Читаем без скачивания Голубая бусинка - Мария Крюгер

- И куда же теперь деться нашей детворе? - возмущался чей-то папаша. Мой мальчик с радостью целыми днями играл бы в индейцев. А, скажите на милость, разве можно прилично играть в индейцев в комнате?

- Да какое там! Конечно нельзя, - откликнулись все.

- Так что же нам делать? - спросила дама с ребенком в коляске.

- Как это - "что"? Нужно бы сходить к Президенту Города и рассказать ему обо всем! - раздались голоса.

- А где же искать этого Президента?

- Понятно - в ратуше, - сказала старушка, провожавшая в сад своего маленького внука.

- Да, но пустят ли нас в ратушу? - спросил какой-то худой господин в очках. - Я слышал, что к Президенту очень трудно попасть.

- Для этого, кажется, нужно пройти через сто семнадцать комнат! сообщила по секрету толстуха с ребенком на руках. - Я слыхала об этом от моей тётки, которая убирает некоторые из этих комнат. А в каждой из них сидит по меньшей мере один чиновник, а часто по двое и по трое. Все они по очереди спрашивают, зачем вы идете к Президенту. Или даже велят писать это на большом листе бумаги.

- Притом - без клякс и без ошибок, потому что иначе не принимают, добавил худой господин в очках.

- Да, а кроме того требуют, чтобы к такой бумаге, которая называется "заявление", были ещё и приложения.

- А что это такое - приложения? - заинтересовалась Каролинка.

- А разные такие вещи, которые прилагают к этому заявлению, продолжала объяснения толстуха с ребенком.

- Ну, хорошо, - вмешался на этот раз Петрик, - а если кто-нибудь с помощью орфографического словаря всё-таки напишет без ошибок это заявление, что тогда?

- Как это - "что"? - спросил кто-то с раздражением.

- Ну, что тогда будет? Президент его прочтет?

- Ишь, чего захотел! Так он тебе сразу и прочтет. А для чего же секретарь или секретарша? А может, и не одна! А ещё есть и привратники. А вдруг, как раз будет заседание, и у Президента вообще не будет времени!

- Да, да, - теперь все грустно кивали головами. Что же теперь остается делать, надо же как-нибудь сохранить этот сад?

Под конец всем сделалось так грустно, что мамы начали потихоньку всхлипывать, а девочки - те даже заплакали навзрыд. Старичок с внуком сделал вид, что он закашлялся, а худой господин в очках, достав из кармана платок, пожаловался, что ему в глаз попала песчинка. Мальчики ещё кое-как держались, но им тоже было невесело. Наконец чья-то мама сказала:

- Поиграйте ещё немножко, милые дети! Только один этот день и остался вам. Часы на соседней башне начали отбивать время.

- Который это час? - спросил кто-то.

- Я насчитала десять, - ответила мама с ребенком на руках, - значит, десять часов.

- Десять, - повторили Петрик и Каролинка. - Значит уже десять!

КРАСНЫЙ АВТОМОБИЛЬ ВПЕРВЫЕ ПОЯВЛЯЕТСЯ НА СЦЕНЕ

Так они стояли, охваченные грустью. Но минуту спустя Петрик взял Каролинку за руку и прошептал:

- Нам нужно посоветоваться и что-нибудь решить.

- А что мы можем решить?

- Как это - что? Решить, как быть с этим садом...

- Ты думаешь, что бусинка могла бы... - неуверенно начала Каролинка.

Ой, какая же ты ещё маленькая! Я и не говорю, что бусинка всё может сделать...

Ну, предположим, здесь, вместо ресторана, опять сделается сад... Из этого всё равно ничего не получилось бы, и этот сад могли бы закрыть и, вместо него, устроили бы ресторан. И так - без конца.

- Ну, так о чем же нам просить бусинку? - спросила Каролинка. - Я не знаю, сколько ещё раз можно её просить, ты ведь и сам видел, какая она бледная.

- Если ты хочешь попросить какую-нибудь совсем детскую игрушку для себя, то, пожалуйста, - сказал Петрик с горечью.

- Что ты, Петрик! - обиделась Каролинка. - Я вовсе не для себя хочу. Ведь я знаю, что сейчас этот сад - самое важное, потому что это - для всех детей. Разве что, если бусинка после этого останется хоть чуточку голубой, то я её ещё о чем-нибудь попрошу. Но, честное слово, у меня и в голове не было таких глупостей!

- Тогда хорошо, - кивнул Петрик. - Но, давай подумаем, что мы можем сделать.

Понимаешь, мы сейчас являемся единственными людьми - я хотел сказать детьми, которые могут как-то помочь этому делу.

- Да ведь все говорили, что только Президент Города может помочь...

- Эх, ты! Говорить-то говорили, потому что известно, что он единственный, кто может вынести такое решение. Но, чтобы он вынес его, нужно, чтобы кто-нибудь с ним об этом поговорил.

- А кто же будет с ним разговаривать?

- Боже, какая же ты недогадливая, Каролинка! Мне кажется, только мы и можем с ним об этом поговорить.

