А он, выходит, помнил об этом все эти годы?..
Почему-то это смутило меня еще больше.
- Мы можем вызвать полицию, - нарушил Рамиль возникшее между нами молчание первым.
Удивительно, но подобная мысль даже не пришла мне в голову. Но, озвученная им, мигом вызвала в душе протест.
- Не надо, - буквально взмолилась в ответ на это предложение. - Там мои дети, я… не хочу сцен.
Показалось, что он намеревается что-то возразить. Рамиль даже приоткрыл было рот, но закрыл его прежде, чем оттуда вырвался хоть звук.
Вместо этого он задумчиво нахмурился, что-то взвесил в своей голове и размеренно проговорил:
- В таком случае, вы можете переночевать здесь.
Это было неожиданное, и, как я понимала, продиктованное лишь добрыми намерениями, предложение. Кроме того, в нем заключался мой единственный шанс не остаться на улице, на холоде…
Но отчего-то мне было страшно. Это казалось ужасно глупым: после шестнадцати лет брака стесняться мужчину, но правда была в том, что за всю свою жизнь я знала лишь одного-единственного представителя противоположного пола - и это был мой муж…
- Не волнуйтесь, - хмыкнув, проговорил Рамиль, словно ясно прочел мои мысли. - Я вас не трону.
- Я и не думала…
- Ну конечно.
В его голосе звучал неприкрытый сарказм, но тему, к счастью, он продолжать не стал. Просто решительно прошел мимо меня, направившись в одну из комнат, а минут через десять до меня донесся его голос:
- Я застелил постель. Отдыхайте.
* * *
Ночь прошла на удивление спокойно, хоть уснула я и не сразу, взбудораженная непривычным местом и всеми событиями прошедшего дня. Но проснулась, тем не менее, по привычке, рано, еще до рассвета…
В квартире было тихо. Я, крадясь на цыпочках, вошла в кухню и огляделась. Знала, что не хочу дожидаться момента, когда Рамиль проснется и, возможно, снова станет задавать вопросы… но желала при этом как-то отблагодарить его за доброту, на которую поначалу так резко отреагировала…
Если я чему-то и научилась за всю свою жизнь - так это тому, чтобы заботиться о других. Потому не нашла ничего лучше, чем заглянуть в холодильник и, в качестве благодарности за помощь, из того немногого что там имелось, сообразить нехитрый, но сытный и полезный завтрак.
Конечно, не для себя - для него.
Оставив все на столе, я прошла к выходу, сняла с вешалки свой плащ и, тихо притворив за собой дверь, юркнула за порог.
На улицах было почти безлюдно - спящую тишину района нарушали лишь легкие взмахи метлы дворника, уже принявшегося за дело. Запустив руки в карманы плаща, я неторопливо побрела вдоль сонных домов, не считая минут, потерявшись во времени и собственных мыслях…
Звук собственного телефона, внезапно завибрировавшего в кармане, заставил меня испуганно вздрогнуть.
Звонила Лена.
- Да, - откликнулась коротко, но на душе стало легче от того простого факта, что она мне перезвонила.
- Ты звонила, - проговорила подруга без лишних выступлений. - Случилось что-то?
Перед ней, казалось, не нужно было делать вид, что все нормально. Не нужно было скрывать, какой жалкой пародией на жизнь оказались последние шестнадцать лет моей жизни. И все же оказалось безумно трудно вытолкнуть из себя слова:
- Слава замки сменил… мне негде жить.
Такая короткая фраза, а сколько в ней было боли…
Я услышала, как Лена, не стесняясь, откровенно и нецензурно выругалась.
- И где ты ночевала? На улице?
- Сосед помог…
- Ясно.
Всего одно слово, но я знала, что за ним кроется - она сосредоточенно обдумывала ситуацию.
- Меня не будет в городе еще пару дней, - проговорила подруга наконец. - Но у моей матери есть ключи от моей квартиры. Я ее предупрежу, что ты заедешь и заберешь их. У тебя деньги на проезд есть?
От этого вопроса на глазах выступили слезы - до того жалкой в этот момент показалась самой себе... Я инстинктивно нащупала в кармане последнюю, не самую крупную, купюру…
- Есть, - ответила отрывисто.
