Читаем без скачивания Очерк и публицистика - Борис Куркин

В ней и в самом деле высокий уровень жизни. По ВВП на душу населения Норвегия (84 840 долл. США) занимает 4-е место в мире после Катара, Люксембурга и ОАЭ. В первую десятку по этому показателю входят также Швеция, Дания и Финляндия. Продолжительность жизни в регионе составляет у мужчин в среднем 78 лет, у женщин — 82,6 года. Расходы государственного бюджета в процентах от ВВП здесь выше на 3–5 % по сравнению со средними показателями по Европе. Причем затраты на социальную защиту, здравоохранение, образование и услуги составляют в общих расходах до 80 %. Если сравнить эти же государства по динамике Индекса человеческого развития (синтезированного показателя, учитывающего среднедушевой ВВП, продолжительность жизни и уровень образования граждан) с Великобританией и США, то видно, что социал-демократические страны идут впереди. И по распределению доходов они отличаются в лучшую сторону. Децильный коэффициент (или индекс Джинни) в них значительно ниже, чем у других. Расходы же на исследования и разработки (R&D), напротив, выше, а показатели Швеции и Финляндии превосходят даже японские!

Однако в связи с экономическим спадом на континенте темпы роста скандинавских стран составляют от 1 % (Дания) до 4 % (Швеция). Поэтому наряду с ориентацией на опыт Скандинавии нам следует обратить взор и на практику рекордсменов мирового развития, в частности, таких наших партнеров по БРИКС, как Китай и Индия. Оба государства, как говорилось, показывают преимущества смешанной конвергентной экономики. И наша социальная модель должна воспринимать лучшие и подходящие для нас элементы их формаций и структур. Такая ориентация не противоречит поиску собственного варианта. Но не надо изобретать велосипед, если он уже существует.

Мы уже не раз подробно останавливались на экономических задачах, стоящих на повестке дня. Поэтому лишь подытожим их в самом кратком виде:

1) возрождение планового регулирования на новой демократической основе,

2) демонополизация экономики и усиление её конкурентных начал, 3) улучшение инвестиционного климата с целью привлечения иностранного капитала и прекращения оттока капитала из страны, 4) диверсификация экономики, 5) снижение уровня социального расслоения в обществе.

Международные цели определяются нашим местом в мировом политикоэкономическом пространстве. Россия, как и другие государства БРИКС, находится в G-20 (Группе-20), и нам, естественно, следует поддерживать добрые отношения с развитыми капиталистическими странами Запада. Но некоторые из них ведут против нас подрывные действия через неправительственные организации (НПО) и прочих «агентов влияния», включающих и отделения транснациональных корпораций. НАТО не прекращает попыток дальнейшего продвижения на Восток и строительства новых объектов военной инфраструктуры в непосредственной близости от наших границ, создания под нажимом США системы ПРО в Европе.

Военное вмешательство США, Запада и НАТО в Ираке, Ливии и других странах Северной Африки и Ближнего Востока чревато для нас потерей наработанных за десятилетия позиций на местных рынках, лишением крупных коммерческих контрактов. Причем ниши тотчас же заполняются экономическими операторами тех государств, которые приложили руку к смене правящих режимов. В последней «международной» статье В. Путина в связи с этим подмечено: «Может возникнуть мысль, что сами трагические события в определенной степени были простимулированы не заботой о правах человека, а чьей-то заинтересованностью в переделе рынков. Как бы то ни было, но нам, конечно, нельзя с олимпийским спокойствием взирать на всё это. И мы намерены активно работать с новыми властями арабских стран, чтобы оперативно восстановить наши экономические позиции».

С союзниками по БРИКС нам надо развивать всесторонние связи, тем более что Китай теперь уже один из важнейших центров глобальной экономики. Мы должны активнее выстраивать новые кооперационные направления, сопрягая технологические и производственные возможности наших стран, умело задействуя китайский потенциал в целях хозяйственного подъема Сибири и Дальнего Востока. Нам следует продолжать оказывать друг другу поддержку на мировой арене, сообща решать острые региональные и глобальные проблемы, наращивать взаимодействие в Совете Безопасности ООН, ШОС и других многосторонних механизмах.