- Но я не умею!

- Я тоже не умею, но мы должны!

- Так, давай попросим об этом бусинку. - Каролинка очень обрадовалась такому выводу. - Может она и поговорит!

- Да что ты, Каролинка! - вышел из себя Петрик. - Как же это бусинка будет разговаривать. Ну, сама подумай!...

- Правда, - вздохнула Каролинка. - Так что же нам делать?

- Что? Мы пойдем к Президенту Города, объясним ему всё и потребуем, чтобы этот свой ресторан они строили в каком-нибудь другом месте!

- Как здорово ты придумал! - восхитилась Каролинка.

Однако, спустя минуту, она опять заволновалась. - Как же это сделать?!

- Придумаем что-нибудь.

- Да, а ты слышал обо всех этих ста семнадцати комнатах и обо всех этих чиновниках, и об этом заявлении или как там оно называется, и об этом секретаре или секретарше...

- Так вот в этом-то нам и поможет бусинка! Ну, нечему так удивляться, Каролинка.

Бусинка поможет нам попасть к Президенту, понимаешь?

- Понимаю, - кивнула Каролинка в знак согласия, хотя, по правде сказать, она не очень-то понимала. - Нам прямо сейчас нужно сделаться невидимыми? - спросила она.

- Ну, вот ещё! - запротестовал Петрик. - Неизвестно ещё, именно ли это нам потребуется. Сначала мы попытаемся собственными силами. Я думаю, что нам нужно как можно скорее добраться до ратуши.

- Идем сейчас же, - согласилась Каролинка.

Понятно, что на этот раз, не желая ослаблять силу бусинки, они поехали самым обыкновенным автобусом на Старый Рынок, где находится огромная ратуша. Рядом с огромными воротами стоял на посту городской стражник в старинном парадном мундире и очень строго поглядывал на всякого, кто пытался пройти внутрь.

- Я очень боюсь этого стражника, - призналась Каролинка, - ни за что на свете я не пройду мимо него. Глянь только, какой он злой!

- А я бы прошёл, я его совсем не боюсь!

- Хвастунишка ты! Ты бы тоже не прошёл.

- Это я хвастунишка? Это я бы не прошёл? - кипятился Петрик. - Подожди, сейчас сама увидишь! - И смело двинулся вперед. Но стражник его тут же задержал.

- Эй, малыш, а ты куда? Ну-ка, сматывайся отсюда, пока у меня хорошее настроение.

- Я иду к пану Президенту Города по очень важному делу, - заявил Петрик, задирая повыше голову, чтобы прибавить себе роста и солидности.

На стражника это, однако, но подействовало. Он грозно пошевелил усищами и зарычал на всю площадь:

- Ну-ка, проваливай отсюда, сопляк, пока цел! Глядите на него! У него дела с Президентом Города!

- А вот есть дело! - топнул ногой Петрик. Для большей уверенности он держался теперь подальше от стражника, но всё ещё не сдавался.

- Ха, ха, ха, ха, ха! - расхохотался стражник. - У него дела с Президентом! Ну и насмешил!

- Смешно это или нет, но у меня есть дело!

- О-оо! Слушайте, люди добрые! - продолжал издеваться стражник. Смотреть не на что, а уж у него дела! Однако довольно шуток! Не зли меня, не то всыплю!

- Прошу вас немедленно меня пропустить, - Петрик произнес это как можно настойчивее, - мне необходимо пройти по чрезвычайно важному делу.

- А я тебе говорю, что никуда ты не пойдешь! - заорал стражник и парадной алебардой, которую он держал в руке, замахнулся на Петрика.

- А я говорю, что пройду, - повторил Петрик. - А уж когда я пройду и добьюсь своего, вам стыдно будет, что вы не хотели меня пускать.

- Довольно этой болтовни и убирайся отсюда, бездельник!

- Никакой я не бездельник, - возмутился Петрик. Каролинка тоже была возмущена и закричала изо всех сил:

- Неправда, неправда! Петрик вовсе не бездельник! Пустите нас, пожалуйста, у нас очень важное дело!

- Если вы сейчас же не уберетесь отсюда, я велю посадить вас в холодную! - рявкнул в ответ стражник.

Да, было совершенно ясно, что стражник ни за что не пропустит их к Президенту Города. А что же тогда говорить о ста семнадцати чиновниках? А тут ещё и заявление! Конечно, придется прибегнуть к помощи бусинки.

- Мы сделали всё, что только было возможно, чтобы обойтись без неё, сказал Петрик, - но ничего не получается, придется её кое о чем попросить.

- Ты хочешь, чтобы мы опять стали невидимыми?! - спросила Каролинка.

- Гм, я уже говорил тебе, что я не знаю, будет ли это хорошо. А как мы сможем уговорить Президента, если мы сами будем невидимыми?!

- Но мы можем сделаться невидимыми только для того, чтобы войти к нему...

- Я боюсь, что он тогда не поверит, что мы настоящие, - Петрик раздумывал, нахмурив брови, - однако другого выхода я не вижу.