Гости продолжали прибывать на бал в конных экипажах, одетые в изысканные и модные наряды. Для женщин — это платья по последнему писку моды из дорогих материалов, таких как шелк или атлас, украшенные сложными кружевами, оборками и вышивкой. Мужчины надевали фраки, жилеты и галстуки, дополняя их шляпами и туфлями из полированной кожи.
А начинается все с торжественной церемонии открытия, во время которой хозяин и хозяйка приветствуют каждого гостя по отдельности, приглашая его на мероприятие. После этого гости занимали свои места на полу бального зала, который отполирован и украшен цветочными композициями. Пары грациозно скользили по танцевальной площадке, строго соблюдая светский этикет, исполняя сложные танцевальные композиции с изяществом и элегантностью. Также устраивались пышные банкеты и угощения, демонстрировавшие изобилие изысканных блюд и напитков, чтобы гости оставались сытыми и довольными.
Но главное, что мероприятие было поводом для общения и ухаживания. Девушки и мужчины использовали эти мероприятия как площадку для встреч и бесед с потенциальными женихами. Социальная иерархия и сложные правила регламентировали взаимодействие и позволяли гостям вести вежливый и изысканный обмен мнениями.
Ночь продолжалась, и Лукерья обнаружила, что очарована таинственным незнакомцем. Их глаза встретились и время, казалось, остановилось. Он был джентльменом, безупречно одетым в сшитый на заказ черный костюм. Рыжеватые волосы, уложенные в небрежные кудри, обрамляли его лицо, придавая ему загадочность, и сердце девушка затрепетало от предвкушения.
Движимая неведомым чувством, Лукерья отошла от круга своих поклонников и подождала пока ее представят незнакомцу, после чего завязалась восхитительная беседа.
В этот момент Лукерья влюбилась в него — князь Горский. Его интеллект соответствовал ее собственному, а его улыбка заставляла ее сердце воспарять. Ночь продолжалась, и с каждым часом их связь становилась все глубже. Они танцевали вместе, покачиваясь под музыку, их движения выражали те эмоции, которые невозможно передать словами.
Долг дергал ее за сердце, напоминая о предстоящем браке по расчету. С волнением и трепетом она покинула бал, унося с собой память о необыкновенной встрече.
Дни сменялись неделями, недели — месяцами, а Лукерья все никак не могла забыть Горского, который осчастливил их семью несколькими визитами. Но…
Воспоминание резко оборвалось, и Лукерья заметила, что кондитерская опустела, а Горский мило общается с Тэмми, уточняя что-то по поводу десертов и внезапного открытий.
Моргнув несколько раз, девушка все же пришла в себя. Внезапное чувство страха холодной змейкой поселилось в душе. Она смотрела на Горского и пыталась понять — почему этот человек пробуждает ее память. Переведя взгляд на читающего Финиста, Лукерья вспомнила, что находится на рабочем месте и натянув вежливую улыбку присоединилась к разговору.
***
— Мы с вами не виделись, госпожа…э-э-э, — Горский кивнул девушке.
— Лукерья, — она вежливо улыбнулась, чувствуя неловкость. — Вряд ли, мы недавно в этом городе.
— Странно, — мужчина пристально рассматривал ее, будто пытался что-то заметить. — Получается, вы не знали, что правилами города запрещены подобные места. Они растлевают человеческую душу, провоцируют пороки и…
— Глупостей не говорите, — Инспектор усмехнулся, продолжая сидеть за столиком и читать газету. — Если душа изначально гнилая, то даже в самом святом месте, он покажет свое нутро.
— А вы, простите…
— Прощаю.
Горский дернул подбородком вверх, будто пытался сохранить самообладание.
— Вы кто? — холодно переформулировал он свой вопрос.
— А вы? — Инспектор даже бровью не повел, оставаясь невозмутимым.
— Вы еврей? Отвечаете вопросом на вопрос, — съязвил Князь, желая задеть собеседника.
— Таки нет, — Финист перевел взгляд на Лукерью и попросил. — Кофе.
