Потрогав языком зубы и проверив, все ли на месте, я мрачно уставилась на него.
Как он все время такой жизнерадостный?
— Что это за темная аура окружает тебя? — Сер уставился на меня своим наивным взглядом.
А я думала, что наивнее меня вообще людей не существует.
— Нифиво, пфосто я уфтал. — Пережевывая кашку выдала я.
— Сегодня будет спарринг с лейтенантами. Разве это не здорово? — Энергия из Сера била ключом.
— Угу, если ты получаешь удовольствие от избиения тебя любимого, то это конечно же прекрасно.
Мда, странные все же у него предпочтения.
Сер облокотился на локоть, растянул губы в улыбке и радостно прищурил глаза.
Помнится, так бабуля на меня смотрела, когда я пирожки уплетала за обе щеки.
— Чего уставился? — Грубо поинтересовалась я.
— А ты красивый, для пацана. Волосы отрастут, будешь на девочку похож.
Я поперхнулась кашкой.
Этого мне еще не хватало. Может схватить сегодня пару ударов по лицу? Хотя… это первый раз, когда мне говорят, что я красивая, пусть даже и для пацана, все равно приятно.
На всякий случай я предупреждающе посмотрела на Сера.
— Не-не! — Он тут же замахал руками. — Я это к тому, что горжусь таким братишкой.
— Берский волк тебе братишка. — Пробурчала я.
Тем временем, завтрак подошел к концу. Все стали выстраиваться в шеренгу.
За эти три месяца наши ряды заметно поредели — нас осталось всего пятнадцать человек, куда делись остальные, я как-то пропустила.
Киш сидел у меня на плече и безразлично смотрел по сторонам.
С Кишем вообще произошла странная история. После моего первого избиения, он не оставлял меня ни на секунду, даже по ночам сопровождал меня на поляну, где лазил по деревьям или носился по роще в поисках пропитания.
Что еще более удивительно, его присутствие не возбранялось на тренировках. В принципе, его присутствие не вызвало ни у кого интереса.
Как потом я прочитала в воинском уставе, воин может иметь Боевого Зверя — волка, коня, сокола, лира. Что является стратегическим преимуществом перед врагом. Так как боевого зверя можно использовать при нападении и защите. Ну, боевой волк — понятно, боевой сокол — тоже, кто такие лиры, я не знаю, но по всей видимости грозные звери, раз уж попали в список боевых. Но…боевой котенок? Вы такое где-нибудь слышали? Хотя, если противник помрет от смеха при виде моего Грозного Боевого Зверя, это будет несомненным преимуществом. Еще можно рассчитывать на то, что у врага окажется аллергия на кошачью шерсть, ну или если уж будет совсем плохо, можно будет раскрутить Киша за хвост (если он у него вырастет) и бросить во вражину проклятую. Хотя что-то мне подсказывает, что Кишу это не понравится.
Тем временем тренировка уже началась.
А я даже и не заметила, как на автомате начала наворачивать круги по плацу.
Тренировка проходила в своем обычном режиме. Бег, растяжка, силовые упражнения, хождение по бревну (тому самому, с которого я упала в первый день. С тех пор мы не испытываем друг к другу особой симпатии).
— Перерыв! — Приказ вывел меня из режима «автопилот».
Помнится, первый месяц нам не давали никаких перерывов, мы наворачивали круги отжимались, дрались, опять наворачивали круги, и так до обеда. После обеда начинались парные тренировки, на которых я так и не смогла показать себя в мало-мальски приличном свете.
Ну, теперь хотя бы не рассматриваю свой завтрак после первого же тычка.
Вообще я, по-моему, заметно окрепла за эти три месяца. Спасательный круг исчез (эх, прощай мечта о флоте!), мышцы стали значительно крепче. Теперь я падаю с бревна примерно пять раз из десяти. А это, смею заметить, достижение, потому как при прохождении бревна тебе всячески мешают, толкают в спину, упавшие хватают за ноги пытаясь утянуть вниз. К тому же, смотреть под ноги и по сторонам запрещено, ибо «тело воина думает быстрее, чем его голова».
Даже странно, что я себе еще ничего не сломала и не убилась, хотя пару раз (ну хорошо, не пару раз, а значительно больше) основательно приложилась головой и не только.
Во время перерыва нам разрешалось вернуться в казармы, но сегодня я решила туда не идти. Вместо этого я села прямо там где стояла, облокотилась на локти и стала таращиться на проплывающие в вышине облака.
Волосы лезли на глаза и я чуть склонила голову набок.
Интересно, быстро же у меня волосы выросли, уже и в глаза лезут. Жаль, выцветут.
Вообще они у меня темные, черные, можно сказать, но на солнце выцветают и становятся красноватыми.
Киш тихо сопел на плече.
Он тоже подрос за это время, уже еле помещается, тяжелый к тому же.
Я посмотрела на мирно дремлющего котенка.
Смешной он. Шерстка белая, гладкая. Мордашка умильная, смотришь на нее — так и хочется затискать.
Угу, затискаешь его, как же.
Котенок тем временем потянулся, чуть не потерял равновесие, расправил крылья и закрыл ими свою мордашку. Наверное, чтобы я его своим взглядом не смущала.
Я посмотрела на крылышки.
Кожистые, белые, с нежно-голубыми прожилками вен.
Вообще, такие крылышки больше подходят нетопырю, чем котенку (как быстро я однако смирилась с крыльями у кошки. Уже рассуждаю, какие ему больше подойдут).
Я вздохнула.
Надо бы водички попить, а то скоро перерыв закончится и начнутся парные бои. Ах, ты черт! Совсем забыла, сегодня же бои с лейтенантами! Кстати о лейтенантах.
В начале набора нас было сто человек, каждый лейтенант взял себе группу из двадцати человек, над которыми оттачивал свои садистские методы тренировок (а то, что все они садистские, сомнений у меня не вызывало. Будь это иначе, нас было бы значительно больше, чем сейчас).
Слаженными стараниями лейтенантов нас осталось пятнадцать человек. Та-а-а-ак… что там получается? Лейтенантов пять, нас — пятнадцать, каждому лейтенанту по три груши для битья…
О, надеюсь я не буду грушей лейтенанта Делла, который судя по всему избрал меня исключительно в качестве личного тренажера для оттачивания пинков и ударов.
Мда… по-моему, мне достается от него чаще всех… Помнится, когда я в очередной раз шлепнулась с бревна, он был так добр, что помог мне подняться… пинком под ребра. Дааааааааааа… тогда я познала радость полета. Ладно.
Я взъерошила волосы.
Что там я собиралась делать? А, водички попить… пожалуй, не стоит, а то мало ли что.
Я посмотрела на ребят, которые начали стягиваться к плацу. В центре уже стояли лейтенанты. Все высокие, как на побор, поджарые, ни грамма лишней плоти.
Первым, на кого я обратила внимание, был лейтенант Делл. Не знай я, что это на самом деле не человек, а демон во плоти, есть вероятность того, что взгляд на него заставил бы мое сердце биться чаще (хотя оно и сейчас при виде него бьется чаще, правда исключительно из страха, что он меня заметит).
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
