Когда Данте Моран начал подробно объяснять, что известно ФБР о преступной шайке, занимавшейся похищением детей в течение десяти последних лет, Трент взял Кейт за руку. Она инстинктивно хотела отдернуть ее, однако здравый смысл возобладал. Здравый смысл и сознание того, что между ними все еще существует эмоциональная связь. После долгих лет разлуки их связывает самое важное, что может существовать между двумя людьми – ребенок. В их случае – пропавший ребенок.
Кейт крепко сжала руку Трента и придвинулась к нему ближе. Взглянув на бывшего мужа, она увидела у него на лице отражение собственных мыслей и чувств. Он наклонился к ней и тихо сказал:
– Увидев этих родителей, мне хочется, чтобы ФБР нашло четырех маленьких девочек.
Кейт согласно кивнула. Трент обнял ее за плечи, и она с благодарностью приняла утешение. По правде сказать, она рада, что ей не придется в одиночестве пережить предстоящее испытание. Оно будет тяжелым, найдут Мери Кейт или нет.
– Бюро занимается оповещением приемных родителей. Они исчисляются сотнями. Мы начали с детей старшего возраста и занимаемся тремя девочками, похищенными в Алабаме до или после пасхального воскресенья двенадцать лет назад. Мы обратились к приемным родителям с просьбой о сотрудничестве и попросили их разрешить нам взять пробы ДНК у их приемных детей, – сказал Моран. – Сегодня мы постараемся ответить на ваши вопросы. Затем нам потребуются образцы ваших ДНК. Эти анализы очень важны. Чтобы ускорить получение результатов, один из биологических родителей оплатил расходы по проведению независимой экспертизы, так что мы получим их через неделю или даже раньше. Анализы ДНК подтвердят отцовство. Мы будем также использовать группы крови и отпечатки пальцев младенцев там, где они есть.
Кейт повернулась к Тренту.
– Ты…
– Да.
– Спасибо.
– Я предложил оплатить расходы на анализы ДНК, чтобы нам не пришлось ждать дольше, чем необходимо, – тихо сказал он. – Я заплатил бы в десять раз больше, чтобы мы… и остальные родители узнали правду.
– Даже если эти девочки принадлежат любым трем парам, которые присутствуют здесь, это не означает, что вы сможете пойти и потребовать своего ребенка, – продолжал Моран. – Нам предстоит настоящий юридический кошмар. Приемные родители этих девочек уже нанимают адвокатов, и я уверен, что то же самое сделают сотни других приемных родителей в ближайшие недели и месяцы.
– Какие права у нас есть? – спросил Дэнис Коупленд.
– Их определит суд.
– В хороших ли семьях находятся все эти девочки? – поинтересовалась Джессика Превин. – У них у всех любящие родители?
– Сейчас я не располагаю информацией на эту тему, – ответил Моран.
– Когда нам предстоит встретиться с приемными родителями? – задала вопрос Джейн Перкинс.
– Нам покажут фотографии девочек? – спросила Джессика Превин. – Я уверена, что узнаю Черити, как только увижу ее.
– Да, – согласилась Джейн. – Я тоже чувствую, что узнаю Меган.
– Мы планируем устроить встречу с приемными родителями через один-два дня. Попросим каждого из них привезти фотографию ребенка. Но я хочу предостеречь вас: не возлагайте слишком больших надежд на фотографии. Младенцы были светловолосы. У двоих глаза были голубые и у двоих – карие. С годами цвет глаз и волос может измениться. Блондинки могут превратиться в брюнеток, голубые глаза – стать зелеными или даже карими. Так же известно, что темно-карие глаза младенцев иногда светлеют.
– Следует ли нам, биологическим родителям, нанимать адвокатов? – спросил Дейв Блэнкеншип.
– Этот вопрос не входит в мою компетенцию, – ответил Моран.
– Как бы вы поступили, будь вы одним из нас? – поинтересовался Трент и сам ответил на свой вопрос: – Вы воспользовались бы услугами адвоката, не правда ли? – Трент обвел взглядом присутствующих. – Я уже связался со своим адвокатом и советую вам сделать то же самое. Уверен, что все вы, как мы с Кейт, хотите для своего ребенка самого лучшего. Самым лучшим, возможно, окажется оставить ребенка у приемных родителей; но даже в этом случае мы захотим, чтобы наши права как биологических родителей были защищены.
Слова Трента были встречены гулом одобрения. Все до одного согласились, что каждая пара пригласит собственного адвоката.
– Я свяжусь с каждым из вас, как только буду обладать дополнительной информацией, – сказал Моран. – Когда мы сможем организовать встречу с приемными родителями, я дам вам знать, а пока лаборант, который уже ждет, возьмет у вас образцы ДНК. Особый агент Кларк проводит каждую пару в свой отсек. Хочу заверить, что все образцы ДНК будут находиться под защитой ФБР на пути отсюда до лаборатории, так же, как и результаты исследования.
Пары начали покидать помещение, и Моран жестом подозвал Кейт. Оставив Трентона у двери, она подошла к агенту ФБР.
– Ты знаешь свою группу крови и твоего му… твоего бывшего мужа? – спросил Моран.
У Кейт затрепетало сердце.
– Конечно, знаю. Почему ты спрашиваешь?
– Какие у вас группы?
– У меня первая, резус-положительная, у Трента – вторая, резус-положительная.
– У двух девочек вторая группа крови, резус-положительная.
Кейт проглотила ком в горле. Ее бросило в жар.
– У Мери Кейт вторая группа, такая же, как у Трента.
Моран бросил взгляд на Трента, потом посмотрел на Кейт.
– Я подумал, что тебе нужно знать это. Но особенно не надейся. У большинства людей вторая группа крови. Возможно, у одного из родителей в каждой паре эта группа крови.
– Я понимаю. Но, по крайней мере, у нас есть шанс.
Моран тепло посмотрел на нее, и Кейт поняла, что он ей сочувствует. Но он больше ничего не сказал, повернулся и быстро ушел. Странный человек, подумала она, жесткий и добрый.
– В чем дело? – спросил Трент, подходя. – Особый агент Моран смотрел на тебя так, будто у него есть к тебе личный интерес.
– Мы с Данте Мораном в некотором роде коллеги. И, странно, мне кажется, что мы понимаем друг друга. Но между нами нет никаких романтических чувств. – Почему она начала объяснять Тренту свои отношения с Мораном?
– Если бы не было Люка, все могло сложиться иначе, да?
О господи, она совсем забыла об этой глупой лжи. Нет никакого Люка. Только Люси, ее лучшая подруга.
– Послушай, Трент, думаю, тебе следует знать, что Люк…
У нее зазвонил телефон. Вовремя, подумала Кейт. Она нажала кнопку.
– Мелоун слушает.
– Кейт, это Люси. Как ты? Что происходит? Где ты?
– Упомяни лукавого, и он тут как тут, – хмыкнула Кейт. – Помедленнее, пожалуйста, ты трещишь как пулемет.
– Извини. Просто после отъезда в Проспект к своему бывшему ты мне не звонила.
