— Я бы и не подумала на Билла, — сказала Маргрет, качая головой. — На балу он мне показался таким милым и открытым.
— И, представляешь, он за все время не проронил ни слова. Даже тогда, когда его жена вытащила меня из кровати и бросила к ногам мою одежду. При этом она без устали кричала и оскорбляла меня. Даже не могу тебе повторить, как она меня называла. Потаскуха и грязнуля — это еще самое приличное.
— А потом? — спросила Маргрет, затаив дыхание. — Что сделала ты?
— Мне, конечно, хотелось как можно скорее оттуда уйти. Я схватила свою одежду и хотела пойти в ванную, чтобы одеться. Но она преградила мне дорогу и выставила меня голой за дверь.
— Надеюсь, тебя никто не видел? — Маргрет попыталась вообразить себя на месте Джекки.
— Конечно, она своим визгом разбудила всех соседей, — с горькой усмешкой произнесла Джекки. — А когда я раздетая стояла в коридоре, те высыпали и, уставившись на меня, говорили всякие гадости в мой адрес. Это было ужасно. А один мерзкий толстяк сделал мне гнусное предложение. Это был настоящий ад, можешь мне поверить.
Теперь, когда Джекки выложила подруге все, на душе у нее стало немного легче.
«Разумеется, ей понадобится еще какое-то время, чтобы пережить шок. Но это ей также должно послужить уроком», — думала Маргрет. Лично она не хотела бы оказаться когда-нибудь в такой унизительной ситуации.
Джекки коснулась руки Маргрет и встала.
— Как я благодарна тебе, что ты меня терпеливо выслушала, — сказала она, и впервые за сегодняшний день по ее лицу вновь пробежала улыбка.
— Ну о чем ты говоришь! — махнула рукой Маргрет. — Больше не ломай над этим голову, все равно ничего не изменишь. Подумай лучше о том, какая неделя нам предстоит. — Она хотела рассказать подруге о Моргане, но понимала, что у той неподходящее настроение.
В конце недели обе девушки закрылись в своей комнате, чтобы заняться перед экзаменами зубрежкой. Джекки оправилась от своего страшного переживания. Она обладала завидным умением вычеркивать из памяти все неприятные вещи.
Маргрет никак не удавалось сосредоточиться. Опять и опять она видела перед собой лицо Моргана. Она чувствовала его поцелуи на своих губах и бесчисленное количество раз вспоминала пережитые ощущения во время их близости. Каждый раз, когда звонил телефон, сердце ее замирало. Маргрет надеялась, что он все-таки позвонит ей. Но это были однокурсники, которые консультировались по поводу экзаменов.
Первый экзамен прошел в понедельник без сучка без задоринки. Маргрет была уверена, что сдала на «отлично». Придя домой, она сразу набрала номер Моргана. Она скучала по нему, ей хотелось услышать хотя бы его голос. Но телефон не отвечал. И позднее к телефону опять никто не подошел.
Во вторник также все прошло прекрасно. Но, когда Маргрет вновь не дозвонилась Моргану, ею овладело беспокойство. Она плохо спала, среди ночи несколько раз просыпалась и утром встала абсолютно разбитой. И, как нарочно, в этот день ей предстоял экзамен у старика Кинли.
Настоящий комок нервов, бледная, взвинченная, рассеянная, она вошла в аудиторию. К тому же, все материалы, которыми можно было пользоваться на экзамене, она забыла дома.
— Спокойно, дорогая Маргрет, — поприветствовал ее профессор. Артур Кинли был слишком опытным преподавателем, чтобы не уловить ее беспокойства. Сначала он задал несколько вопросов, ответ на которые не представлял для девушки никакой трудности. Это был испытанный способ снятия страха у студентов перед экзаменом. Он сработал и в случае с Маргрет.
Чем дольше она говорила, тем увереннее становился ее ответ. Она рассказала о влиянии французской революции на развитие демократии. Профессор похвалил ее.
Маргрет уже подумала, что он ее отпустит, как вдруг этот старый лис по-настоящему разошелся и начал задавать мелкие каверзные вопросы, стоившие всех предыдущих.
Покинув аудиторию, она не знала, сдала она экзамен или нет. Мысли ее снова возвращались к Моргану. И на последние вопросы девушка отвечала в состоянии транса.
Артур Кинли отпустил ее с коротким «спасибо, Маргрет». Но лицо его оставалось абсолютно безучастным. Это тоже был один из его приемов, выработанных в течение многих лет.
Маргрет поспешила к первому же телефону-автомату и опустила жетончик. Она набрала номер Моргана и с нетерпением ждала ответа. Но в трубке слышались только длинные гудки.
— Может быть, сломался телефон, — успокаивающим голосом сказала Джекки. — На твоем месте я бы поехала к нему домой. Если его нет дома, можешь оставить ему в двери записку. Когда-нибудь он же вернется. Тогда, увидев твое письмо, обязательно позвонит тебе.
Маргрет села в «понтиак» и поехала к дому, где жил Морган. На стоянке стоял только блестящий «олдсмобиль». Старенький «шевроле» Моргана она искала напрасно. Итак, его, скорее всего, не было дома. Чтобы быть в этом абсолютно уверенной, девушка поднялась по лестнице и позвонила в его квартиру. Ей казалось, что она слышит какой-то шум, но никто не открывал. И только когда она постучала, в двери раскрылась маленькая щелочка.
— А? — спросил молодой человек, без сомнения, японец.
— Извините, пожалуйста, Морган дома? — Маргрет напряженно улыбнулась. Ей вдруг пришло в голову, что азиаты постоянно улыбаются.
Японец ответил улыбкой на улыбку и вежливо поклонился.
— Нет Морган, я Хван Сун, — ответил он. — Я из Ниппон. Токио, ты понимаешь? Хван Сун учить английский. — Было видно, что он очень горд своими познаниями в английском.
— Где Морган Смит? — Маргрет попыталась начать все сначала. При этом она старалась произносить каждое слово как можно отчетливее.
— Хван Сун здесь, Морган уехать, — ответил японец и засиял так, как будто занял первое место в каком-нибудь конкурсе.
Маргрет старалась сохранять спокойствие. Она повторила свой вопрос, и на этот раз японец, кажется, понял ее.
— Строит дом в лесу. Там… — Поскольку ему, по всей видимости, не хватило слов, он сложил руки и подложил их под свою наклоненную набок голову.
«Ага, он и ночует на своей площадке, — сообразила Маргрет. — Вот почему я не могла до него дозвониться».
В этот момент раздался телефонный звонок, но японец и не подумал взять трубку.
— Хван Сун ничего понимать, — сказал он, когда Маргрет указала ему пальцем на телефон. — Хван Сун учить английский.
Она прошла мимо удивленного японца и сняла трубку. На другом конце провода была мисс Дженнингс, соседка Моргана, которую она как-то раз видела.
— Хорошо, что я вас застала, детка, — произнесла старая дама, после того как Маргрет представилась. Голос мисс Дженнингс звучал устало и глухо. — Мой врач сказал мне, что я должна лечь в больницу, — проговорила она, тяжело дыша. — И я не знаю, что мне делать с Кларой. Взять с собой ее не разрешат. Я подумала, что, может быть, Морган заберет на время к себе бедное животное.
