Читаем без скачивания Разборки авторитетов - Евгений Сухов

Альберто Монтиссори всегда хотел быть богатым и, поглядывая на огромные особняки и роскошные лимузины, видел себя в мечтах таким же состоятельным и влиятельным, как их владельцы. Некоторое время он преданно служил дону Грациани, но, взрослея, стал понимать, что путь к благосостоянию лежит далеко от этого дома. Самое большее, на что он может рассчитывать в семье Грациани, так это стать личным шофером стареющего дона, с утра до вечера открывая тому дверцу автомобиля. Клан Грациани всегда был силен традициями. И одна из главных заповедей клана гласила: не допускать в руководство чужаков. А многочисленных дальних родственников всегда использовали как бессловесную «пехоту», готовую умереть за интересы семьи.

В восемнадцать лет Альберто Монтиссори осознал, что созрел для серьезных дел, и, раздобыв плохонький, дающий осечки «вальтер», решил отобрать выручку у хозяина одного местного бара. Револьвер, наставленный в грудь старика, заставил того вспомнить все молитвы, и он все поминал Деву Марию и Христа, когда Альберто суетливо вытаскивал из кассы дребезжавшую мелочь. Этих денег с трудом хватило на то, чтобы купить новый костюм и кожаные ботинки. Однако Альберто успел отведать плод всесилия и безнаказанности и уже через месяц, подговорив двух приятелей, совершил ограбление солидного магазина в центре города.

К этой своей операции Альберто готовился уже с тщательностью профессионального налетчика. В течение нескольких дней он внимательно наблюдал, а через неделю знал о супермаркете почти все. Магазин открывался довольно рано, в семь утра, и продолжал работать до десяти вечера. Ровно в полдень супермаркет покидали все продавцы, и хозяин запирал его на обед. А уже через пять минут в дверь негромко стучала молодая симпатичная китаянка, работавшая официанткой в соседнем ресторане. Это была любовница хозяина магазина – крупного мужчины лет сорока пяти. Он провожал ее в кабинет, поддерживая за локоть, и по понятным причинам не отпускал сорок минут. Ровно в час супермаркет возобновлял работу.

Магазин был оборудован современной сигнализацией, которая отключалась в семь утра и включалась в десять вечера. О том, чтобы совершить ограбление ночью, не могло быть и речи. В течение дня, когда там полно посетителей, тоже чрезвычайно рискованно. Наиболее благоприятное время, решил Монтиссори, обеденный перерыв, когда в магазине остается только хозяин.

Нужно лишь подобрать ключи к двери. Для этого дела он привлек одного из своих друзей, занимавшегося квартирными кражами. Все свое свободное время тот изучал системы замков и самый сложный мог открыть за пару минут.

Переодевшись в спецодежду, в десять минут первого они подогнали к магазину автофургон. Их ждал приятный сюрприз – дверь в супермаркет оказалась незапертой, а только припертой изнутри стулом. Войдя в магазин, все трое натянули на головы чулки. Один остался дежурить у двери, а с другим Монтиссори пошел на второй этаж, где находился кабинет хозяина. Еще на лестнице они услышали страстные вздохи любовников.

Хозяин даже не услышал, как дверь распахнулась. Альберто увидел голую толстую задницу и, наставив пистолет, вежливо произнес:

– Очень сожалею, сэр, что вынужден помешать вашему деликатному занятию, но это ограбление.

– Какого черта… – повернулся с раскрасневшимся лицом хозяин.

Альберто, глядя на раскинутые в стороны колени женщины, продолжал так же невозмутимо:

– Советую не делать лишних движений, иначе в вашей голове станет на одну дырку больше. Нам нужна выручка, которую вы храните здесь, вот в этом сейфе.

– Я все отдам… только не стреляйте.

Получив деньги, они, не позволив любовникам одеться, привязали их к стульям и спокойно удалились.

Теперь он был богат. На эти деньги он мог купить не только машину и дом, но и жить безбедно год-другой. И тем не менее Альберто Монтиссори поступил по-другому. На окраине города он купил небольшой ресторанчик и нанял охрану из бывших профессиональных боксеров, раз в месяц пополнявших его казну. Они делились с Монтиссори прибылью от опустошительных налетов на различные увеселительные заведения Сан-Франциско. Деньги он вкладывал в строительство игорных домов, возводил гостиничный комплекс на берегу океана, и скоро о Монтиссори заговорили как об удачливом бизнесмене.

