нас нет будущего. Поэтому можешь об этом больше не беспокоиться, Эшлинг. Я всего лишь хотел увидеться с тобой, чтобы объяснить произошедшее в прошлом месяце, и пожелать тебе и Дрейку счастья. Несмотря на сложившуюся ситуацию, я всегда считал тебя своим другом.
– Ну да, ну да. – Я покосилась на своего мохнатого демона. – Джим, пока поблизости нет смертных, ты можешь говорить.
– Ну, наконец-то. Здоров, Гейб. Кого ты еще кинул?
В глазах Габриэля мелькнуло раздражение. Обычно я пересекала подобные шпильки от Джима, но в виду последних событий с участием Фиата и Габриэля я решила, что пусть последний немного помучается. Бог свидетель, из-за него я натерпелась сполна.
– Я никого не кидал. Признаю, что несколько недооценил Фиата – я честно думал, что он только попугает тебя ядом, – но все что я делал, я делал из благородных соображений.
– Ты предал меня. Ты предал Дрейка. Ты продался Фиату, ради чего? Шанса заполучить супругу? Не назвала бы это благородным, – возмутилась я, моя злость вновь набирала обороты.
«Он заслуживает наказания. Восстанови справедливость».
– Не обращай внимания на то, что я сейчас скажу, Габриэль. Я не слушаю тебя, ясно? Я никогда больше тебя не буду слушать. Так что можешь катиться со своим елейным голоском в дальние дали и капать на мозги кому-нибудь другому, потому что я никогда в жизни тобой не воспользуюсь. Усек? Хорошо. А теперь вали отсюда!
Обе брови Габриэля поползли вверх.
– Проблемы?
– Просто темная сила пытается подбить меня вновь ее использовать. Она никогда не затыкается.
– А-а. – Он заглянул мне в глаза. – Контактные линзы?
– Угу. Людей пугает мой настоящий цвет глаз. И на этом я считаю нашу вежливую беседу законченной, Габриэль. За мной скоро приедут, так что хотя я и благодарна тебе за своевременное появление в момент моего обморока, какого-либо грандиозного примирения между нами не предвидится.
Он взял меня за руку. Я отняла ее. Он снова попытался взять меня за руку. Джим зарычал.
– Эшлинг, нам о стольком надо поговорить, – со вздохом произнес он.
– Ага, верно, например, о том, как ты опять пытаешься заморочить ей голову.
– Это не справедливо, – запротестовал Габриэль. – Ты судишь меня, даже не выслушав мои объяснения.
За его спиной через окно магазина я увидела, как подъехал знакомый синий БМВ.
– Ты позволил Фиату насолить зеленым драконам. Ты приложил руку к смерти одного из них. Ты был заодно с Фиатом и позволил ему почти уничтожить меня, а значит и Дрейка тоже. Сомневаюсь, что твои объяснения что-нибудь изменят.
Я протиснулась мимо него и вышла на оживленную улицу Лондона, выискивая взглядом враждебно настроенных красных драконов. Дядя Дэмиен уже стоял на тротуаре, его голова медленно поворачивалась, внимательно осматривая людей вокруг. Он явно отнесся к вопросу безопасности не менее серьезно, чем Дрейк.
– Твой отказ принять правду пойдет нам всем только во вред, – произнес Габриэль, выходя следом за мной на улицу.
Разозлившись, я резко развернулась к нему и случайно столкнулась с женщиной, которая пыталась проскочить мимо нас.
– Ой, извините. Я вас задела, – проговорила я, протягивая ей пакет, который выбила из ее рук.
Она улыбнулась.
– Ничего страшного. Вы тоже американка? Правда, здесь потрясающе?
– Да. Простите, но мне тут надо открутить кое-кому голову.
Глаза туристки расширились, когда я прошествовала обратно к Габриэлю. Остановившись около него, я яростно прошипела:
– Как ты смеешь намекать, что из-за меня кто-то пострадает! Здесь не ты жертва, Габриэль, а я.
– Ты в этом уверена? – тихо спросил он, смешинки, которые обычно плясали в его глазах, исчезли.
На мгновение я заколебалась, гадая, почему он продолжает гнуть свою линию. Может он опять работает с Фиатом и пытается нас подставить, чтобы совершить какой-то гнусный поступок? Или может действительно из-за стечения обстоятельств, все просто выглядело так, будто он нас предал?
– Эшлинг? – позвал меня дядя Дэмиен от машины. Джим уже устроился на заднем сиденье.
– Секунду.
Дрейк был странно молчалив, когда речь заходила о Габриэле. Я пару раз пыталась завести разговор о нем после тех событий в фехтовальном клубе, но из-за свадебных приготовлений и способности Дрейка отвлекать меня одним поцелуем нам так никогда и не удалось до конца обсудить, что же там произошло.
– Эшлинг, я тебе не враг. И никогда им не был, – сказал Габриэль, подавшись вперед, словно опять хотел взять меня за руку.
Машина, которую припарковавшийся Рене заблокировал, просигналила.
В отражении витрины магазина я видела, что дядя Дэмиен нервничает из-за того, что я стою посреди улицы. Сейчас явно не место и не время рассуждать о прошлых поступках.
– В данный момент я занята, Габриэль. Возможно через пару месяцев, когда забуду какого это чуть не умереть от яда, я созрею для разговора с тобой, но не сейчас.
– Я спас тебя от смерти, – выкрикнул он, когда я развернулась и зашагала в сторону дяди Дэмиена и машины. – И я могу помочь тебя сейчас, Эшлинг.
– Помочь мне как? – поинтересовалась я, вложив в свой голос все возможное презрение.
Он шагнул ко мне и напряженно всмотрелся в мои глаза.
– Я знаю, как тебе избавиться от отлучения.
Во мне вспыхнула надежда. Если я получу прощение или помилование или что там требовалось для избавления от отлучения, я снова смогу работать с Норой. Плюс темная сила наконец перестанет меня искушать. Но огонек надежды быстро потух, когда я осознала что это, скорее всего, просто уловка, некая ловушка, с помощью которой Габриэль хочет сделать бог-знает-что.
Я подняла подбородок и заглотила поглубже все, что хотела высказать ему. Может технически я больше и не супруга Дрейка, но он и его клан продолжают считать меня ею, а значит, я обязана вести себя уважительно с другими драконами.
– Я передам твое предложение Дрейку. Всего хорошего.
Я собиралась уже сесть в машину, но тут та самая туристка, с которой я столкнулась, неожиданно ринулась ко мне, крича:
– Ой, подождите, вы кое-то уронили!
Время будто бы замедлилось, когда я обернулась, чтобы посмотреть что же я там уронила. За моей спиной стоял дядя Дэмиен, придерживая открытой дверцу машины и дожидаясь, пока я сяду, движущийся по тротуару людской поток обтекал нас стороной. Улыбающаяся туристка приблизилась ко мне, протягивая что-то в руке.
Ее пальцы разжались, открывая
