По земле с гулом пронесся ветер, рассыпая по ней мелкие почерневшие камешки...
— Ито!.. — окликает его главный врач. — Удалось проникнуть?.. Нам не слышен отсчет...
— Вошел... — ответил он.
— У нас пасмурно, какая-то дымка, ничего не видно!..
— И у меня также... — подтвердил Ито. — Туман... и облака... и еще... земля... Сильный ветер... и больше ничего... Там что-то шевелится. Пойду туда...
— Принято... Состояние без изменений. В мозговых волнах по-прежнему преобладает дельта... Будьте осторожны...
...Он начал свое движение к видневшейся прямо впереди черной копошащейся массе. По серо-пепельному небу с большой скоростью двигалось несколько черноватых вихревых потоков, туман немного рассеялся, но видимость в округе была по-прежнему плохой, над горизонтом повисла дымка. По мере того, как он продвигался вперед, черная земля приобретала темно-зеленую окраску. Он шагал, постоянно оглядываясь, но так и не заметил чьего-либо присутствия.
«Какой дикий, пустынный мир! — подумал Ито. И невольно вздрогнул от холода, принесенного бушующим ветром. — Неужели таков „духовный мир“ молодой, восемнадцатилетней, нежной как цветок, девушки?..»
По мере приближения черная масса, сгустившаяся на горизонте, превращалась в совершенно черный лес. Колыхаясь на ветру, верхушки деревьев подметали своими черными лапами серо-пепельное небо...
— Что у вас там?.. — спрашивает главврач Кубичек.
— Похоже на лес... Попробую войти.
— Это не опасно? Будьте осторожны!
— Ясно, постараюсь... С ней я еще не встретился...
...Подойдя к лесу, он заметил, что и стволы деревьев, и листья на них темно-зеленого цвета с пепельным оттенком, — ощущение скользкого и липкого...
По мере приближения Ито становился все более осторожным. Некогда, вторгаясь в сознание одного мужчины, он уже бродил по такому же темному лесу. Как только он вошел туда, все деревья, превратившись в зеленых змей, набросились на него. Только позднее он понял, что за всем этим скрывалось усиленно подавляемое стремление мужчины к инцесту с собственной бабушкой.
Однако в этом лесу ничего подобного не случилось. В нем царила тьма, а дальше в глубине стелился туман, лишь иногда сквозь верхушки деревьев проникали беловатые полоски света. Кругом полная тишина, ни дуновения. Под ногами сырость, словно он шагал по моховому покрову.
Впереди появился просвет, очевидно, близка опушка леса. Двинулся в том направлении, но снова очутился в кромешной тьме...
— Вам что-то видно? — спросил главный врач.
— Абсолютно ничего... Я все еще в лесу.
— Прошло десять минут, — предупредил оператор.
— Сейчас у вас только пробная попытка. Ставьте точку и возвращайтесь назад!..
— Так не пойдет. Я даже не увидел и тени ее «эго»...
— Вам не кажется это странным, Ито-сан? — вступил в разговор доктор Юин. — Какая-то подозрительная тишина.
— Я тоже так считаю... — ответил Ито. — Тут что-то не так... Настоящая пустыня... никаких признаков жизни... очень странно. Ничего похожего на внутренний мир молодой девушки. Словно мы имеем дело со старухой, ждущей своей смерти... Сообщите мне ее физиологические параметры!
— Без изменений, — ответил оператор. — Пульс, температура — все по-прежнему. В мозговых волнах исчез альфа-ритм, остроугольные волны погасли, остались одни дельтовидные... Глубокий сон...
«Это как раз и странно... — размышлял Ито. — Если она спит крепким сном, пора бы высвободиться и проявиться самым примитивным образам младенчества, воспоминаниям о животных — какая-нибудь помесь лягушки с зайцем, нечто неопределенной формы — нежное, беленькое, пушистое, пахнущее теплым материнским молоком... Чтобы колыхался живот или представилась детская игрушка с большими красными глазами, или крупное страшное лицо... Все эти образы появлялись бы хаотично, в беспорядке, чтобы потом исчезнуть...
А что происходит в душе Марии, погруженной в крепкий сон? Там зябкая тишина, темно и пусто, как у переставшей видеть сны столетней старухи».
— Прошло пятнадцать минут... — это оператор.
— Без перемен... Хотя постойте...
...Неожиданно лес закончился.
Ито насторожился, подготовившись к самому невероятному повороту событий. Что-то круглое, светящееся тусклым светом преграждало путь...
— Вам видно? — спросил он оператора. — Это пруд... Что-нибудь случилось?
— Незначительные колебания энергетического уровня в помещении. Сейчас проверяем. — Физиологические параметры без изменений...
...Перед Ито предстало небольшое озеро, окруженное деревьями. Он настороженно понаблюдал за водной поверхностью — гладкая как зеркало, ни рябинки. Вода мутная, дна не видно. Некоторое время выжидал, опасаясь, что со дна озера выскочит какое-то существо, которое тут же набросится на него, но все было спокойно.
Вдруг совсем рядом послышался тихий плач ребенка. Он обернулся и увидел маленькую девочку лет трех-четырех, в коротком оранжевом платьице с белым фартуком. Ребенок тихонько всхлипывал, закрыв глаза ручонками. Черные блестящие волосы, пухлые розовые щечки. И даже когда девочка отняла от лица руки и подняла на него круглые, полные слез глазенки, он все еще оставался настороже.
— Тебя ведь зовут Марией? — спросил он.
Девочка кивнула головой.
— Сколько тебе лет?
— Три... — ответила девочка, продолжая всхлипывать.
— Отчего ты плачешь?.. — Он старался говорить с ней поласковей, успокоить ее. — Как ты оказалась здесь?
— Побежала за котом Пайпером и разбила вазу... — ответила сквозь слезы трехлетняя Мария. — А Бетси ударила меня по попке и сказала, что оставит без полдника... Привела сюда и приказала стоять до ужина...
«Неужто западня?» — терялся он в догадках.
Однако во внутреннем мире ребенка не было ничего такого, что говорило бы о злых намерениях... Девочка лишь повторяла то, что сохранилось от воспоминаний детства: «Прости меня!.. Прости меня, Бетси!.. Мамочка, я больше не буду гоняться по гостиной за Пайпером!..» Несколько разочарованный — тут не за что ухватиться — Ито внимательно посмотрел на маленькую Марию.
Это просто воспоминание о детстве, о том времени, когда ей было всего лишь три годика. Милый ребенок из счастливой семьи, воспитанный в ласке и нежности, пусть изредка его и наказывали. И простодушие, и миловидность перешли к ней, конечно, от мамочки.
— Ладно, не плачь!.. — ласково утешил ее Ито. — Пошли вместе — попросим прощения у Бетси. — Он хотел присесть на корточки перед девочкой, но она вдруг бросила испуганный взгляд на озеро. — Не надо, Бетси! — закричала девочка. — Прости, Бетси! Не хочу на чердак! Не наказывайте меня!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
