Меццо поспешно обернулась. И её хвост описал полукруг. А я увидел сосредоточенное, блестящее от пота знакомое девичье лицо со строгими глазками. Нашёл!
— Ого! — удивлённо выдохнул Васька, выгнув брови дугой. — Вот это встреча. Как тесен полигон.
— Пошли, — нетерпеливо бросил я ему и энергичной походкой двинулся к Меццо.
А та недвижимо застыла в ожидании меня. Крепыш-то вряд ли её интересовал. Но она и ему приветливо кивнула, когда мы подошли к ней.
— Сколько у вас осталось энергии? — сразу же спросила девушка, не став никак комментировать то, что мой план всё-таки удался. Мы ведь встретились.
— Я почти полный, ваша светлость, — покорно ответил Васька, вытащил фляжку из кармана и сделал шумный глоток. — Ах-х-х, красота. Вода — это жизнь.
Аристократка бросила на алюминиевую тару парня едва уловимый жадный взгляд и сглотнула.
— У меня тоже почти полный резерв, сударыня, — вторил я товарищу.
— А у меня где-то половина. Пришлось отгонять хищных двуногих птиц, — хмуро выдала аристократка, шмыгнув алебастровым носиком.
— Ваша светлость, могу я осмелиться предложить вам свою воду? — галантно произнёс я, протягивая девушке фляжку. — Мне столько воды не требуется. Я привык обходиться практически без неё.
Васька удивлённо воззрел на меня и даже икнул. Мол, когда это ты обходился без воды? А потом он глянул на Меццо, снова на меня. И в его взгляде мелькнуло некое понимание, которое быстро сменилось плохо скрываемым сочувствием. Так обычно смотрят на дурачка, готовящегося по собственной воле сунуть голову в петлю.
Девчонка же немного помялась и проговорила надменным тоном, словно делала мне великое одолжение:
— Раз тебе вода не нужна, то я приму её. Благодарю.
Маркиза с деланной неторопливостью взяла фляжку, точно она ей не больно-то и была нужна. Но всё впечатление смазало то, что девица сразу же открутила крышку, запрокинула голову и поспешно отправила в рот немного воды. При этом аристократка побрезговала касаться горлышка. Она держала фляжку на небольшом расстоянии от губ.
И пока девушка пила, Васька подался ко мне и яростно прошептал в ухо:
— Теперь я понял, почему ты шёл именно к башне. С маркизой хотел встретиться? Вы договорились, да? Одумайся. Она же тебя использует и имени не запомнит. А ты готов ради неё жизнь положить. Вспомни, скольких хороших ребят потопил шторм неразделённой любви.
Я смолчал и лишь мрачно глянул на встревоженную физиономию парня. А тот несколько секунд глядел на меня тяжёлым взглядом, а затем обречённо махнул рукой. И вид у него был такой, будто мне уже пора заказывать плакальщиц и покупать место на кладбище.
Между тем маркиза напилась, сунула фляжку в карман и повеселевшим голосом проговорила:
— Значит, идём втроём. Что ж. Правилами это не запрещено, так что следуйте за мной.
— А наш путь можно скрасить коротким, но очень интересным рассказом, — приподнято сказал я и глянул на хмурого крепыша. — Васька, поведай её светлости то, что ты недавно рассказывал мне.
Парень вздохнул и весьма сухо пересказал маркизе историю с лишним студентом.
Меццо тревожно выслушала его и добела закусила нижнюю губу. Кажись, она смекнула, что этот лишний человек может идти за её прелестной головкой, которая, наверно, так мило смотрелась бы на моём плече… Так, стоп, Вик! Тебя куда-то понесло совсем не туда.
Я тряхнул дурной башкой и продолжил сосредоточенно топать возле Меццо. И даже перестал коситься на её грудь, вздымающуюся под блузой с тёмными пятнами пота. А потом мне уже стало не до посторонних мыслей. Всё-таки мы шли по опасному городу, а не к тётке на блины.
Наше трио обходило паутины, а вот с небольшими стаями птеростраусов и выбравшимися на свет божий пауками нам приходилось сражаться. Благо, что их оказалось не так много, поэтому мы довольно быстро продвигались к центру города.