Следует также всячески укреплять отношения с другим азиатским гигантом — Индией, с которым нас связывают традиционно дружеские отношения. От этого выиграют не только наши страны, но и вся меняющаяся система мирового порядка. России следует стремиться наладить более тесную координацию с партнерами по внешнеполитическим вопросам, плотнее работать на площадке ООН. Когда «пятерка» развернется по-настоящему, её влияние на мировую экономику и политику будет весьма весомым.

Находящиеся в кризисном состоянии Евросоюз и еврозона не могут не затрагивать интересов России — прежде всего с учетом того, что ЕС является нашим крупнейшим внешнеэкономическим и торговым партнером. А от состояния дел у европейцев в значительной мере зависят перспективы развития всей глобальной экономической конструкции. Из кризиса в Европе для нас следуют кое-какие уроки.

Один из них состоит в том, что следует быть весьма осмотрительными при укреплении Таможенного союза с Белоруссией и Казахстаном, формировании единого экономического пространства. Путь к нему уже проложен, получила развитие идея Евразийского экономического союза, который должен заработать к 2015 году. Конечно, хорошо было бы восстановить с Украиной добрые партнерские отношения. Включение её в Таможенный союз способствовало бы интересам обеих сторон. Однако не следует торопиться с расширением трехстороннего объединения. Лучше предварительно укрепить его наднациональными структурами, сделать интеграцию необратимой и взаимовыгодной для всех её составляющих сторон. Но эта интеграция вовсе не противоречит широкому охвату стран СНГ военным сотрудничеством, развитию Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ).

И последнее по счету, но не по значению: надо оздоровить и усилить оборонно-промышленный комплекс, деградировавший в годы односторонних уступок Западу и следования политике, диктуемой Вашингтонским консенсусом. Из либеральных кругов иногда раздается критика по поводу запланированных руководством страны крупных трат на эти цели в грядущие годы. Это, мягко говоря, недальновидно. Мы живем в чрезвычайно сложном, турбулентном мире, где нарастает террористическая активность, маячит угроза распространения оружия массового уничтожения, в ряде мест тлеют региональные конфликты, готовые вспыхнуть масштабными пожарами, участилось применение силы со стороны НАТО в стремлении навязать угодные Западу порядки в той или иной стране. США руководствуются идеями обеспечения себе «абсолютной неуязвимости», расшатывающей систему безопасности для всех. По сути, это возвращение к агрессивному девизу, пущенному в оборот древнеримским военным историком и писателем Вегецием: «Хочешь мира — готовься к войне». У нас, конечно, нет желания участвовать в новом туре гонки вооружений. Но нельзя и забывать о принципе разумной достаточности, о том, что с нами будут считаться лишь тогда, когда мы будем сильны во всех отношениях.

МИХАИЛ ДЕЛЯГИН доктор экономических наук, директор Института проблем глобализации. КАК ВЫМИРАЕТ «БЛАГОПОЛУЧНАЯ» РОССИЯ. Причины, динамика, тенденции

1. КЛЮЧЕВЫЕ ФАКТОРЫ

Вымирание населения России продолжается. Его минимальная скорость была достигнута в августе 2009 года. Но затем долговременные демографические «волны», обусловившие тогда минимальную смертность при максимальной рождаемости, начали расходиться, и надежды безграмотной части бюрократии на нормализацию ситуации не оправдались.

В первой половине 2011 года естественная убыль населения номинально сократилась (со 142,2 до 138,8 тыс. чел.), однако в расчете на 1 тыс. человек — в силу общего сокращения населения — ситуация не изменилась. После сокращения естественной убыли населения с 2,5 чел. на тысячу живущих (промилле) в первой половине 2009 года до 2,0 промилле в первой половине 2010 года в аналогичном периоде 2011 года естественная убыль осталась на уровне 2,0 промилле.

Рождаемость снизилась вместе со смертностью: первая с 12,3 до 11,9 на 1 тыс. человек, вторая — с 14,3 до 13,9 промилле; таким образом, тенденция сокращения смертности (как из-за изменения половозрастного состава населения, так и в силу инерционных последствий улучшения жизни в 2000-е годы) сохранилась, а тенденция повышения рождаемости (по тем же причинам) прекратилась.

Безусловным позитивным явлением стало заметное снижение младенческой смертности (это обобщающий показатель качества жизни, хотя он, похоже, фальсифицируется, хотя и не так сильно, как убийства): с 8,1 на тысячу родившихся живыми в первой половине 2009 года до 7,6 в первой половине прошлого года и до 7,1 в аналогичном периоде 2011 года.