Читаем без скачивания Вселенная Риддика - Historian Riddik

Риддик с недоумением посмотрел на Роберта.

«Накрыть куполами шесть высокоразвитых планет, каждая со своим флотом, и затаиться? Имея такие технологии, и прятаться от войны? Что за бред он несет? Альянс разваливался на куски, и все воевали друг против друга? Просто отойти в сторону и дождаться, когда у всех закончатся сначала ресурсы, а потом боевой азарт. И выйти со свежими силами. Это была бы победа без единого выстрела, — думал Риддик. — Прячутся не от войны, а от противника, который во много раз сильнее. И прячутся, чтобы восстановить силы и обдумать дальнейшую стратегию».

— Я видел генераторы, которые держат временные пределы. И я видел рогатые таблетки других генераторов, которые удерживают купол над планетой. Расскажи мне об этом, — попросил Риддик.

— Временных пределов несколько, один над одним, они надежно окружают планету, — продолжил Роберт. — Защитный купол — это бывший спутник планеты, равномерно распыленный над пределами. Когда война закончится, пределы свернут купол обратно в спутник, внутри которого останутся действующие лаборатории и всё, что теперь находится на поверхности.

— Сколько времени понадобиться, чтобы убрать купол?

— По моим подсчетам, чтобы равновесие в системе стабилизировалось равномерно, нужна одна галактическая неделя.

Риддик закрыл глаза.

— А кто приказал спрятать планеты под куполами? — спросил он позже.

— Совет. Так потребовали воины высшей касты.

«А приказы воинов высшей касты — это приказы самой Фурии… Защищаясь, она пожертвовала своими воинами. А теперь требует убрать купол — хочет освободиться… Интересно, что же произошло тогда на самом деле? И что происходит сейчас?»

— Воины высшей касты. Кто они? — спросил он.

— Считается, что воином высшей касты может стать любой фурианец, который преданно служил общему делу и прошел через нелегкие испытания, — Роберт замолчал, потом быстро посмотрел по сторонам, прислушиваясь, и тихо добавил: — Но в старых легендах говорится, что воином высшей касты может стать только тот, кого выберет сама Фурия.

— У нее глаза цвета черного жемчуга?

Роберт широко раскрыл глаза и уставился на Риддика.

ЧТО?

— Это у нее глаза цвета черного жемчуга? — повторил Риддик, глядя, как Роберт пытается взять себя в руки.

— Ты видел ЕЁ?! — изумленно ахнул Роберт, и комната, как карусель, закружилась вокруг него, размазываясь в маленькие яркие точки. Ему казалось, что вот-вот, и его мир наполнится новыми живыми знаниями, которые принесут ответы на многие вопросы, накопившиеся за долгие годы.

— Ты видел ЕЕ! — наконец выдохнул Роберт, и его глаза заблестели. — Есть такое понятие — боги…

— Я знаю, кто такие боги. Встречался и с теми и с другими… Больше с другими…

Роберт не слышал его.

— Говорят, что ОНА вас создала. Что ее могут видеть и чувствовать только те фурианцы, у которых в жилах течет истинная кровь. И, что вы подчиняетесь только ей. Ей и больше никому! — его слова лились нескончаемым потоком.

Риддик молчал.

— Мне надо наверх, — наконец сказал он, поднимаясь.

Глава 6

Риддик вышел из лифта. Двери за ним закрылись, кирпичная стена плавно въехала в паз, не оставляя даже намеков на свое присутствие. Поднявшись из подвала наверх, Риддик через щель в дверях незаметно осмотрел бар. В зале было очень шумно, гремела музыка, и было много посетителей. Тихо отступив назад, он вышел через черный ход на задний двор.

— Красавец мой… Умница моя…

Собака лежала на спине, раскинув лапы, а Гера трепала ее по животу между серыми чешуйками. Собака довольно урчала и подставляла по очереди бока и загривок.

«Интересно, Гера знает, что если собака внезапно захлопнет чешую, то она останется без пальцев, а может быть и рук? Чешуя острым лезвием отрежет все, что окажется под ней».

— Самая любимая на свете собака…. Эти глаза… уши… чешуйки…

От собаки шли такие потоки преданности, обожания и любви, что Риддик расслабился и сел возле загона.

Гера заметила Риддика и, балуясь с собакой и шепча ей ласковые слова, время от времени поглядывала на него.

Как она могла подумать, что он некромангер? Некромангер не будет улыбаться, наблюдая, как она играет с собакой, не будет разглядывать астероидный пояс и закрывать глаза, вдыхая холодный запах пустыни. Некромангер не будет наслаждаться жизнью.

