Спустя несколько минут она набралась храбрости, встала, повесила на плечо рюкзак и снова внимательно осмотрелась в поисках голубовато-серых камней кромлеха. Может, каменные столбы скрыты под стенами зданий или прячутся под горами мусора, лежащими на улице? Или в этом мире они выглядят по-другому, не так, как в знакомых ей местах?
Минда зажмурилась и попыталась вспомнить, что говорил о вратах Ян. Зажатый в пальцах талисман помог ей немного успокоиться. В голове раздался голос мьюриана:
Каменные столбы… являются вратами. Это все, что осталось от Авенвереса. Осколки скал разлетелись по всем мирам, но они до сих пор связаны между собой.
Тихонько вздохнув, она открыла глаза. Врата должны быть одинаковыми во всех мирах. Высокие столбы, высеченные из голубовато-серого камня. Минда снова осмотрелась, теперь гораздо спокойнее, как будто даже воспоминание о Яне придавало ей уверенности. Поблизости не было видно кромлеха, и как она оказалась в этом месте — непонятно, но придется отправляться на поиски врат.
Минда наугад выбрала направление и побрела, минуя одну улицу за другой, обходя по возможности кучи мусора, пробираясь сквозь разросшиеся кусты. Она старалась идти как можно осторожнее; растянутые связки или сломанная лодыжка могли причинить ей немало бед среди этих безлюдных развалин, пожалуй, не меньше, чем Ильдран.
Однажды она отважилась заглянуть в распахнутую дверь. За виноградными лозами открылся огромный зал, в котором могла поместиться вся гостиница ее отца. Минда хотела пройти дальше, но в этот момент по гладкому мраморному полу пробежала крыса, и Минда выскочила обратно на улицу, где, по крайней мере, светило солнышко.
Есть ли еще люди в этой каменной пустыне? Или этот огромный город навсегда покинут и забыт? Холодок страха пробежал по спине, и на этот раз не помог даже теплый талисман, висевший на шее.
На ночь Минда устроилась посреди небольшой кедровой рощи, спрятавшись в густых зарослях, куда не проникали даже солнечные лучи. С наступлением темноты усилился ветер. Воздушные потоки неслись по улицам, врывались в открытые окна и двери, от чего возникали странные звуки, отдаленно напоминавшие игру на дудочке, словно город ожил и запел. Временами его голос был высоким и резким, временами напоминал прерывистые стоны.
Эта музыка не смолкала всю ночь, так что Минда спала лишь урывками, то и дело просыпаясь. Ее сны, хотя и не были вызваны вмешательством Ильдрана, все же заставляли Минду съеживаться от страха. Влажными пальцами она сжимала талисман и молилась, чтобы ночь поскорее закончилась.
Но вот первые лучи коснулись крыш, ветер стих, а вместе с ним, отрывисто вздохнув, стихла и беспокойная музыка. Минда долго еще сидела, скорчившись в своем укрытии. Только после того как окончательно рассвело, она оправилась от ночных страхов и выбралась из кедровых зарослей.
Она сердилась на себя за то, что испугалась темноты и сильного ветра. Чтобы хоть отчасти реабилитироваться в собственных глазах, Минда храбро двинулась в путь, стараясь не вспоминать о беспокойной ночи. Время шло, одна улица сменялась другой, но картина оставалась прежней. Одиночество стало тяготить Минду.
Около полудня Минда поняла, что, вместо того чтобы приближаться к окраинам города, она углублялась в самый его центр. С тех пор как она остановилась позавтракать — пожевать кусочек зачерствевшего хлеба с сыром, — дома стали еще выше. Теперь они стояли вплотную друг к другу, без всяких промежутков. Она уже решила пойти обратно, как очередной поворот вывел ее на широкую площадь.
На краю открытого пространства Минда остановилась и осмотрелась. Площадь простиралась чуть ли не на целую милю, кое-где торчали редкие деревья, а кустарника почти не было. В самом центре на высоком постаменте сохранились остатки памятника. Когда-то монумент представлял собой группу статуй. Сейчас только одна фигура гордо возвышалась над грудами мусора, и солнечные лучи ярко освещали позеленевшую бронзу. Остальные валялись рядом с постаментом с отбитыми конечностями и расколотыми головами.
По периметру площади громоздились все те же заброшенные башни из камня, что и везде, но на северном краю стояло вытянутое и приземистое трехэтажное здание. Оно было построено в виде замка со всеми укреплениями. Взгляд Минды невольно задержался на нем. После блужданий среди каменных башен этот сравнительно низкий дом что-то напомнил ей. А точнее, иллюстрацию в книге, где описывался не волшебный замок с остроконечными шпилями, а настоящая крепость, какие можно было увидеть в горах к северу от Фернвиллоу. Здание показалось ей очень старым.
Минда пересекла площадь, остановившись ненадолго, чтобы рассмотреть статую. Лицо мужчины было печальным. Минда решила, что одет он в военную форму, хотя мундир не имел ничего общего с теми, которые она видела на солдатах в своем городке. На плече мужчина держал что-то вроде флагштока, а рядом Минда обнаружила бронзовый флаг с незнакомым рисунком. Вероятно, этот флаг должен быть у него, на плече, решила она, обходя кучи мусора. Скорее всего, перед ней знаменосец, увлекающий людей в атаку. Теперь знамя валяется на земле, и он не может никого повести за собой. Оглянувшись в последний раз, Минда зашагала к похожему на крепость зданию, которое привлекло ее внимание.
Издалека оно показалось ей совсем небольшим, а теперь подавляло своими размерами. Особенно поразили высокие бронзовые двери. Минда осторожно потянула за ручку, и дверь беззвучно отворилась в просторный сумрачный вестибюль, в который свет проникал только через небольшие заплетенные лозой окна, расположенные под самым потолком. Войдя внутрь, Минда заметила открытую дверь слева от входа и направилась туда. Из-под ног поднялись облака пыли.
За второй дверью Минда обнаружила комнату, в которой стояли демонстрационные витрины, по большей части разбитые. Когда глаза привыкли к полутьме, она стала различать кинжалы и мечи, арбалеты и какое-то совершенно незнакомое ей оружие, лежавшее в оставшихся витринах или просто разбросанное па полу. Минда нагнулась и дотронулась до странного металлического предмета, гадая, что это могло быть. Почему-то его форма вызвала неприятную дрожь.
Минда пошла дальше, хрустя битым стеклом под ногами, дотрагиваясь до ящиков витрин, иногда сдувая пыль с предметов, пытаясь угадать их предназначение. Одним из экспонатов был роскошный меч с инкрустированной драгоценными камнями и золотом рукоятью. Он лежал поперек витрины, а ножны упали на пол. Были и другие мечи, самых причудливых форм, но украшенные гораздо скромнее. Один напоминал птичий след, другой был выполнен в форме полумесяца. Кроме мечей встречались железные дубинки, булавы и прочие предметы, названий которых она не знала, — сверкающее оружие без лезвий, наконечников или тетивы, но все же внушавшее трепет. Некоторые экспонаты казались настолько хрупкими, что было непонятно, как ими пользоваться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
