- Съезжай с дороги и тормози.
Медленно, автомобиль начал сбавлять скорость. Под шинами захрустел придорожный гравий.
Когда машина остановилась, Альберт втащил из замка зажигания ключ.
- Выметайся, - сказал он, опуская нож.
- Ты собираешься оставить меня здесь?
- Открывай дверь и выходи.
- Да ладно тебе, Билли. Может ты одумаешься и мы обо всем забудем? Как я доберусь без машины до Сент Луис?
Альберт ничего не ответил, а лишь ткнул его в бок.
Милтон открыл дверь:
- Ладно, ладно. Только не тыкай в меня этой штуковиной.
Он вышел из машины.
Альберт перебрался через сиденье и вышел следом за ним.
- Послушай, я последний раз прошу тебя одуматься. Можешь поставить на это свой последний доллар.
- Я не делаю ставок, - сказал Альберт.
С Милтоном впереди, они обошли капот автомобиля.
- Обещаю, я обо всем забуду.
- Не думаю, - сказал Альберт. - Остановись здесь.
Они остановились в нескольких шагах от капота автомобиля.
Повернувшись к Альберту, Милтон сказал:
- Если хочешь, я вернусь и подберу ту девчонку. Ну ту самую автостопщицу. Договорились? Что скажешь? Никаких проблем.
- В данный момент моя проблема - ты, - сказал ему Альберт.
После этого он вонзил в шею Милтона нож, и, быстро отскочив влево, увернулся от хлынувшего фонтанчика крови.
В нижней части дороги сверкнул свет фар. Они находились еще далеко. Но насколько далеко? Дорога была абсолютно прямой, так что этот автомобиль мог находиться в целой миле или даже больше от них.
А возможно, наоборот, гораздо меньше.
Альберт посмотрел на Милтона. Старик упал на четвереньки, задом к капоту автомобиля.
Во тьме его рану не было видно, но Альберт отчетливо слышал звуки льющейся на гравий крови.
Он забрался в машину и погасил фары. А затем вернулся обратно. Склонившись над Милтоном, он схватил его за лодыжки. Он потянул за них и Милтон распластался по земле.
Он подтащил старика к краю придорожной канавы и столкнул в ту ногой.
Милтон покатился по крутому склону вниз.
Ступая очень осторожно, чтобы не упасть, Альберт последовал за ним.
Оказавшись внизу, он присел возле него.
Старик лежал лицом вниз, молча и неподвижно.
Умер? - Задался вопросом Альберт.
Он вонзил в спину Милтона нож.
Во время первых двух ударов Милтон издавал тихие хрипы. А затем замолк.
Альберт не получал особого удовольствия от этого пыряния ножом, поэтому после пятого или шестого удара остановился.
Ожидая, пока встречный автомобиль проедет мимо, он обыскал карманы Милтона. Там он нашел затвердевшую ватную тряпку, расческу, кроличью лапку, два коробка спичек, несколько монет, кошелек с восемнадцатью долларами внутри, кредитную карту и еще один кошелек. В этом втором кошельке, сделанном из пластика, хранилась целая стопка дорожных чеков на общую сумму в восемьдесят долларов.
Не сбавляя скорости, по шоссе мимо них промчался автомобиль.
Альберт дождался, пока его звук не стихнет, а затем выбрался из канавы и направился к машине Милтона. Сев в ту, он развернулся и выехал на дорогу.
Когда он подумал о девушке, сердце в груди заколотилось сильнее обычного.
Она выглядела очень привлекательно.
Но он видел ее всего лишь мгновение. Возможно, когда он разглядит ее получше, она окажется отнюдь не красоткой.
Нет, я уверен, что она красотка.
Впрочем, довольно скоро я смогу в этом убедиться.
Альберт представил ее полностью раздетую, с торчащим из живота ножом и фонтанчиком крови, бьющим из широкой, глубокой раны...
Проехав около пяти миль, он понял, что девушка пропала.
Возможно, она села в тот самый, проезжающий мимо автомобиль.
Ладно, подумал Альберт. Не такая уж это и беда. Я обязательно подцеплю кого-нибудь еще.
Мир полон красивых женщин.