Дон Грациани, вспоминая службу Альберто в своем доме, предлагал молодому коллеге покровительство. Однако у честолюбивого Монтиссори были собственные планы. Он отстранил протянутую руку старика и тем самым нажил в его лице своего первого врага. С тех пор они уже не находили согласия, а стычки между «пехотой» враждующих сторон выливались порой в кровавые побоища.

Беда была в том, что парни Альберто Монтиссори и дона Грациани любили развлекаться в одних и тех же барах, посещали одни и те же публичные дома, даже сердечные привязанности у тех и у других были одинаковые.

Последняя стычка между молодчиками Альберто и боевиками дона Грациани произошла год назад, когда друг Монтиссори Лучано Антониони приревновал юную красотку к одному из приближенных дона Грациани и зарезал того на глазах у двух десятков свидетелей. В ответ дон Грациани велел застрелить младшего брата Лучано.

Тогда кланы были на грани войны, и только личная встреча двух донов не позволила разрастись конфликту.

Альберто Монтиссори не унывал, он знал, что молод, крепко держит за хвост удачу и не расстанется с капризной птицей даже в том случае, если она надумает поменять оперение. Молодой мафиози проявил недюжинные организаторские способности. Он сумел свое дело укрепить и расширить настолько, что даже самые влиятельные кланы огромного города были вынуждены считаться с могуществом Монтиссори. Неохотно потеснившись, они приняли его в свой орден.

В двадцать четыре года Монтиссори стал самым молодым доном Сан-Франциско и Америки. Он давно ждал официального признания со стороны старейших мафиозных кланов, и когда наконец получил долгожданное послание за подписью двенадцати самых уважаемых отцов, не сумел сдержать нахлынувших чувств – почти по-свойски хлопнул по плечу представителя семей, прибывшего с радостной новостью.

Утверждение Монтиссори доном должно было состояться в шикарнейшем ресторане города. На этот день зал был полностью выкуплен тринадцатью самыми богатыми, а возможно, и самыми влиятельными людьми страны. Они явились в ресторан в сопровождении телохранителей и сели за длинный стол. Последним, как того требовали неписаные законы, сел Альберто Монтиссори.

Среди двенадцати прибывших донов присутствовал и Грациани. Альберто старался не смотреть в его сторону.

К его удивлению, председательствующим, как старейший из присутствующих, был избран именно дон Грациани.

Он был сдержан:

– Мы тут между собой переговорили… За последние четыре года ты сумел сделать то, чего другой не сумел бы даже за всю свою жизнь. Ты построил несколько гостиниц и ресторанов, в твоих руках бары почти по всему побережью, ты контролируешь большую часть экспорта оружия, ты сумел набрать армию преданных бойцов, способных защитить накопленные капиталы. И это далеко не полный перечень твоих заслуг, поэтому мы решили, что, несмотря на твою молодость, ты достоин сидеть с нами за одним столом. Возьми этот золотой перстень, – протянул Грациани подарок, – отныне ты – дон!

Альберто Монтиссори поднялся из-за стола, взял перстень и уверенно надел его на палец.

Присутствующие негромко захлопали новоиспеченному дону. Теперь он равный среди равных, отныне даже спесивые отпрыски из сицилийских кланов должны уважительно обращаться к нему «дон». Молодость Альберто Монтиссори не мешала ему вести дела с размахом. Будучи состоятельным человеком, он мог позволить себе проявлять великодушие и щедрость: в ресторанах не подавал швейцарам меньше десяти долларов; не отказывал юнцам, когда они просились на службу. Альберто вспоминал себя семнадцатилетним, одновременно думая о том, что, оказывая молодым людям помощь, приобретет для себя в будущем верных помощников.

Дело дона Монтиссори ширилось.

Он устал оглядываться на некогда могущественные семейства потомков первых сицилийских эмигрантов и решил жить по собственным законам, главный из которых – подвергать сомнению былые заслуги стареющих донов.

Там, где тридцать лет назад были открыты подпольные притоны с дешевыми проститутками, он строил ультрасовременные отели, открывал стриптиз-бары, где танцовщицы, по желанию клиента, раздевались прямо на столах.

Там, где прежде находились букмекерские конторы, он сооружал современные казино и открывал шикарные залы с игровыми автоматами.

На заброшенном пустыре, где враждующие мафиози устраивали перестрелки, он возвел тир для пулевой стрельбы, который имел в своем арсенале практически все виды оружия и где за хорошую плату имел право пострелять каждый желающий.