Эмпирически Кирилл и Диана пришли к выводу, что чем больше ран получит монстр, тем труднее потом превратиться в человека. Слабость и головокружение длятся намного дольше.
– В целом, отличные данные, – заметила Диана. – А за счет развитого интеллекта у тебя явные преимущества перед другими мутантами.
– Надеюсь, нам удастся не дать им приземлиться на планету. У Spes были комплексы противовоздушной обороны. Надеюсь, их успеют разморозить и привести в порядок.
– В одной из трех лабораторий, насколько мне известно, создавали летающих мутантов. Не знаю, смогут они летать или нет, но уж спланировать даже с большой высоты им точно не составит труда.
– Чем дальше, тем интересней, – горестно вздохнув, заметил Кирилл. И вдруг его пронзила мысль, от которой он едва не задохнулся.
Диана, увидев волнение звездолетчика, взметнула узенькие брови. Ярко-синие глаза слегка прищурились, словно она заметила что-то подозрительное.
– Диана, – начал Громов. – Помню, перед операцией на Тайле ты сказала, что знаешь обо мне все. Даже то, что меня считали шпионом, а потом разобрались, что я все-таки подстава. А не было там информации, кто организовал всю операцию. Кому изначально я обязан своей исковерканной судьбой?
– В твоем личном деле была пара имен, – сказала Диана. Девушка нахмурила лобик, пытаясь вспомнить.
Внутри Кирилла все замерло. Казалось, даже сердце перестало биться. Он так давно хотел узнать имена предателей… Но сейчас испугался того, как круто может измениться жизнь от этих нескольких слов.
– Вспомнила! Виккенхайзер и Джонстон – политики Spes.
Кирилл едва сдержал рычание. Он надеялся, что время и встреча с родителями утихомирит снедающую изнутри ненависть, но жажда мести не проходила. А сейчас, когда он узнал имена, она вспыхнула с новой силой. Хотелось прямо сейчас схватить автомат, найти этих ублюдков и выпустить в каждого по обойме. Или еще лучше: прийти к ним в кабинет, превратиться в зверя, и живьем разорвать когтями на кусочки.
Громов сделал большое усилие, чтобы подавить свои желания ради интересов планеты. Если сейчас убить Виккенхайзера и Джонстона, то это ввергнет в панику и без того испуганных людей. Но зачем они это сделали? Почему выбрали именно меня?
Кирилл вспомнил рассказ отца. Виккенхайзер когда-то ухлестывал за Анной. Но отец оказался проворнее. Неужели эта давняя ссора могла стать решающей в выборе кандидата в смертники? А Джонстон… Джонстон всегда подпевал Виккенхайзеру.
Из раздумий его вывела Диана. Девушка обняла звездолетчика за плечи и тихо что-то прошептала. Кирилл встрепенулся, поцеловал ученую в щеку и встал.
– Спасибо, Диана, – сказал он не своим голосом. – Ну что, продолжим исследования?
В этот момент раздался звук, который на Spes не слышали ни разу – сигнал всеобщей всепланетной тревоги.
Глава пятая
Кирилл быстро надел форму, забросил за спину рюкзак, и повесил на плечо автомат. Диана выключила приборы и едва уловимым движением хлопнула по бокам гладкого черного костюма, где ждали своего часа пистолеты.
– Во флаер, быстро! – скомандовал Кирилл. – Думаю, тайльцы уже близко. Наши радары никогда не были сильны.
Громов закрыл лабораторию и побежал к флаеру. Запустив двигатель, он приказал коммуникатору звонить сразу двум абонентам: Артему и Рафаэлю. Сеть была перегружена, но все-таки электромагнитные волны достигли адресатов.
– Я уже еду, – отозвался Артем. – На космодром.
– Правильно, – сказал Кирилл.
– Сейчас выхожу, – сообщил Раф.
Диана закрыла дверь, и Громов поднял машину в воздух. Сигнал тревоги не прекращался, из всех визоров, радиоприемников и мобильных телефонов начали дублировать сообщение: «Тайльский флот обнаружен в системе Mare argenteus. Ориентировочное время подхода к орбите Spes – двенадцать часов. Прибытие земного флота ожидается через двадцать часов. В связи с возможностью планетарной бомбардировки необходимо в ближайшее время укрыться в подвальных помещениях».
– Все началось даже быстрее, чем я думал, – сказал Кирилл, мчась к космодрому на предельной скорости. – Видимо, все ваши мутантики уже достигли нужной кондиции.
– Они уже не мои, – с приторной улыбочкой ответила Диана. – Я теперь враг Тайлы, народный предатель.
– Может, тебе посмертно дали орден Рекса, откуда ты знаешь?
– Думаю, на видеозаписях видно, что я жива, нахожусь в сознании, и не особо-то тебе сопротивляюсь.
– Тебя покорила моя любовь, – сказал Кирилл и перевел тему: – Диана, а где твои родители?
– На Индре. Я там родилась. Полетела проходить практику на Тайлу и зависла на семь лет. Сколотила неплохое состояние, была признана в научных кругах, получила гражданство Тайлы и собственную лабораторию. А с родителями мы разругались в пух и прах. Они знать меня теперь не хотят.
На душе Кирилла стала еще тоскливее.
– Не верится, что ты целенаправленно работала над уничтожением свободы людей, – сказал он, делая круг над космодромом. – Для страшной войны.
– Я не думала, что все зайдет настолько далеко, – задумчиво ответила Диана. Ученая не пыталась оправдаться. – Да и мне, признаюсь, мозги промыли будь здоров.
– Сколько веков прошло, а доверчивость по-прежнему не считается достоинством человека, – вздохнул Кирилл, сажая флаер поодаль от корабля. – Я сам еще полгода назад был наивным, как школьница.
– Умеешь подбодрить, – хмыкнула девушка, спрыгивая на гладкий бетон.
Громов закрыл флаер и позвонил отцу.
– Флаер на космодроме, – сказал Кирилл.
– Хорошо, сейчас кого-нибудь пришлю за ним. Удачи, Кирилл.
– И вам удачи.
Громов дважды обошел корабль кругом и, не найдя изъянов, открыл входной шлюз. Пропустив девушку вперед, он уселся на выдвижном трапе. Артем подъехал спустя пять минут. Кириллу хватило одного взгляда, чтобы понять – на друге «хамелеонка». Где он сумел ее раздобыть, одной Черной Невесте известно. Форма продавалась строго офицерам безопасности. Еще ее мог добыть владелец корабля, снаряжающий команду в межзвездный полет. Хотя цвет формы Артем изменил на свой любимый темно-зеленый.
– Даже страшно, что твои слова подтвердились так быстро, – вместо приветствия крикнул Артем.
– Ага, давно не виделись, – в ответ гаркнул Кирилл.
Начал накрапывать дождь, словно планета заранее оплакивала свою нелегкую судьбу. Подъехал на мотоцикле Рафаэль, оставляя на бетоне широкие грязные следы. По черному корпусу космического корабля стекали крупные капли. Рафаэль оставил мотоцикл в сотне метров от судна и побежал к друзьям.
– Ну что, никто из «сомневающихся» не позвонил? – спросил Раф, запрыгивая в шлюз. – Рома или Васко?
Конец ознакомительного фрагмента.
Сноски
1
Rex – Король (лат.).
2
Mare argenteus – Серебряное море (лат.). Система, где находится планета Spes – родина Кирилла. Spes – Надежда (лат.).
3
Lux – Свет (лат.).
4
Infans – Малыш (лат.).
5
Onis – Бес (лат.).
