Весь вечер напряжение между ними росло, и, сознавая, что происходит что-то важное, девушка совсем растерялась. Ее «Доброй ночи» прозвучало гораздо более резко, чем обычно, когда она встала, чтобы пройти в свою спальню.
Но и там Сара не чувствовала себя в безопасности. Тогда она вышла к морю, и, заметив свет в комнате Дэвида, подумала, что он, вероятно, тоже не может заснуть. Может быть, и ему наконец, стало ясно, что этот разумный со всех точек зрения брак начинает оборачиваться для них какой-то новой, непонятной стороной?
Сара никогда и не мечтала выйти замуж по любви. После гибели родителей она избегала глубоких эмоций. Одно время ей казалось, что она влюблена в Марка Локвуда, но их отношения продлились недолго. Трезво проанализировав свои чувства к нему, она поняла, что было их причиной. Бездушная холодная атмосфера в доме дяди, годы упорной учебы и полное отсутствие развлечений, — все это привело к тому, что она бросилась на шею к первому, кто ласково посмотрел на нее. Естественная реакция неопытной девушки.
Но если бы она относилась к браку иначе и хотела по-настоящему любить и уважать того, с кем разделит свою жизнь, то Дэвид был именно таким человеком. Он обладал блестящим умом и ровным характером. В нем были и сила, и нежность, и глубокая человечность. Его уважение значило для Сары гораздо больше, чем сексуальная привлекательность, богатство и положение вместе взятые.
Да, она искала такого человека, искала любви…
Погруженная в эти мысли, Сара ступила чуть глубже в воду, и набежавшая волна окатила ее с головой. Сара споткнулась, чуть не упала, выпрямилась, обернулась… и вдруг увидела Дэвида. Ее бросило в жар, и сердце забилось быстрее.
— Дэвид… — хрипло позвала она, поняв, что любит этого человека, любит давно, вероятно, с той самой минуты, когда впервые увидела!
На нем были только плавки. Серебристые лунные блики коснулись его лица. Он казался ожившим античным богом.
— Сара? — вопросительно произнес Дэвид и подошел ближе, любуясь нежными женственными очертаниями ее фигуры. — Я не мог заснуть.
Тепло его обнаженного тела горячей волной отозвалось в ней. Он взял ее лицо в ладони и заглянул в глаза. Сара чувствовала, что он дрожит от возбуждения. Дэвид тут же овладел собой и отодвинулся. Но она успела заметить, чего ему стоило сдержаться и не приласкать ее более интимно.
— Я провожу вас домой, — сказал он мягко, но в его хриплом голосе чувствовалась едва скрываемая страсть, и Сара поняла, что он желает того же, что и она. — Может, чашка холодного чая поможет нам уснуть?
Он успокаивал ее, словно отец проснувшегося ребенка. Но Сара теперь уже ничего не боялась, потому что она, наконец, призналась себе в том, что уже давно подозревала. Она любила этого человека, — вот почему ей казалось, что будет логично и правильно сделать ему предложение! Приучив себя обходиться без любви, она не сразу поняла, что с ней происходит!
Но теперь все встало на свои места.
Каково же ему было терпеть ограничения, которые она наложила на первые дни брака! Сейчас они стали нестерпимы для нее самой.
Но он был верен своему слову и все это время держал дистанцию, считая, что она сама должна сделать первый шаг навстречу.
— Дэвид…
Он уже собрался идти к дому, но круто обернулся, услышав ее голос. Сара видела, что он напряжен, как натянутая струна.
— Люби меня! — Легкость, с которой она произнесла это, не удивила Сару. Эти слова должны были быть сказаны намного раньше. Она нашла свою любовь!
Потрясенная этим открытием, душа ее пела от счастья. Сара погрузилась в глубину его синих глаз, читая в них ответное чувство. Он взял ее протянутые руки и прижал их к груди.
— Ты уверена? — хрипло, тревожно, настойчиво спросил он.
Она кивнула, слишком полная любовью, чтобы говорить. Не зная, плакать или смеяться от счастья, девушка подняла к нему лицо, и Дэвид задержал дыхание, притянув ее еще ближе.
Руки и губы искали и находили друг друга. Волшебная сила любви соединила их, и Сара благодарно приняла его в себя.
Волны мерно и плавно набегали на берег, и тела подчинялись их ритму. Он любил ее так нежно и страстно, что ей хотелось плакать.
5
— Ты уходишь, не попрощавшись!
Сара с грозным видом появилась в дверях столовой, завязывая пояс прозрачного пеньюара. С ленивой усмешкой Дэвид поднял глаза от завтрака, и в его взгляде промелькнуло желание.
— Это не так. Я пришел бы разбудить тебя перед уходом. — Он отложил газету — Позвонить Энн, чтобы она принесла твой завтрак?
— Нет, спасибо.
Сара пригладила спутанные волосы и села напротив, утащив с его тарелки кусочек хрустящего бекона. Она не хотела видеть никого, даже Энн, которая была, наверное, одной из самых ненавязчивых женщин на свете. Ей нужен был только Дэвид. Никогда больше она не станет притворяться холодной и недоступной. Любовь — это такое счастье!
Жаль только, что нельзя рассказать Дэвиду о своих чувствах. Он женился на ней только потому, что это было удобно. То, что она оказалась страстной любовницей, конечно, льстило его мужскому самолюбию. Но признать, что ею движет настоящее, глубокое чувство, которое нужно бережно хранить, означало бы взять на себя огромную ответственность. Зачем ему эти хлопоты?
Сара залюбовалась мужем. Он был так хорош собой: темные волосы, еще влажные после душа, были гладко причесаны, снежная белизна сорочки оттеняла мужественное загорелое лицо. Она с трудом преодолела желание немедленно прикоснуться к нему.
Каждое утро, проснувшись, она тянулась к нему и будила, а потом они лениво, томно занимались любовью.
Но не сегодня.
Вчера они вернулись в Лондон. Последние дни на острове были так прекрасны, что Дэвид позвонил в «Бартон и Торн» и сообщил Джейн Моррис, что задержится еще на неделю.
Они приехали поздно вечером, а наутро, привычно протянув руку, Сара ощутила лишь холодные простыни и тут же запаниковала.
Она схватила халат и, на бегу запахивая его, выбежала из спальни, желая хоть одним глазком взглянуть на мужа прежде, чем он уйдет.
Увидев Дэвида, Сара сразу успокоилась.
— Чем ты займешься сегодня? — отодвинув тарелку, спросил он.
Она лениво пожала плечами и мечтательно улыбнулась.
Сара собиралась сразу же по возвращении из Италии выйти на работу, но согласилась на несколько неожиданное предложение мужа взять еще неделю отпуска. Она предпочла бы сидеть за своим рабочим столом, работать с ним, постоянно чувствуя его рядом. Но он настаивал, а она пребывала в такой эйфории, что не в состоянии была спорить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