- Тогда езжай. Я ей позвоню сейчас.
Она снова отключилась так неожиданно, что это не давало ни малейшего шанса на возражения и даже - благодарность. Я покорно направилась было к остановке, но, кинув взгляд на часы на экране телефона, замерла…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Вспомнились слова Рамиля о том, что можно вызвать полицию. В ушах, как наяву, прозвучали рыдания младшей дочери. Подумалось: неужели я так просто уступлю, так легко сдамся?..
Девочки уже должны были уйти в школу. Стало быть, муж остался дома один…
Неожиданно для себя самой я повернула назад, к дому. Легко, торопливо, не пользуясь лифтом, взлетела на свой этаж, требовательно нажала на звонок, и следом - яростно замолотила кулаками в дверь…
Удивительно, но ответ не заставил себя ждать. Дверь распахнулась, являя моему взору мужа…
Хмуро, неодобрительно окинув меня тяжелым взглядом с головы до ног, он отчеканил:
- Ну и где ты шлялась всю ночь???
Глава 18
Накануне
- Ну и что это такое?..
Он хмуро, неодобрительно посмотрел на стоявшую на плите кастрюлю, в которой плавали куски безнадежно разварившейся картошки, и, что хуже всего - местами вместе с кожурой…
Взгляд сполз вниз, к мусорному ведру. Увиденное заставило его досадливо скривиться - Алина почистила овощи так, что, похоже, отрезала вместе с кожурой добрую половину от каждого клубня…
- Ты же просил сварить… - неуверенно пробормотала дочь в ответ.
- Ну кто так делает? Ты где-то недочистила, где-то с кожурой полкартошки отхватила, не говоря уже о том, что это, - он кивнул на кастрюлю, - ни на что не годится…
Он понял, что был слишком суров, когда вместо слов услышал лишь огорченный всхлип. Дочь порывисто отвернулась, видимо, пытаясь спрятать слезы, вызванные его словами…
- Ладно, ладно, - смягчился Терехов и неловко потрепал ее по плечу. - Это все мать твоя, ничему тебя не научила…
- Мама никогда не заставляла меня готовить! - неожиданно выпалила Алина в ответ. - Она всегда… сама…
Эти слова ему не понравились. Словно дочь противопоставляла родителей друг другу, и на сей раз - не в его пользу. Поэтому он не преминул ей напомнить…
- Но ты ведь помнишь, что я о тебе ней говорил?
Весь запал Алины мигом словно бы сдулся, растворился, как дым.
- Да, папа…
Он вздохнул - устало, но удовлетворенно. Снова нащупал в кармане телефон, неохотно, но все же набрал хорошо знакомый номер…
- Можешь приехать? - спросил сходу, едва она ответила.
- Сейчас? - изумилась его собеседница.
- Нет, через неделю, - огрызнулся Терехов, но тут же попытался взять себя в руки:
- Да, сейчас. Нам тут… помощь нужна.
Ему не нравилось просить. Особенно ее. Но время шло, а жена все не возвращалась. И ему становилось ясно, что сам он сейчас с детьми не управится.
- Ладно, - неохотно отозвались по ту сторону трубки и он тут же отключился, не желая затягивать этот разговор.
* * *
Она приехала примерно через час. Вошла в квартиру, критичным взглядом огляделась по сторонам…
- Ну и что тут у вас за конец света?
Он понимал, что, видимо, придется объясниться. Рассказать то, о чем говорить не было никакого желания.
- Дети голодные, - коротко обрисовал ситуацию в ответ. - Приготовь что-нибудь.
Если бы не дурное расположение духа, в котором он пребывал последние несколько часов, его бы, наверно, позабавило выражение ее лица - потрясенное до комичности.
- А Лида где? - поинтересовалась она непонимающе, когда наконец пришла в себя несколькими мгновениями позже.
- Мотается где-то.
Эти слова заставили ее подозрительно прищуриться. Он понял, что настал тот самый момент, когда она станет задавать неудобные вопросы.
- Ну и что ты такого сделал, что твоя абсолютно домашняя жена ушла из дома?
- Он ее выгнал! - вдруг раздался расстроенный, но полный решимости голосок. - Я хочу, чтобы мама вернулась!
