– Есть! – Как следует, прицелившись, Элли бросила жирдяю в затылок довольно тяжелый инженерный резак. Мгновения, на которое отвлекся ревун, хватило, чтобы Кирки обернулась и завалила его набок метким косым ударом, раздробившим кость и разрезавшим мягкие ткани ноги.
Из-за коряги показался ещё один подгнивший топтун.
– Мамачи! – крикнула Масу. Выпущенная ею стрела навечно припечатала волосатого монстра с черепашьим панцирем и перепонками между пальцев к заросшему грибами массивному пню. Она попала ему точно в глаз, не позволив сделать последний шаг, отделяющий его от Кирки.
Авион медленно парил над полем брани в сторону штурмовика. Свет фонаря Споука отражался в воде, создавая несвойственную этому зловещему месту красивую желто-синюю окраску.
Десятки пар горящих дьявольских глаз со всех сторон окружали девочек. Кровь стыла в жилах от невыносимой необратимости приближающейся катастрофы.
– Прыгай ко мне! – Ударив несколько раз разъяренно дергающегося зажатого пилота, Элли смогла засадить ему металлический цилиндр поперек пасти, сломав при этом несколько зубов и блокировав способность к укусу.
Кирки ухватилась за протянутую спасательную руку Элли, и та одним махом затащила её на корпус корабля. Стонущие и шипящие страшилища скучились вокруг кабины и, наступая друг на друга, полезли наверх.
Авион медленно «подплывал» к атакованному кораблю, в какой-то момент Кирки и Элли показалось, что спасение близко. Неожиданно, подобно броску лягушки, сверху кустарника нарисовался скрюченный топтун и бросился на борт гондолы, зацепившись за него длинными цепкими когтями. Тут же по нему, как по натянутой перекладине, на борт поползли другие крупные чудовища.
Авион накренился вбок и ударился о воду, сбив кормой увесистую кучу ревущих диких тварей.
Казалось, время замерло. Будто в дурном замедленном фильме девочки наблюдали, как Споук и Масу пытаются дать отпор обезумевшему стаду, хлынувшему в гондолу, подобно течи в отсек во время пробоины судна. Жестокая, полная ненависти и боли схватка.
Споук сражался врукопашную, размахивая и ударяя топтунов по головам тяжелым балластовым мешком с камнями. Масу использовала судовой мачете для экстренного обрубания парусных тросов.
В какой-то момент, Споук высвободился из толпы и ударил сразу по двум спусковым ручкам кормовых гарпунов. Тяжелые толстые копья разом продырявили и отбросили значительное количество скопившихся у заднего борта тварей, так что обороняться стало легче.
Но, оказалось, эта атакующая волна была только началом.
Первые ловкие ревуны к этому времени успели уже забраться со стороны расплющенной кабины на корпус штурмовика, на котором спасались девочки.
– Это конец? – пробормотала Элли.
– Не дождешься! – бесстрашная и переполненная боевым духом Кирки ринулась в атаку.
Каким-то чудом Споук сумел растолкать топтунов и отвязать сразу несколько балластовых мешков. Вес гондолы мгновенно упал, уступив приоритет подъемной силе. Авион резко взмыл ввысь.
– Нав Пара! – Масу сбросила комок легкой и компактной веревочной лестницы. Благодаря запасу разматывания, она какое-то время оставалась в зоне возможного прыжка с крыши штурмовика. Даже с учетом того, то Авион продолжил подъем.
– Элли, ты первая, – Кирки защищала её со стороны кабины.
Максимально ускорившись с разбегу, Элли прыгнула и ухватилась за «едущие вверх» деревянные ступени. Вместе с движением Авиона и самой лестницы, она сразу же начала тоже подниматься вверх. Вокруг неё, прямо с неба, проносились и шлепались о воду, вытолкнутые с гондолы остатки ревунов.
– Быстрее! – Закричала Масу.
Копьё Кирки застряло в брюшной пасти очередного топтуна, пытающегося забраться на корпус штурмового корабля, и никак не хотело выходить наружу. Храбрая зеленая девочка уперлась ногой в нетронутую пастью область ближе к грудине, и что есть мочи толкнула страшилу в ревущую толпу. Копьё последовало вниз вместе с телом.
Кирки развернулась и начала ускоряться, чтобы с разбега достигнуть наибольшую горизонтальную длину прыжка. В самый последний момент она оттолкнулась ногой от края фюзеляжа и пулей полетела навстречу лестнице. Но не достигла её.
Рваный отвратный ревун прицепился к веревке. Кирки врезалась прямо в него и отскочила в лоно шипящего стада.
– Кирки! – Масу перекинула ногу через борт, и собралась было спрыгнуть вниз в это месиво. Споук остановил её. Авион уже был слишком высоко и продолжал стремительно подниматься вверх. Масу скорее всего бы разбилась об острые коряги или торчащие железные углы листов потрепанной обшивки кораблей.
Медленно поднимаясь по веревочной лестнице, Элли с трудом могла различить, что происходит в удаляющейся темноте внизу. Ей показалось, что Кирки бросилась на топтунов с кулаками. Количество обступивших её ревущих и шипящих тварей всё увеличивалось. Несмотря на проигрышный расклад сил в этой битве, Кирки отчаянно сопротивлялась и давала мощный отпор.
На мгновение всё затихло. А потом Элли услышала жуткий, пронзительный вопль. Это кричала Кирки. От боли и ужаса.
Топтуны разрывали её на куски и ели заживо.
Слезы здесь лишние
Масу сидела отвернувшись от всех на дальнем конце гондолы и ревела. Элли трясло от страха. Споук сверялся со звездами, чтобы проложить оптимальный курс назад.
В голове всё путалось и никак не могло сойтись в одну точку. Кирки. Веселая и жизнерадостная. Одна из тех немногих в племени, кто принял Элли с теплотой и заботой. Кирки, которая смогла выучить чужой язык и которая так ловко разбиралась в азах воздухоплавания.
Её больше не было. И такой, как она, никогда уже не будет.
Была ли оправдана её смерть? Так ли уж был нужен этот ненавистный антигравитационный модуль, чтобы из-за него погиб человек. То есть абориген. На этом слове Элли запнулась в размышлениях и бессмысленно уставилась в пол.
Лицом к лицу
Ржавые доспехи
В это время в племени Ма-Лай-Кун обычно готовили обед. Женщины суетились у костра, ожидая ночные смены «голодных» патрулей. Мужчин в деревне практически не наблюдалось – все были заняты охраной периметра, втрое усиленного с восточной части. Всё шло своим обычным размеренным чередом и не предвещало ничего дурного.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
