брайс воспользовался услугами молодого человека по имени Аллеи, чтобы украсть драгоценности для меня. Его сообщник Кертни планирует ограбление неизвестного мне владельца камней. План был очень прост — я выберу нужные мне камни, остальные же они продадут моему мужу. Все понятно?

Айрис сдавленно рассмеялась.

Маннеринг прошептал:

— Так просто, что могло получиться. Итак, вы знали, что человек, выполнивший первый их заказ, был убит, ведь так?

— Теперь слушайте меня. Вы сказали, что хотите часть больших денег. Вот эти деньги. Моррис и Брайс сейчас мне не помощники. Мне нужен кто-нибудь другой, способный совершить ограбление и вскрыть сейф. Вы как раз подходите для этого. Что скажете на это?

— А что скажут Моррис и Брайс?

— Они не знают моего имени, поэтому ничего не смогут сообщить полиции. В любом случае, они против меня не пойдут, потому что я могу уничтожить их.

— Тогда вам надо уничтожить и собственного мужа, — напомнил девушке Джон. Айрис резко встала.