И я всё ещё намерен взглянуть на императора.
Смертная чуть замешкалась, но когда я прошёл мимо, уверенно направившись к распахнутым створкам входных дверей, что-то буркнула себе под нос и догнав, пристроилась рядом. Я же поймал на себе изумлённый взгляд гвардейца Рюриковичей. Пожалуй, на меня так не смотрели даже во время редких спусков к смертным в своём настоящем облике. Бедняга был настолько впечатлён, что по-моему забыл, как дышать.
— Откуда у тебя вообще взялся корейский принц? Он же вроде просто пропал там где-то. Около Пусана, по-моему.
Я повернул голову к шагающей рядом принцессе и негромко кашлянул, постаравшись обозначить звуком иронию. Та удивлённо приподняла брови и медленно заговорила.
— Хочешь сказать, Дом Ли пытались взять Пусан?
Отрицательно качнув головой, я через Сандала посмотрел на Чернокрового из числа корейской делегации. Перепуганного и распластавшегося на асфальте, в окружении человеческих мозгов. Он уже опустошил резервы своей силы, нанося хаотичные удары по всем направлениям и пытаясь выставить защиту. Как итог — автомобили самих корейцев серьёзно пострадали, а у него больше не осталось энергии для сопротивления. В буквальном смысле.
Вернее, противника не из числа Одарённых, он бы одолеть смог. Скорее всего и полсотни обычных солдат, тоже. Но шансов противостоять группе гвардейцев, в которую входило сразу трое Окольничих, у него не было. К тому же Сандал ждал прямо над ним, готовый в любой момент вмешаться.
Я же повернул голову к деве.
— Ради справедливости, до самого Пусана они не добралась. Моя ударная группа встретила их на железнодорожной станции и уничтожила всех прибывших солдат. Принцу же досталась участь почётного пленника.
Рюриковна замедлила шаг, поглядывая на меня со странным выражением в глазах, которое я всё никак не мог идентифицировать — тут даже вид её оттенков разума не помогал. Потом и вовсе остановилась. Уперев в меня взгляд, заявила.
— Знаешь, а давай мы прямо сейчас поедем к отцу и ты на него взглянешь. Допрос, смогут провести и без нас — у меня есть доверенные люди. Если понадобятся детали, уточним всё позже.
Глава VII
Жорик вернулся! И на радостях, обеспечил читателям Автор Тудей бонусную главу)
* * *
Император был неподалёку. В Ольгином дворце, который отстоял от Львовского, на какой-то десяток километров. И несмотря на то, что Дарью здесь тоже опасались, сразу было понятно — в этом кусочке родовых владений правит вовсе не она.
В сам дворец мы попали без проблем, но прямо в холле нас встретили мрачные гвардейцы в ранге Мастеров, возглавляемые сурового вида лысым верзилой, ядра которого уже давно перешагнул ранг Великого Мастера, а Дар располагал несколькими Гранями, не все из которых поддавались идентификации.
Царевне пришлось объяснять ему, кто я такой и с какой целью собираюсь навестить больного императора. К самой Дарье, у лысого цербера вопросов, понятное дело, не возникло. А вот моя личность его здорово заинтересовала.
Артефакторная защита здесь тоже была на высоком уровне. Если ни один из ранее увиденных дворцов Рюриковичей не мог похвастаться полноценным барьером против призрачных созданий, то здесь он стоял. А объём накопителей, которые я чувствовал был таким, что вложи всю их силу в одно плетение, и никакие Маховы не понадобятся — от Петербурга останутся только развалины. Хотя, нет — имения патрициев, как и все хорошо защищённые здания выстоят. Но вот основная часть города будет уничтожена полностью. Если же применить эту мощь концентрированно, пожалуй не удержится даже моя защита. Правда, для такого понадобится Одарённый, который сможет удержать подобную силу в своих руках. Вряд-ли у них такой имелся. Потому как тут не хватило бы даже сил Шуйского, не говоря уже про всех остальных.
К императору мы поднялись только спустя четверть часа. После нескольких звонков по дарфону, изучения досье на мою персону, которое неожиданно оказалось у какой-то из структур и проверки разума Дарьи на предмет внешнего вмешательства. Интересная, кстати процедура, которую я в исполнении смертных наблюдал впервые.
Только вот, всё это было зря. Потому как, оказавшись около постели императора, я понял две вещи. Первая — у него нет ни малейшего шанса. Потому что из мертвеца, конечно, можно сделать конструкт и заставить его ходить. При желании, можно даже создать псевдоразум. Но это будешь лишь образ. Суть человека — в его душе. И последней у императора не было.
