Читаем без скачивания Подвал мистера Тиллинга и другие истории - Эдвард Ли

и в то же время самое прекрасное. Оно было хаотично и красиво, отвратительно и нетронуто одновременно. Как только Тиллинг почувствовал, что ему придётся встать и подойти к лицу...

- Хорошо. Сейчас самое время...

Безумное тиканье мгновенно уменьшилось до нормального темпа - один тик в секунду. Чёрные линии, образующие границы сигилы, почему-то казались шире, Тиллинг не мог понять почему, а образ Теви казался более чётким: вены выступили на её руках и шее, глаза погрузились глубже в череп, её плоский живот стал более плоским, мышцы живота стали видны под кожей. Как будто она претерпела необъяснимую потерю веса за считанные минуты. Тиллинг каким-то образом заметил, что на её груди бьётся больше вен. Её глаза казались немного больше, чем настоящие, и голодными, жаждущими какого-то существенного удовлетворения, возможно, сексуального.

- Ты выглядишь иначе, - сказал он. - А я?

- Тс-с-с! - её глаза смотрели прямо ему в глаза, как гвозди, вбитые ему в голову. Она подняла мобильник. - Когда ты начнёшь слышать слова, зажги трубку и один раз очень глубоко вдохни. Ты понимаешь?

Тиллинг кивнул; когда его глаза опустились на её голую промежность, он заметил влажное мерцание.

Её груди поднялись и упали один раз, затем она нажала кнопку "PLAY" на своём мобильном телефоне...

Сначала раздались глухие помехи, затем странный мужской голос начал произносить слова, которые звучали примерно так:

- Зу тод мадру гердаб... эксинивов унимотид...

Тиллинг щёлкнул зажигалкой и начал раскуривать трубку. Когда он втянулся, звук был похож на то, как кто-то вдыхает воздух сквозь зубы. Его рот начал наполняться жаром, который казался маслянистым...

- Охан зе икс касундакс дамик экстрок...

Тиллинг продолжал втягивать дым в лёгкие. Он ожидал сильного раздражения и позывов к кашлю, но ничего подобного не произошло. Запах, казалось, соответствовал вкусу дыма - солодки и цитрусовых?

- Бадиномн экзот экстуроз экска не...

Он не мог сказать, когда перестал дышать; он не помнил, чтобы его лёгкие наполнялись. Внезапно он почувствовал себя невесомым, ему показалось, что он парит в нескольких дюймах от пола. Его зрение дрожало; он смотрел прямо на Теви, прямо в её рот, когда заклинание закончилось:

- Градимокс ксексари эн икстеб ту ма...

Тиллинг, казалось, испарился на месте, рванулся вперёд, словно сделанный из чего-то газообразного, и исчез во рту Теви, в её горле и ещё дальше, глубже, в бесконечные глубины обсидиановой черноты. Он чувствовал, как его скручивает штопором, когда он спускался, и он знал, что кричит, но не мог слышать ни звука, и когда он поднёс руки к лицу, как будто в бесполезной попытке защитить себя, он не почувствовал никаких следов своих рук, и он их не видел.

То, что он увидел, было трудно представить. Был ли он в туннеле кромешной тьмы?

Да! - подумал он.

Потому что мог поклясться, что высоко над головой был маленький выход, похожий на крохотную точку красного света. Он начал лететь к нему по этому чёрному проходу, его скорость утроялась каждую секунду, пока он не почувствовал себя полностью неуправляемым. Он снова закричал, но всё ещё не мог услышать свой крик.

Должно быть, так бывает, когда лётчик-истребитель разбивается...

Теперь эта крошечная красная точка не была такой уж крошечной; он стрелял прямо в неё, как трассирующая пуля. Тиллинг не мог двигаться, он не мог повлиять ни на что происходящее. Всё, что он мог делать, это смотреть...

Он ожидал увидеть собственную смерть, но вместо этого...

Святое дерьмо!

Ему казалось, что он испытывает оргазм всего тела. Всё его существо билось и пульсировало.

Боже мой, Боже мой...

Конвульсии удовольствия были более плотными и полными, чем все, что он когда-либо испытывал. В то же время он, казалось, пробил красную точку в широко открытое пространство.

Теперь он лежал неподвижно, но на чём он не знал. Вокруг него стояли здания и магазины, какие можно найти на любой городской улице. Он лежал на спине, на асфальте? Он снова поднял руки перед своим полем зрения, но по-прежнему ничего не видел. Очень-очень постепенно, словно кто-то безумно медленно поворачивает ручку громкости, он начал слышать разные вещи: крики, разговоры людей, звонки и что-то вроде дорожных пробок. Но тут он услышал что-то знакомое:

- В общем, вот как это работает... - это был голос Теви. - Ты сейчас в Мефистополисе - в Aду. Там у тебя нет физического тела - оно здесь, со мной. Первое, что ты должен сделать, это научиться управлять своими ногами.

Моими грёбаными НОГАМИ? - его мысли пытались кричать в ответ. - У меня даже нет ног!

- Ты должен подняться с земли, пока Био-Колдун или Офитский Мудрец не увидели тебя. Поверь, они тебя поимеют по полной. Но хорошая новость в том, что никто в Aду не может тебя видеть. Там ты совсем бестелесный. Так что вставай...

Я не могу встать, чёрт возьми! У меня нет ног!

- Просто сфокусируйся и представь своё физическое тело. Ты лежишь там на спине. Представь это в своём мозгу. А потом представь, как ты встаёшь.

Пытаясь сосредоточиться, Тиллинг постарался закрыть глаза, но не смог.

Конечно! Нет век!

Тем не менее, он изо всех сил старался представить, как его физическое тело поднимается и встаёт на ноги.

Так! Я это сделал!

И когда его зрение свернуло в сторону, он снова закричал, когда прозвучал гудок, и что-то, похожее на мчащийся автобус, врезалось прямо в него.

Но он ничего не почувствовал, никакого удара. Он прошёл сквозь автобус, который двигался через него, и внутри он мельком увидел демонических детей, которые пинались и дёргались на мясных крюках, свисающих с потолка. Груболицый серый тролль, одетый в полицейскую форму, небрежно шёл по центральному проходу автобуса, постукивая по ладони концом дубинки.

- Чёртовы брудрены, - сказал он с бруклинским акцентом, - малолетние правонарушители - дерьмо! Здесь нет ни одного нормального куска задницы без того, чтобы один из вас, маленьких промежностных гоблинов, не выскочил оттуда наружу. Да, отлично, мы вам всем покажем. Маленькие ублюдки думают, что в Aду можно всё портить, - полицейский усмехнулся. - После того, как мы со всех вас сдерём кожу, вы отправитесь прямо на СТАНЦИЮ АГОНИИ. Мне тяжело просто думать об этом, - наконец полицейский приятно сжал свою промежность. - На самом деле, мне придётся заткнуть своей кукурузой вас прямо здесь и сейчас. Есть добровольцы?

И тут автобус полностью проехал через Тиллинга.

Теперь его ужас уменьшился на