Девушка была только рада отвлечься от происходящего. Попросив Тэмми разогреть для Инспектора сырники, Лукерья бросилась к кофейному аппарату, краем уха слыша, как на втором этаже Энжи старательно учит составы зелий. Она все еще надеялась продемонстрировать свои способности и доказать, что имеет право голоса. Правда право это никак не отражалось на отношении Инспектора к ней.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Вы не ответили, — настаивал Горский хмуро рассматривая Финиста. — Вы умеете вести конструктивный диалог?
— Только с умными людьми к коим я вас не причисляю, — мужчина пожал плечами.
— Это когда это вы успели сделать вывод о моих умственных способностях?! — взвился Горский.
— В течении нашего двухминутного разговора.
— Так, я не собираюсь с вами больше ничего обсуждать. Лукерья! Я вынужден попросить вас закрыть ваш «Сладкий рай». Если вы хотите продолжить работу, то прошу зайти ко мне в четверг для обсуждения.
— Слышал-слышал о ваших обсуждениях. Город слухами полнится, — пробубнил Финист. — Детишек много настругал, Буратино недоделанный?
Тролль, радуясь возможности отвлечься от разборок, сразу же принялся за выполнение задания Лукерьи. Тэмми уже положил на тарелку сырники и добавил варенье, стараясь не обращать внимания на разборки. Он грустно взглянул на свое рабочее место — на нем скопилась грязная посуда и использованные кухонные инструменты. Немедля, тролль взял ведро с водой, налил в него моющего средства и принялся мыть рабочую поверхность.
Тэмми не хватало опыта в уборке, поэтому он всячески старался не испортить ситуацию ещё больше. С трудом он отмыл от грязи плиту, удалил подгоревшие остатки пищи и очистил все уголки и щели. Тролль старался работать аккуратно, чтобы посуда и инструменты блестели, как только что купленные.
Следующим шагом тролль приступил к уборке грязной посуды. Он аккуратно переместил все тарелки, кастрюли и сковородки на стол, чтобы легче было мыть. Вода в ведре стала грязной, но троллю не давалось это никакого значения — он был настроен на полное освобождение места от грязи. Он тщательно помыл каждую посудину, внимательно следил за чистотой и положил все вымытые предметы на сушилку.
Он продолжал работать вполсилы, подчищая все грязные следы, которые оставались от посетителей. Двигаясь от одного предмета к другому, Тэмми приводил в порядок своё рабочее место, стараясь оставить его безупречно чистым. По мере того, как тролль занимался уборкой, его настроение становилось все более и более приятным. Он совершенно не концентрировался на разговоре Финиста и Горского, лишь краем глаза заметив, что Лукерья также старается отстраниться от этих разборок. «Оно и правильное, старшие разберутся», — мысленно хмыкнул он.
После усердной работы тролль наконец-то осмотрел все. Рабочее место было подметено, мусор выброшен, грязная посуда вымыта и выложена на сушку. Тролль огляделся вокруг и увидел, что теперь все выглядит великолепно. Приятно находиться в таком уютном и чистом месте.
Завершив свою работу, тролль снова посмотрел на тарелку сырников, которую он уже положил ранее. Теперь она стояла на идеально подготовленной поверхности. Он улыбнулся, чувствуя удовлетворение не только от выполненного задания, но и от того, что теперь у него был свободный и чистый уголок для приятного времяпрепровождения. Схватив два пирожных, Тэмми сел в углу, желая насладиться вкусным десертом. Лукерья прекрасно готовила и любила баловать своих помощников.
Девушка вернулась с чашкой кофе и бросила взгляд на сырники. Из нежного творога, округлые и румяные. Они искушали и буквально плавились на языке, едва коснувшись его. Легкий аромат ванили и цитрусов устремился в ноздри, наполняя комнату сладкими нотками. Великолепное сочетание хрустящей корочки и нежного, почти кремового «сердца» делали эти сырники истинным произведением искусства в кулинарии. Они притягивали взгляд и вызывала неподдельное желание вонзиться в них вилкой. На верхушке каждого сырника растекалось вишневое варенье, напоминая маленькие яркие звездочки, которые придали блюду пикантность и своеобразность. Казалось, что каждый кусок этих сырников с вареньем раскрывал внутренний мир, наполнял сердце теплотой и радостью. Это блюдо было не просто едой, а настоящим шедевром, созданным Лукерьей с любовью и страстью к кулинарии.
