Майк тут же успокоился и улыбнулся.
– Серьезно? Наверное, я должен сказать, что мне очень жаль, но… – И тут, к изумлению Делии, он рассмеялся. – Это невероятно! Как вы вообще оказались здесь?
Только теперь она окончательно уверилась в мошенничестве Уолтмена. В ее зеленых глазах вспыхнул огонь.
– Подразумевалось, что у нас будет деловая встреча. Мне сказали, что ты будешь здесь. Однако твой отец почему-то забыл предупредить тебя… Извини, я пойду к Рейчел. Наверно, моя одежда уже высохла. – Если между отцом и сыном возникнут нелады, она тут ни при чем. Барри не должен был так поступать с ней.
Делия забрала одежду, натянула ее на себя, вновь предстала перед мужчинами и, чувствуя, что обстановка накалилась, заявила, что уезжает.
Барри проводил гостью до входной дубовой двери.
– Вы поступили не слишком вежливо.
– А сами-то вы как поступили со мной! – возмущенно воскликнула Делия. – Представляю, что теперь подумает о вас сын. Передайте ему, что в понедельник утром я буду ждать его у себя в офисе. Причем одного.
Ничего удивительного, что, вернувшись домой и улегшись в постель, Делия не сомкнула глаз. Барри Уолтмен не выходил у нее из головы. Его поцелуй пробудил в ней чувства, избавиться от которых не так-то легко. К счастью, то, что случилось, больше не повторится.
И никаких усилий для этого от нее не потребуется. Она с головой уйдет в свою работу, будет иметь дело только с Майком. Он еще должен кое-что объяснить. Остается надеяться, что парень не слишком расстроился.
На следующее утро, как всегда бывало по субботам, Делия отправилась поплавать с подругами и не вылезала из воды целый час, решив таким образом избавиться от мыслей о Барри Уолтмене. Физическая нагрузка действительно пошла ей на пользу.
Покидая бассейн, она вновь была самой собой – веселой, бодрой, жизнерадостной – и теперь могла судить о Барри более спокойно. Отец ее клиента попытался пофлиртовать с ней, только и всего. Она была уверена, что такого больше не случится.
Тем не менее утром в понедельник Делия взмолилась, чтобы Барри Уолтмен не пришел с сыном. Ее молитвы были услышаны: Майк явился минута в минуту и был один.
– Прошу прощения за то, что отец под надуманным предлогом заманил вас к нам, – сразу же начал юноша. – Не могу понять, в чем дело, разве что он проявляет к вам интерес… Как вы думаете, это похоже на правду? – Майк выглядел взволнованным и в то же время странно довольным. – Отец так давно не обращал внимания на женщин…
– Да нет, он не заманивал, – решительно прервала его Делия, не желая осложнять отношения между двумя родными людьми. – Отец хотел поговорить о тебе, вот и все. Он сказал, что у тебя были сложности. Почему ты не сообщил об этом раньше?
У Майка порозовели щеки.
– Я не думал, что это имеет значение. В то время мне было всего двенадцать лет, и я жил с матерью. – Видно, старая история до сих пор причиняла ему боль. – Я часто оставался один. У матери был новый друг. – В тоне Майка мелькнули нотки презрения. – Я украл из магазина магнитофон – просто от скуки, а вовсе не потому, что у меня не было на него денег. Когда мать спросила, откуда он взялся, я не стал лгать. Тогда она заставила меня вернуть магнитофон и извиниться. К счастью, хозяин магазина не стал заявлять в полицию.
– Тебе крупно повезло, – заметила Делия.
– Я знаю, – уныло признался он. – Но, честное слово, я больше никогда ничего не крал. А тот случай с магнитофоном… Хотелось любым способом привлечь к себе внимание матери.
– Твой отец упомянул, что она… ну, что ее больше нет. – Делия с сочувствием взглянула на парня. Тот печально кивнул.
– Да… Автомобильная катастрофа. Машину вел Ричард… Ну, мамин друг. Погибли оба.
– Ты тоскуешь по ней?
– Конечно. – Видно было, что вопрос его удивил.
– Твои родители развелись?
Майк покачал головой.
– Нет, отец никогда бы не согласился на это. Он все еще любил ее.
– Тогда почему же они расстались? – На лбу Делии появилась беспокойная морщинка.
– Потому что она встречалась с другим мужчиной, – вздохнул Майк. – Не с Ричардом, тот появился позже. У родителей были страшные скандалы из-за первого маминого романа, и в конце концов мать уехала. Отец дрался за опеку надо мной руками и ногами и очень расстроился, когда меня отдали матери. Он винит ее во всех моих злоключениях.
– Да, я знаю, – кивнула Делия.
– Но я не принимал в краже, в которой меня обвиняют, никакого участия, – заволновался он. – Я уже говорил, вся история не стоит выеденного яйца. Я просто остановился поболтать с Бобом, который, оказывается, стоял на стреме, и, когда приехала полиция, попался вместе с воришками. Вы ведь верите мне, правда? – Парень с надеждой посмотрел на адвоката.
Конечно, она ему верила. Члены шайки оговорили невинного, но доказательств не было. Да, случай вроде бы простой, но столько уже вокруг этого дела накручено личного…
– Я не буду выступать в суде, – уведомила Делия своего подопечного. – Тебя будет защищать Мелани Голдберг. Она очень хороший адвокат. Ты скоро с ней встретишься.
– Как, еще одна женщина? – широко раскрыл глаза Майк. – Вот отец «обрадуется»!
Делия это предвидела и намеренно ничего не сообщила Барри Уолтмену. Мелани была не только прекрасным адвокатом, но и ее близкой подругой. Они не раз вместе вели защиту в суде.
Сегодня обеим представилась не столь уж частая возможность пообедать вдвоем. Увидев Делию, подруга нахмурилась:
– У тебя усталый вид.
Мелани Голдберг была тоненькой женщиной лет сорока с небольшим. Лукавое лицо обрамляли короткие каштановые волосы, слегка тронутые сединой. Она носила очки в черепаховой оправе, которыми любила размахивать в полемическом запале во время судебных заседаний. Мелани никогда не была замужем и не собиралась этого делать.
Делия не посмела признаться, что страдает из-за мужчины. Иначе Мелани подвергла бы ее допросу с пристрастием, а потом в который раз долго и нудно предостерегала бы против коварства «этой породы людей», как она выражалась. Нет, лучше уж оставить переживания при себе.
Они пообедали в тихом ресторанчике в предместье Филадельфии и уже уходили, когда Делия увидела старшего Уолтмена. То ли он был здесь с самого начала, то ли пришел уже после их появления… Барри сидел один в дальнем углу зала и производил впечатление человека, целиком ушедшего в невеселые мысли.
Когда он поднял голову, Делия скрепя сердце улыбнулась ему. Лицо Уолтмена осталось абсолютно бесстрастным, как будто несколько дней назад между ними ничего не произошло. Но она-то с ужасом поняла, что от одного взгляда этого человека у нее немеют руки и ноги. Ощутив знакомый жар, она, не сказав ни слова, устремилась к выходу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
