христианство от других религий, потому что Бог Библии — живой и сущий Бог! Множество молитв были услышаны, и проблемы так или иначе были разрешены. Думаю, что я был первый из корейцев с Сахалина, получивший гражданство Южной Кореи, после того как Корея и Россия установили дипломатические отношения.
Для того чтобы получить гражданство, требовались документы, подтверждающие, что отец был родом из Кореи. Без наличия вышеупомянутых документов гражданство получить было невозможно. Следовательно, в 1994 году мы с женой поехали в Корею, чтобы найти корни моего отца, чтобы документально доказать, что я корейской национальности. Хотя мы проделали огромный круг, чтобы найти документы отца, все наши попытки не увенчались успехом.
Несмотря на все усилия, которые мы предпринимали весь путь из Тегу до Хамянга, чтобы найти все документы, принадлежащие отцу, были сожжены дотла во время войны в Корее.
Хамянг — это место, где жил отец до Сахалина.
Как только я узнал, что все документы, на которые я возлагал большие надежды, пропали, то очень сильно расстроился и пал, в конце концов, духом. Нам ничего не оставалось делать, как покинуть родные места моего отца с пустыми руками. После чего мы вернулись опять в столицу, и нам сказали, что есть еще одна надежда! Если нет документов отца, то я могу воспользоваться документами матери. Эта новость меня обнадёжила, и мы начали искать пути решения проблем. Нам нужно было найти документы моей матери.
Оказывается, все это очень просто, мне нужно было пойти в архивный офис, где хранились документы насильственно увезенных на Сахалин людей.
Мы с женой поехали, это было в городе Сувон, и нашли все необходимые документы для получения гражданства. С этими документами мы обратились в Красный Крест, потому что нам подсказали, что там помогут. Перед каждой проблемой я молился Богу, и удивительным образом решалась проблема. Этот раз тоже не был исключением!
Сеул — такой огромной город, что куда ни поедешь, это занимает минимум 2 часа. Я привык в России к маленьким городам, а тут такой мегаполис.
Короче, мы проделали весь путь от окраины до центра Сеула, чтобы найти Красный Крест, неся свою дочь на руках.
Когда мы прибыли туда, нас огорчили, что такими делами они не занимаются. Они сказали, что нам нужно обратиться в министерство иностранных дел, чтобы решить эту проблему.
Хорошо, что это министерство находилось недалеко от Красного Креста. Поэтому долго не задумываясь, мы отправились в министерство иностранных дел. Пришли туда с надеждой, а нас разочаровали! Короче, нас футболили как могли, с одного места на другое. Я подумал, что это за суета! После того как нам отказали во всем, мы спускались на лифте, уставшие от беготни, к тому же голодные, еще на руках ребенок, и вдруг сильно захотелось вернуться к тому человеку, который отказал нам. Не выходя из лифта, опять поднялись вверх, и как раз в этот момент тот человек стоял у лифта.
Жена набросилась на него: как мне быть, я местная, а мой муж из России. Он стоял и слушал то, что говорила жена, потом говорит ей: эта история мне знакома, кто-то мне уже рассказывал это. И он спросил, вы случайно не знаете пастора Ким Чжон Дэ с Ульсана? Жена говорит: так это же мой духовный отец, они меня воспитали. Услышав то, что рассказала жена, он стоял в оцепенении, а затем сказал: моя мама — дьяконица той церкви.
Он так удивился, потому что мама рассказывала ему, что у пастора есть дочь, которая замужем за сахалинским корейцем. Хотя мы официально зарегистрировали брак в России, как полагается, в загсе, в Корее этот брак считается незаконным, потому что у меня не было гражданства, ни корейского, ни российского.
Поскольку он в курсе событий, он сказал: подождите, давайте придумаем что-нибудь, как решить эту проблему. Он попросил нас зайти к нему офис, а сам начал рыться в документах. Через несколько минут нашёл документ китайского корейца, получившего корейское гражданство. Это был первый случай иностранца, получившего гражданство Кореи. На основе того документа он дал мне бланки, которые нужно было заполнить и отослать в посольство Республики Корея, которое находилось во Владивостоке. С этими документами нам пришлось вернуться на Сахалин, и виза заканчивалась.
Вот мы уже на Сахалине, потихоньку я начал собирать документы, которые требовались в посольстве Республики Кореи. Мне нужно было перевести первую страницу, лицо без гражданства, в переводческом бюро. За три или четыре предложения я заплатил 50 рублей, на тот момент это были большие деньги. Собрав все документы, необходимые в посольстве, я отправил их в конверте заказным письмом.
Не было такого дня, чтобы я ни молился, я почти каждый день молился, чтобы Бог сотворил чудо. Короче говоря, молился и ждал ответа из посольства. Прошло полгода, и мне поступило письмо из посольства, где говорилось, что при переводе лицо без гражданства допущена ошибка. Далее внизу было написано, чтоб исправить ошибку и прислать опять в посольство. Тогда у меня уже терпение лопнуло, как подумаешь, опять ждать полгода. На этот раз я уже стал заниматься исправлением документа неохотно, про себя я на всё махнул рукой — получится, так получится. Все равно пошёл в переводческое бюро и, исправив ошибку, опять послал в посольство. Честно говоря, я уже не стал ждать, как в прошлый раз, но продолжал молиться. Однажды молюсь, и мне пришло такое предчувствие, что я получил гражданство. Когда я молился по поводу моего документа, вдруг на душу такой мир снизошёл, что я забыл про эти документы. Однажды вечером я сказал жене, что получил гражданство, она говорит: покажи! Хотя на руках не было ничего, но у меня присуствовала уверенность, что гражданство я получу.
В один прекрасный день я говорю жене: поехали в Корею, чтобы я мог продолжить изучать английский язык в школе миссионеров, потому что я так полюбил этот язык и горел желанием довести до конца. У меня такая натура, если я берусь за дело, то должен до конца довести. Прежде чем отправиться во Владивосток за визой, я позвонил в посольство, чтобы узнать, как продвигается дело с моими документами на гражданство. Приняв мой звонок, работник посольства сказал: когда этот вопрос решится, никто не знает, должен состояться суд в Корее, может быть, еще 6 месяцев, но это от нас не зависит. Мы сделали все, что от нас требуется.
Тогда я махнул на всё рукой и поехал в ОВИР, чтобы подать заявление на