11. Возвращение к Дэйву
Джанет проснулась и сладко потянулась, наслаждаясь теплом одеяла. На неприкрытых плечах и шее она почувствовала прохладу утреннего воздуха. Однако, всему остальному телу, под одеялом, было тепло и уютно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Она чувствовала себя прекрасно. Сегодня утром тошноты не было.
Она лениво, еще окончательно не проснувшись, протянула руку в сторону, ожидая нащупать обнаженную грудь Дэйва. Но вместо этого коснулась лишь края матраса.
Она лежала на односпальной кровати.
Открыв глаза, она поняла, что находится в комнате для гостей Мэг.
Это утро понедельника? По всей видимости да.
Второе утро без Дэйва.
От мыслей о нем, горло Джанет сжалось. Она попыталась сглотнуть образовавшийся ком. Плакать не из-за чего, сказала она себе. Не плачь. Он того не стоит. Он не стоит и выеденного яйца...
Но она была влюблена в него. Она жила в его квартире и спала с ним каждую ночь в течение трех месяцев, просыпаясь вместе каждое утро. Каждое утро она видела его рядом с собой, голого и такого теплого. Они прижимались друг к другу и, в конечном итоге, обычно, занимались любовью.
Этого никогда больше не повторится, подумала она.
Все кончено. Все кончено.
Я не хочу больше его видеть, не хочу прикасаться к нему, и уж тем более заниматься с ним любовью.
Джанет протерла глаза краем пододеяльника. А затем глубоко, прерывисто вздохнула.
Забудь про этого ублюдка.
Вспомни лучше о том, кого он тебе оставил.
Улыбнувшись, она коснулась ладонью живота. Тот был гладким, теплым и плоским.
- Привет, - прошептала она. - Твой папа хочет убить тебя, но я не позволю ему этого сделать.
Внезапно она почувствовала себя виноватой за то, что произнесла эти слова вслух.
Она похлопала по животу:
- Ты слышишь меня оттуда?
Никакого ответа.
- Если да - моргни один раз, если нет - два.
Джанет хихикнула.
- Это из "Графа Монте-Кристо", сладенький. Твоя мама - настоящий книжный червь. Это так, чтобы ты знал.
Она села, скинув одеяло на колени. Дверь в ее комнату была приоткрыта на несколько дюймов, но никаких звуков снаружи не раздавалось.
Скорее всего Мэг уже ушла на работу.
Джанет откинула одеяло в сторону и поднялась с кровати. Дрожа от холода, она поспешила к стулу, на котором Мэг оставила для нее одежду. Большой, розовый халат. Она накинула его на себя. Ткань была очень приятной на ощупь и напоминала атлас. Хотя, сначала и обдала ее голую кожу холодком.
Кофейник на кухне был еще горячим. Она налила себе чашку, и, пройдя в месте с ней в гостиную, уселась на диване.
На сегодняшней повестке дня было возвращение в квартиру Дэйва за вещами.
Это, наверное, будет ох как не весело, подумала она. Но это необходимо было сделать.
Но не прямо сейчас.
На газетном столике пред ней лежал свежий выпуск Лос-Анджелес Таймс. Она открыла его на страничке с комиксом "Пузатая Мелочь"[9].
Нет ничего лучше, чем начать день вместе со Снупи[10].
К сожалению, этот выпуск был посвящен только Люси и Лайнусу. А Снупи в нем так и не появился.
Тогда Джанет перевернула газету и начала читать ее основное содержимое. Чашка с кофе опустела уже после того, как она покончила с первой страницей. Вновь наполнив ту, она вернулась на диван и продолжила чтение.
Ее внимание привлекла статья с заголовком "Резня в Пригороде Чикаго". Она решила прочесть ее. Закончив со статьей, она глотнула кофе и перешла к следующей, рассказывающей о человеке, погибшем на железнодорожных путях после того, как его автомобиль заглох прямо на них.
Когда со статьей было покончено, он поняла, что ее чашка снова пуста.
- Пожалуй, пора выезжать, - пробормотала она.
И, сидя на диване, уставилась в пол.
Боже, как же я не хочу этого делать!
Когда она остановила свой Форд на обочине дороги перед многоквартирным домом, на часах было уже одиннадцать. Джим Кроче тянул из радиоприемника "Время в бутылке". От этой песни она едва поборола в себе желание разреветься. Она дождалась пока та закончится, а затем выключила двигатель. Радио замолчало.