Гера подошла к Риддику и села рядом с ним. Он кивнул ей и сказал:

— У этих собак такие же глаза, как и у нас…

— Да. «Фурианский жемчуг» — это цвет глаз воинов высшей касты. Ты никогда не задумывался, почему эти собаки никого больше не слушают? Кроме меня, тебя… — Гера печально улыбнулась и добавила: — Жаль, что их осталась так мало. Что-то случилось, и они все реже приносят потомство…

Она укуталась теплым платком и посмотрела на небо, где астероидный пояс радовал глаза своими золотисто-оранжевыми переливами. Завтра он нырнет за горизонт, а туман, оставшийся после него, будет потихоньку блекнуть, пока совсем не растворится в лучах восходящего солнца.

— Иногда у меня возникает ощущение, что оттуда за нами кто-то наблюдает, — глядя на небо, сказала Гера.

— «Небеса смотрят на нас…» — насмешливо процитировал Риддик.

— Предупреждение из Святых Книг… — Гера серьезно посмотрела на него, а потом начала рассказывать: — В долгие серые сумерки, которые предшествуют ночи, я уезжаю далеко в пустыню, подальше от поселка, людей и их возни. Хочется немного побыть в одиночестве, в тишине. И иногда появляется это ощущение. Кровь стынет от холода, дыхание останавливается, сердце сжимается от тоски, а в спину будто толкает чужой равнодушный взгляд. Я всегда оборачиваюсь и внимательно осматриваюсь вокруг. Но уже понимаю, что это идет не из пустыни. Это идет оттуда, — Гера показала на небо, внимательно вглядываясь в него.

«И тогда ты бежишь по лесу, заползаешь под землю, прячешься в самой глубокой норе, трешься спиной об камни, лед, деревья, чтобы уничтожить это мерзкое ощущение, — мысленно продолжил Риддик, закрывая глаза, — а потом поднимаешь голову вверх и скалишься звездам, потому что понимаешь, что это они следят за тобой…»

— Мне знакомо это чувство, — только и всего, что сказал Риддик вслух.

Он обнял ее за плечи и привлек к себе. Успокаиваясь, Гера медленно вдохнула свежий воздух. Ощущение рядом Риддика создавало у нее удивительное чувство безопасности, и внутри начало разливаться необъяснимое умиротворенное спокойствие.

— Гера! У нас выпивка закончилась! Ты где?

Дверь широко раскрылась, и из бара вырвались громкая музыка, смех и яркий свет. Клиент всегда прав. Тяжело вздохнув, Гера поднялась и пошла в бар.

«Женщина — это самое непонятное чудо во Вселенной», — Риддик проводил ее глазами, отпечатывая, как снимок, в голове ее темный силуэт на фоне яркого дверного проема.

Он поднял с земли камень и подбросил его вверх. Камень упал, оставляя в мелком сухом песке ямку. Он еще раз подбросил камень вверх, проследил за его падением, а потом поднялся, понимая, что не хочет больше сидеть здесь в одиночестве.

Дверь бара распахнулась, выпуская на крыльцо шумную толпу посетителей. Среди них Риддик узнал Ти Джея и Райта, караванщиков, которые нашли и спасли его.

— О, привет, друг! — громко обрадовался Ти Джей, когда увидел его.

«Друг…».

Ти Джей от всей души обнял Риддика, умудрился весело похлопать его по плечам, спине и пожать ему обе руки.

— Ну, как ты? Оклемался?

Риддик широко открыл глаза, удивляясь таким бурным и одновременно по-детски чистым и радостным эмоциям со стороны парня и, особенно, удивляясь самому себе, своей сдержанности и терпению — еще никогда и никому Риддик не позволял такой фамильярности. Но еще никогда он не видел таких светлых и искренних чувств по отношению к себе.

— Да, все нормально…

— С Герой поладил? — подходя, спросил Райт, крепко пожимая Риддику руку. — А то она у нас такая…. Вжик… — и Райт чиркнул себе по шее. — Чуть что, дуй к нам в караван. Парень ты крепкий. Работу тебе найдем.

— Эй, здесь Мэган уснула! Что делать? — послышалось из бара. — Гера! Можно ее у тебя оставить?

— Конечно. Во-первых, вы ее не разбудите, а во-вторых, просто не поднимете и не унесете. Пусть спит!

— Гера, мы тебя любим!

Весело попрощавшись, караванщики обняли своих подруг, толкаясь и громко смеясь, двинулись в сторону поселка. Гера помахала им вслед рукой.

Риддик сжал кулаки, а потом поднял руки к лицу, с удивлением рассматривая ладони, которые еще гудели от крепких рукопожатий.

Глядя на него и догадываясь в чем дело, Гера объяснила:

— В древности рукопожатие считалось проявлением доверия и открытости своих намерений. Сейчас — этот жест используют в основном в качестве приветствия или прощания. Сила рукопожатия говорит о силе чувств, которые испытывает человек, выражая свои радость или горе, любовь или ненависть, свою благодарность.