— Скорее, нечто другое, — тихо пробормотала эльфийка, наконец отошедшая от шока. От нее все так же пахло страхом и ужасом. Надо сказать, ее выдержка поражала.
— Миледи, вы наговариваете на моего друга!
— Прошу прощения, — на лице Элласиэль добавилось бледности.
«Боже, ну зачем ей было смотреть истинным взором на меня в кафетерии?!»
Убрав перо обратно в шкатулку, теперь я заметил печати сохранения внутри шкатулки. Олес и эльфийка в ожидании затаили дыхание. Любопытство, отличающее короткоживущих, не раз губило целые цивилизации.
Внутри оказался серебряный браслет наручных часов, на циферблате алмазами вместо цифр выложены деления часов. Две алмазные запонки, зажим для галстука и две серебряных ручки. Паркер. Наверно, дорогая фирма. Перьевая и шариковая, стержни и капсулы с чернилами оказались в поддоне шкатулки.
— По-моему, все-таки сын бога или верховного демона! ЭТО ведь ЧАСЫ?
— Да, они, — я посмотрел на гравировку: «Время Бежит!» и наш родовой герб на диске циферблата. Искусно выполненные часы. — А что, здесь никто не носит?
Я протянул часы Олесу, пока он не свернул шею от любопытства. Он дрожащими от волнения руками принял мой подарок. Зная отца, — внутри найдется заклинание, позволяющее сохраняться вещи, ибо механизмы в отличие от живой материи возврату не подлежат, они живут только в одну сторону.
— Шутишь? Откуда ты вообще вылез, если не знаешь таких очевидных вещей? — маркиз удивленно оторвал взгляд от часов. — Самые малые из тех, что я видел, были размером с блюдце и шумели, как посудная лавка от ветра! А эти мало того что крохотные, так еще вообще не издают никакого шума! Да только на них одних можно купить замок с прилегающими землями! Все потому и носят магические циферблаты, ибо они более дешевы, и такую вещь могут позволить только члены императорских семей! А простой с виду браслет из серебра только подчеркивает красоту этого артефакта, если присмотреться, то каждая деталь браслета, словно намеренно сделана простой, сама по себе идеально отлита и обработана.
С великим сожалением он протянул мне часы обратно. Клацнул замок браслета. Я подвигал кистью с часами, привыкая к нему. Непривычная тяжесть.
Закрыв ларец, я убрал их на письменный стол, когда я вернулся, то увидел, что столик заполнен тарелками с едой. Домовой только и ждал, когда он сможет заполнить стол едой.
«Надо потом не забыть поблагодарить его отдельно».
В возникшей тишине послышалось довольно громкое урчание живота. Эльфийка, даром что серая, потемнела буквально до кончиков ушей. Ушки при этом слегка подрагивали, видимо выражая смущение. Вспомнилась поговорка: «Правдив, как уши эльфа».
— Леди Элласиэль, вы себя не бережете!
После трапезы я пошел готовить чай, ибо чую, к кофе они еще не готовы. Отец говорил, что эту отраву живые, которые не пробовали, сразу пить не смогут.
Засыпав чай в заварник, я увидел, что посуда, с которой мы только что ели, уже обсыхает в шкафу.
«Кажется, надо блюдце молока и кусок хлеба…»
Взяв глубокую крышку, наполнил ее из бутыли, которую приобрели в буфете, я наполнил ее до краев и положил сверху круглую булку свежей выпечки.
— Спасибо за помощь.
— Фсехда пофалуфта! — прочавкало за спиной.
Обернувшись, я увидел, что полка уже пуста, а чашка обтекает на вешалке после мытья. Поставив на поднос чайник и заварник, я произнес:
— Три чашки и тарелку с пирожными из холодильника на столик. Добавив сахарницу, я залил в молочник молоко и пошел с подносом обратно. Не знаю, с чем они пьют чай, я пью просто крепкий.
Разлив чай по чашкам, я разбавил их кипятком.
— Сахар и молоко добавляйте по вкусу.
— А что это за настой? — эльфийка удивленно втянула носом аромат свежезаваренного чая.
— Отвар из листьев, придает бодрости и не имеет постэффекта, как после ваших расслабляющих настоев. Олес осторожно попробовал, через секунду кинул внутрь несколько кубиков рафинада. Эльфийка, кинув только один кубик, принялась осторожно пробовать незнакомое питье.
После чего брови удивленно взметнулись вверх, а кончики ушей буквально затрепетали. Я засмотрелся, уж больно забавным выглядело это со стороны. Девушка мало — помалу стала приходить в себя.
— Леди, можете поведать обязанности наставника и какие у меня обязанности на дальнейшие два года?
Элласиэль вздрогнула, едва не пролив горячую жидкость, едва удержав чашку, после чего поставила ее на столик.
— От наставника только наставление, объяснение, помощь с учебой, правда, последнее особо не используется, большинство считает выше себя помогать в учебе первому курсу. А от первого курса, в общих чертах, — облегчить работу на кафедрах наставнику, иная помощь и то, как говорится, негласное — буквальное рабство, все зависит от статуса семьи при императорском дворе.
Олес аж привстал в кресле:
— Так леди является наставником среди старших курсов? Курт! И ты не сказал, что выбрал такую прекрасную наставницу! — Олес возмущенно хлопнул рукой по подлокотнику кресла.
— А ты кого выбрал? — я заинтересованно посмотрел на Олеса.
— Пока никого. Я всю линейку и первую лекцию провел в лекарском корпусе, завтрак был малосъедобен, ну а обед, я тебе рассказывал, взорвался. — Олес вскочил на ноги и упал на колено перед опешившей девушкой. — Леди, примите еще одного неразумного первокурсника под свое крыло! Обещаю выполнять все ваши распоряжения, даже самые незначительные!
Глаза Элласиэль удивленно распахнулись.
— Х-хорошо, только, пожалуйста, встаньте!
— Только ради вас, миледи! — Олес вернулся на свое место.
А у меня возник вопрос, который я решил, не откладывая, озвучить:
— Леди Элласиэль, а как так вышло, что я был единственным из подошедших? Как я заметил, вы красивы и отличаетесь гибким умом и твердым характером. Вас готовы защищать старшие курсы, что же произошло?
— У нашего рода невысказанная война со светлыми и темными родственниками. Ни один из их представителей не подаст руки помощи и просто не скажет слова. Проще увидеть, как их оба дома будут сражаться рука об руку против нас, — в голосе Элласиэль скользила неприкрытая боль. — У нас давняя история. Когда-то мой народ был силен и могущественен, но однажды главу нашего дома подставили, обвинив в покушении на светлого и темного эльфийских владык. Прошло более пяти тысяч лет, но они до сих пор не забыли этого, и в итоге, наш род вымирает. Каждый из уходящих эльфов почтет за честь убить предсмертным проклятием одного из нас. В итоге, наш род столь быстро уходит в лету…
«Теперь действительно понятно. Кстати, это идея!»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