По пути мы встретили двух студентов-аристократов из другой группы. Но не стали с ними объединяться. Они не горели особым желанием вливаться в команду, в которой верховодила девушка. А маркиза не захотела кому-то подчиняться. В итоге мы разошлись как в море корабли. И практически тут же наткнулись на первый труп. Он лежал в пыли возле хаты с обвалившейся стеной. Мертвец уткнулся физиономией в потрескавшуюся из-за жары землю. Его колени оказались прижаты к животу, а окровавленные пальцы были скручены судорогами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Глядя на тело, Васька проговорил сдавленным голосом:
— Смотрите, у него ногти сорваны. Похоже, он изрядно мучался. И в агонии царапал землю. Вон следы рядом, будто курица лапой шоркала.
— Почему же он не воспользовался браслетом? — задалась вопросом аристократка, брезгливо морща носик.
— Вероятно, его разум помутился из-за боли, — предположил я, вертя головой на все триста шестьдесят градусов. — Интересно, что же убило его? И где оно?
— Сейчас поглядим, — решительно выдал крепыш и потёр ладони. — Заодно и фляжечку заберём, а то у меня уже вода подходит к концу. А мне, в отличие от некоторых, пить надобно.
Васька наградил меня насмешливым взглядом, подошёл к трупу и без смущения сильным рывком перевернул его на спину.
Мы все увидели дыру в груди мертвеца. Майку, кожу и даже кости будто бы разъела кислота. Я сразу же вспомнил Чужого из знаменитой серии фильмов. Но их же тут нет?
Между тем крепыш торопливо обыскал карманы и извлёк из них фляжку и нож. Этого ему показалось мало. И он ещё решил завладеть портальным браслетом мертвеца. Ловко снял его с одеревеневшей руки трупа и сунул в свой карман.
— Может пригодиться, — по-крестьянски обстоятельно пояснил он свои действия и отошёл от трупа.
— Ой, смотрите! — вдруг удивлённо воскликнул аристократка, глядя в сторону от трупа. — Какая гадость.
Меццо с отвращением смотрела на тридцатисантиметрового серого жука, который выполз из соседнего дома.
— Согласен, — промычал под нос Васька. — Мерзость.
— Давайте-ка уйдём отсюда, — напряжённо произнёс я, подозрительно глядя на жука.
А тот неожиданно стал тереть друг об друга жёсткие крылья, из-за чего эту часть улицы огласил скрежет. Он заставил меня скривиться. Но это всё херня. Главное, что следом за этим звуком из дома выскочил пяток метровых жуков с ярко-жёлтыми жопами. И эти самые жопы они торопливо повернули в нашу сторону и стали пулять из них какой-то водянистой слизью.
— Бежим! — истошно заорал я, но было уже поздно.
В солнечное сплетение Меццо угодил один из зарядов слизи. И девушка практически тут же упала на землю и стала выгибаться самыми невероятными образами. Я даже услышал треск её позвонков. Глаза девушки мучительно расширились, а изо рта пошли слюни и пена.
Меня охватил ужас. Но я взял себя в руки, схватил маркизу за запястье и втащил в тот дом, рядом с которым лежал труп студента.
— Вася, отвлеки этих уродов! — лихорадочно выкрикнул я, торопливо снимая с выгибающейся девушки блузу. На ней ещё осталась часть слизи, которая не успела прожечь материал. Однако в одном месте слизь жуков проела дыру, попала на кожу маркизы и стремительно разъедала её.
— Хорошо! — отозвался крепыш.
Он на несколько секунд скрылся в противоположном доме, а потом снова появился на улице. Но теперь вокруг него красовалась шарообразная защита, имеющая бледно-голубой цвет. Жуки сразу же стали стрелять в парня. Но их слизь не достигала его тела. Она встречалась с защитой, падала на землю и там бессильно шипела.
Вот только после каждого попадания защита Васьки становилась всё более бледной. Она теряла силу. И если так будет продолжаться, то она быстро пропадёт. Парень прекрасно это осознавал, поэтому он схватил обломок песчаника, запустил им в жуков и помчался по улице. А те ринулись за ним следом. И я мельком насчитал уже не пять штук, а все двадцать. Похоже, у них тут гнездо.
Параллельно со всеми этими событиями, мне удалось сорвать с девушки блузу, после чего показалась её упругая молочно-белая грудь, скрытая кружевным лифом. Но мне сейчас было не до любования девичьими сиськами.
