— Угум… — кивнул я
— Ты думал обо мне? — её удивлению не было предела
— Прости, но не только о тебе, но и о себе. Думаешь, что бы со мной сделали, чтобы проверить услышанную от тебя информацию? — смотря на блондинку, склонил я голову набок.
— Я бы никогда…
— Да-да… Тут не вопрос насколько ты предана Бастиону или мне, тут вопрос выносливости твоей психики и организма, — я поднял в воздух свой указательный палец.
Своими словами, показав, что я не категорично отношусь к предательству, я развязал ей руки.
— Сколько тебе лет? Я не встречала раньше таких парней…
— А много встречала? — выгнул я бровь
— Нет, — ни капли не смутилась она, — Так сколько тебе лет?
— Это имеет сейчас значение?
Она фыркнула, после чего отвернулась, изображая полное безразличие по отношению ко мне.
Упираясь руками в пол, сделав болезненный вид, я поднялся, чтобы, скрестив на груди руки, облокотиться спиной на стену.
— Нет, — не поворачивая лица в мою сторону, коротко произнесла девушка
— Что дальше? Нас спасут? — на меня уставились её глаза, полные надежды.
— Наивная, — хмыкнул я
Фуюри, поджав, обняла свои ноги.
Затянувшийся момент тишины, развеяли девичьи всхлипывания…
Прекрасно… Замечательная игра… Жалость и сопереживание во всей красе.
К этому сто́ит добавить антураж места, где мы находимся… получается прекрасная сцена с главной актрисой на местном варианте трона.
Если бы я и дальше изображал слизняка, подобного результата, белобрысой не удалось бы достичь.
— Я молода. Я хочу жить, — устало завалилась шпионка на кровать, — Посмотри, что они со мной сделали, — Фуюри, лицом повернулась в мою сторону.
— Да-а-а-а… Неслабо тебе досталось, — протянул я смотря в её измазанное в крови лицо.
Судя по всему, кровь была именно размазана по лицу, что не отменяло красоты девушки, что делила со мной четыре стены и одну кровать. Думаю, подобные привлекательные черты, должны располагать к себе сокамерников. Интересно, а много ли таких, как я у неё было. Нет, понятно что мужчин воителей мало, я имею в виду девушек, девушек, что она сгубила.
На меня смотрели два больших голубых глаза, что словно изюминка на её лице, подчёркивали её индивидуальность: рост около 175 см, острые черты лица, отчётливо виднеющиеся скулы, длинный, немного грязный светлый волос, ранее примеченная небольшая грудь с острыми сосками, плоский рельефный живот, красивые гладкие ноги.
Привлекательная, очень привле…
Что? Гладкие ноги?!
— Сколько ты уже здесь?
— Со вчерашнего дня, — не получилось подловить, — Присядешь? — стрельнув глазами, подогнула она ноги, — Тебе тоже не сла́бо досталось, — пошла от неё ответочка
Отказываться в данный момент, всё равно что рушить её потуги.
Приземлившись в отведённое мне место, я ожидал завязки ключевого разговора.
— Давай познакомимся заново? — улыбнулась мне девушка
— Хиро, — кивнув, я согласился с её предложением
— Фуюри, — поднялись в верх её плечи
— Есть хоть толика правды в твоей истории, что ты мне рассказал?
— Ну… — протянул я, припоминая сказанное, — Нет
— А я тебе говорила правду, — насупилась она
— Хорошо. Тогда я попытаюсь исправиться.
Потеснив девушку, я прилёг рядом с ней на подобие кровати.
Закрыв глаза (глаз) и расслабившись, я начал пересказ своей обновлённой биографии.
Изложение новой версии моих приключений заняло ещё меньше времени, чем предыдущей легенды. Мне не надо было рассказывать какие-либо конкретные обстоятельства, я поверхностно прошёлся по событиям, наступившим после нападения на заставу, рассказав практически честно, лишь то, что могли видеть мехи.
Что касается моей роли, я ограничился упоминанием, что родные мать и отец живут в Империи Сурамут, что меня продали с аукциона, после чего, в процессе моей транспортировки, я был повторно захвачен третьей стороной, которая меня и доставила в Бастион.