Второе — если рядом с ним были Хранители, то они должны были это заметить. А как говорил Вакх, под каким углом ни глянь на идущую оргию, всё равно где-то, да будет женский зад. Так же и с членами ордена — учитывая их количество среди высокородных, кто-то точно стоял на том же месте, что и, разглядывая императора. И наблюдал точно такую же картину.
Несколько секунд я молча постоял, разглядывая лежащего в кровати и опутанного проводами мужчину, которому на вид было не больше пятидесяти. Двое целителей устроились рядом в креслах — как объяснила по дороге Дарья, порой у императора случалось что-то вроде кризиса. Начинало сбоить сердце и перегружался головной мозг. Медикаменты в таком случае не помогали, а вот плетения целителей позволяли исправить ситуацию.
Я даже знал, что это было — в нейронах головного мозга оживали отпечатки воспоминаний. Слабые и размытые, как дымка. Но сплетаясь между собой, они могли на короткий промежуток времени, образовать что-то вроде слепка разума владельца тела. Его бледной тени. Которая в какой-то момент осознавала происходящее и погружалась в безумную, корёжащую тело конвульсиями, панику. Такое бывает, когда понимаешь, что ты настоящий уже давно мёртв, а те обрывки мыслей, что кружатся в голове, это отнюдь не последствия вчерашнего употребления алкоголя и не усталость после болезни. А жалкая тень тебя прежнего, которая вот-вот исчезнет. Страшное, должно быть, чувство.
Лысого Одарённого, что оказался главой лейб-гвардии императора и на которого были завязаны все защитные системы дворца, подозревать в работе на врага, было бы глупо. Да и не заметил я среди оттенков его разума, ничего, что указывало бы на тревогу или какие-то сомнения, что возникли после нашего появления.
Присутствующие целители, по словам Дарьи, были по рукам и ногам связаны клятвой на Даре и никак не могли вынести отсюда информацию. Тем не менее, лучше было перестраховаться.
Глянув на принцессу, которая с нетерпением ожидала моих комментариев, уточнил.
— Я поставлю барьер?
Та сразу же сместила взгляд в сторону Одарённого и тот после секундной заминки, молча кивнул. Конечно, спрашивать было не обязательно. Но я не собирался устраивать в этом дворце кровавую бойню. А именно она и начнётся, если начальник охраны взбеленится из-за использования силы и решит ударить по мне при помощи защитных артефактов.
Через секунду нашу троицу окружила мерцающая стена. Я же разжал губы, озвучивая вердикт.
— Он мёртв. Уже давно. Подозреваю, что с первого дня покушения.
Лысый Одарённый нахмурился и указал взглядом на многочисленные приборы, которые были выставлены вдоль стены. В ответ я качнул головой.
— Тело живо. Но внутри нет компонента, который критично важен для каждого из живых.
Бывший телохранитель императора прищурился, давя тяжелым и недоверчивым взглядом. А я посмотрел на царевну.
— Здесь бывали Хранители? Те, что относится к ордену?
Та нервно моргнула. С трудом оторвала взгляд от смертного, что лежал в постели,
— Мёртв… Но ведь… Не было никакого покушения. Ему просто стало плохо. Все предположили, какие-то проблемы из-за ауры, которая была в Пробое.
Лысый телохранитель, которого звали Демидом, настороженно хмыкнул, как будто предупреждая девушку, что об этом не стоит говорить. А на моём лице появилась усмешка.
— Глава рода Рюриковичей, обладающий громадной силой и достигший ранга Великого Мастера, внезапно валится с ног и умирает из-за ауры внутри Пробоя?
Дева стиснула зубы, а на щеках появились алые пятна.
— Это был не обычный Пробой. Отец сам пошёл туда, чтобы что-то разведать.
Шумно выдохнув, кивнула на мужчину.
— Демид должен знать. Это он был там с ним.
Я посмотрел в сторону лысого Одарённого и тот неожиданно заговорил.
— Не думаю, что вашему новому приятелю стоит знать о таких подробностях, Ваше Высочество. При всём уважении, я вижу его впервые. Хотя, браслет Защитника впечатляет.
Судя по мелькнувшему в его глазах уважению, смертный действительно посчитал первый класс чем-то выделяющимся. Хотя, если не знать, чем являются Пробои на самом деле и не быть
