развернуться и выйти из боя. «Такао» с «Цукуси» пытались преследовать, но быстро отстали. Зато пароход, что приближался с юга, упорно висел за кормой, хотя с самого начала ему был прекрасно виден дым шедшего теперь навстречу «Амура», а потом и «Сунгари» с «Днепром». Такое преследование продолжалось до тех пор, пока над горизонтом не показались мачты всех троих наших вспомогачей.
Причем в ходе погони японец даже сокращал дистанцию, то есть был резвее. Только осознав, что прежде чем сблизится на дистанцию уверенной стрельбы, будет иметь дело сразу с четырьмя вооруженными судами, он все же развернулся через правый борт и вернулся к своим. Дистанция в этот момент превышала четыре мили.
Его удалось довольно хорошо разглядеть в профиль. Двухтрубный пассажирский с европейской архитектурой. Довольно больших размеров. Вооружение не менее чем из восьми шестидюймовок. По крайней мере, на борт у него могло стрелять целых пять таких пушек.
На этом бой и закончился. Повреждения «Урала» оказались невелики. Самой неприятной новостью стал разбитый осколками электромотор лебедки подъема-опускания аэростата. Правда, редукторы и все остальное не пострадали, и возможность обслуживания «колбасы» вручную сохранилась. Это было, конечно, гораздо медленнее, но все же… А главным итогом столкновения стало резкое изменение намерений.
Сойдясь вплотную с «Амуром» и дождавшись подхода второй пары, командиры провели короткое совещание относительно плана дальнейших действий. Поскольку на горизонте к югу и к юго-востоку все еще маячили дымы японских дозорных судов, и их даже становилось больше, не было никаких сомнений, что без ущерба проникнуть за эту линию в светлое время суток не удастся. Кроме того, даже если, дождавшись ночи, получится миновать район дозоров, вряд ли будет шанс накрыть хоть кого-то из судов обеспечения на местах их стоянок. Времени для эвакуации всего ценного у японцев уже сейчас было достаточно. А к утру, скорее всего, вообще будет обнаружено лишь голое побережье. Даже рыбаки забьются по щелям да устьям рек. Пришлось возвращаться фактически ни с чем, ограничившись традиционным осмотром рейда Хатинохе, вполне ожидаемо совершенно пустого.
В Хакотдате решение о сворачивании рейда одобрили. Но такая концентрация вооруженных судов настораживала. Об этом следовало известить гарнизон на Курилах, заодно согласовав границы зон ответственности и план дальнейшего взаимодействия.
На следующий день «Урал», как единственный скороход Небогатова, снова отправился на восток. Он должен был провести повторную разведку маршрута из Цугару на Курилы. Хоть после ухода туда «Алеута» и прошло всего несколько дней, ситуация могла измениться.
На переходе дважды выходили на связь по радио с «Сунгари» и «Днепром», снова щупавшими японские патрули. На этот раз они пытались спуститься к югу вдоль самого берега. В переговорах участвовала и станция «Николая», так что радиообмен получился довольно интенсивным, что вызвало явное беспокойство противника. Число дымов, наблюдаемых с рейдеров, снова быстро увеличивалось. На этот раз они появлялись даже почти за спиной, что вынудило снова вернуться, так и не добравшись даже до Кудзи. Зато поход «Урала» прошел спокойно. В море никого не видели и к ночи 9 октября уже вернулись, доставив обратную почту для штабов во Владивостоке и Хакотдате.
Чтобы отвлечь японцев и прикрыть его обратный прорыв, ночью накануне «Амур», воспользовавшись дождливой погодой, тихо просочился за линию патрулей южнее мыса Сириязаки. На рассвете он оказался в виду устья реки Медачи, но, кроме рыбацких флотилий, никого не обнаружил. Рейд был совершенно пуст. Первое время не отмечалось даже радиотелеграфирования, только сигнальные дымы и мерцание гелиографов. Судя по всему, его появление здесь оказалось сюрпризом.
Закончив осмотр, «Амур» направился на восток. Горизонт оставался пустынным, и крейсер приступил к выполнению второй задачи рейда – радиоразведке. В точном соответствии с инструкцией, полученной из Владивостока, с него начали работать своей станцией, меняя телеграфистов и силу сигнала, имитируя присутствие в этом районе не менее трех наших кораблей. Его поддержал «Николай» из Хакотдате и «Днепр», заранее выдвинутый в океан на тридцать миль к востоку от выхода из Цугару.
Совсем скоро начали принимать удаленную работу японской станции. Позже ей отозвались еще две, уже ближе, а потом сильный передатчик издалека, откуда-то с юга. Разобрать ничего не могли, поскольку телеграфировали, помимо шифра, еще и кодовыми фразами. Но все писалось на ленту. К этому времени рейдер уже практически возвращался к проливу, держась вне видимости с чужого берега.
Примерно на полпути до мыса Сириязаки справа показался японский вспомогательный крейсер. Но приближаться не рискнул, какое-то время следуя на параллельном курсе в пяти милях. За кормой на юге из-за горизонта поднимались дымы еще трех судов. Несмотря на близкую поддержку, сопровождать дальше входа в пролив конвоир все же не решился, поэтому обошлось без перестрелки.
За время отсутствия в базе «Урала» «Днепр» и «Сунгари» снова проверили западное побережье к югу от Цугару вплоть до района Акита, но не обнаружили никаких признаков активности противника. Видели только небольшие рыбацкие суда, три из которых потопили, привезя их команды в Хакотдате. Остальные успели скрыться.
Этими вылазками было установлено, что в Японском море в непосредственной близости от района базирования активность противника отсутствует, судоходство остановлено. Из Владивостока сообщали, что такая же картина наблюдается на всей акватории этого моря. Восточное направление к Курилам практически открыто. Там за все это время лишь дважды отмечалась работа станций беспроволочного телеграфа японской азбукой. Ни одного патрульного или разведывательного судна обнаружено не было. Зато путь на юг в Тихом океане перекрыт плотно, и силами одних только вспомогательных крейсеров преодолеть заслоны и добраться до участка побережья, уже запланированного к осмотру, достаточно рискованно. А в случае скрытного проникновения есть шанс оказаться отрезанным от главных сил.
Категоричное требование штабов флота и наместника обеспечить максимальную скрытность и безопасность предстоящей переброски значительных армейских контингентов Тихим океаном в южном направлении вынуждало Небогатова уже в ближайшее время предпринять набег всеми боеспособными силами на залив Сендай. По показаниям пленных, именно там базировались все корабли патрульных сил и их прикрытие. Планировалось атаковать стоянки и суда снабжения, а на обратном пути осмотреть побережье на предмет возможных временных угольных станций, обеспечивающих дозорные суда и легкие минные силы, при их действиях в самом проливе Цугару.
Рейд, назначенный на 11 октября, пришлось отложить из-за испортившейся погоды. Тихий океан «дохнул» на восточное побережье Японии сырым воздухом, закрывшим все вокруг промозглыми туманами. Потом они переросли в нудные дожди, переходящие в зябкую морось и растянувшиеся на два дня. Мореходным судам такая погода, конечно, не сильно мешала, но использование воздушной разведки исключала полностью. А в предстоящем рейде для достижения желаемого эффекта