Враньём про семью и Сурамут, я решал сразу несколько стоя́щих передо мной задач: раскрывал псевдоместо возможного отступления, в случае успешной попытки побега, и приковывал взгляд Империи Вендигор к соседям, в случае желания сил особого отдела ИСБ проверить мою биографию, найти моё слабое место — рычаг давления.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Пришлось отчасти поведать и историю про Микассу, что являлась моим наставникам по основам использования сил сверха, заодно и выполняющую роль охранника в тестовом проекте Бастиона по взращиванию мужчин — сверхов.
Да, именно проект. С моих слов, я был первым из кого попытались слепить воина.
Своим враньём я объяснял свою избранность, реакцию Микассы, собственное поведение и способности.
Чтобы набить себе цену, я также слил информацию про то, что меня якобы готовили в качестве шпиона, мне нужно было как-то объяснить свою игру перед сокамерницей и дознавателями.
Возможно, кто-то подумает, что всё это глупо, но это не так, если бы я не сказал ни слова, то был уже мёртв и это в лучшем из вариантов.
В худшем — смотрел бы, как белые черви в обрубке моей руки, копошась, прогоняют мяско по своему полупрозрачному тельцу.
Ф-у-у-у, — видел я подобные пытки, устраиваемые особо рьяными садюгами.
Жить захочешь — и не так будешь вертеться. Правда, если вертеться не умеешь, то сольёшь всю инфу врагам, покажешь себя полным профаном с трясущимся коленками — подпишешь приговор.
Подобное ничтожество неинтересно никому, а неинтересных военных пленников ждёт одно — смерть и благо, если она будет быстрой и безболезненной, а не на мясницком столе, под томным взглядом экзекутора с диссоциативным расстройством личности, что посредством бесконечных увечий, решил выдавить вообще всю возможную информацию.
Отыгранная мной модель поведения, позволила мне определить круг, известной оппоненту информации, на основании которой, я, вплетая ложь, смогу частично раскрыть правдивую завесу событий, предшествующих моему заточению.
Да, есть ещё вероятность, что у ИСБ есть не оглашённая мне информация, но куда деваться, я могу идти только ва-банк.
— Знаешь, я мечтала, — смотря в потолок, задумалась Фуюри, — Что когда-нибудь уйду со службы и… — замолчала она
— Что и…? — по-дружески, пихнул я её локтем
— Что у меня будет семья. Будут бегать детишки во дворе, когда я, стоя у плиты, буду готовить для мужа обед.
— А ты умеешь? — удивился я
— Нет, но научусь. Обязательно научусь…
— Хорошая мечта, — задумчиво протянул я
— Да что ты знаешь, — зло фыркнула она, — Малолетка
Я промолчал. Не буду же я ей говорить, что по сравнению со мной, малолеткой является она сама.
— Прости, — стушевалась она, — А о чём мечтаешь ты?
Вот оно… ненавязчивый заброс на мои рычаги давления — возможный крючок.
— Вернуться в Империю Сурамут, — пожал я плечами, — К родителям. Поступить в Академию. Стать сильнее, чтобы защитить себя и своих близких.
— А как же твой глаз? — повернула она лицо в мою сторону, — Не хочешь поставить имплант? — пальцами она легонько погладила поверхность моей повязки, — Я слышала в Империи Вендигор, есть такая возможность. Может… ну этот Бастион, этих Варваров, пустошь. Попробуем информацией или какой другой помощью, выторговать себе жизни? — своими пальчиками она изобразила идущего человека на моём предплечье.
— Не знаю…Думаю…
Отвернувшись от меня, девушка прижалась ко мне своей попой, а через несколько минут я услышал её сопение.
Завтра — тяжёлый день. Я постараюсь выжить.
Глава 7 "Допрос с пристрастием"
— Вставай, Империя Великая… — наклонившись, Каталина проорала начало неизвестной для меня песни
Разорвав свои веки, я наблюдал за задумчиво рассматривающей меня великаншей. Круглое, неприятное лицо, было испещрено мелкими шрамами, напоминающими о былых свершениях воительницы. Небольшие, глубоко посаженные карие глаза, на фоне её здоровенной моськи, смотрелись словно бусины на кухонном столе, а вправленный в полевых условиях нос, как бы намёках, о безразличности обладательницы внушительных форм, к собственному виду.
