Генри не стал удерживать ее, надеясь, что она права.
— Я объясню вам, почему это было необходимо. Я не хотел компрометировать вас, но…
— Компрометировать, Ричард?
Он проверил, нет ли в номере подслушивающих устройств.
— Обычно мужчина и женщина не живут в одной комнате, если они не женаты.
— Но вы уже объяснили мне это, Ричард.
— Конечно, мы принадлежим к совершенно разным видам, но…
— Неважно, — сказала она. — А знаете, Ричард, этот напиток совсем не плох. Вы уверены, что не хотите его? Иначе я выпью все.
— Выпьете все?
— Ричард, наши мет… мета…, в общем, все наши химические процессы протекают по-разному, только разумы схожи. Мы можем есть одну и ту же пищу, но когда она поступает в систему… Например, клерк ошибался, говоря, что я мерзну. Эта температура вполне удовлетворительна… даже хороша для меня, — она рухнула в кресло так, что парик слетел с головы.
Генри вспомнил о губной помаде и принялся разыскивать ее по всей комнате. Может быть, ему повезет…
— Вы не млекопитающий вид, — раздраженно сказал он. — Как же вы можете поддерживать температуру тела?
Из стоявшей рядом корзины для мусора Сирена выудила журнал. Здесь убирали, несмотря на цены, не очень-то часто. Сирена принялась перелистывать страницы, продолжая рассказывать:
— В нашем теле есть определенное количество тепловосстанавливающей жидкости, действующей в качестве… Как бы вам это объяснить… Не крови, нет, возможно, более похожее на вашу лимфатическую систему — нет, и это не то… В общем, избыточные калории накапливаются там за день и расходуются потом постепенно… Есть еще такие зоны выпуклости на теле, которые могут изменяться для защиты от… кого-либо.
— И даже для того, чтобы контролировать контуры тела других существ, — пробормотал Генри.
Ходили слухи, что кэзо, если захотят, могут сделаться похожими на человека. Но он считал это явным преувеличением. Иначе ему не пришлось бы с такими трудностями уводить Сирену от повстанцев.
В поисках губной помады он направился в ванную. Здесь ему наконец повезло: нашелся использованный тюбик губной помады. Он начал счищать ногтем ее остатки.
— У вас, вероятно, бывают перегрузки?
— Тепловые перегрузки? Нет.
Ему показалось, что голос ее зазвучал как-то отвлеченно. Вероятно, это было следствием того, что она читала журнал и одновременно разговаривала. Однако эти иллюзии быстро выветрились, когда он увидел пустую бутылку из-под виски. Такая доза могла быть фатальной для человека, или в лучшем случае привести его в беспамятство.
А она продолжала как ни в чем не бывало:
— На кожном покрове наших тел есть специальные волокна, которые в случае необходимости излучают лишнюю тепловую энергию. Аналогичный принцип вы используете в радиаторах охлаждения.
Занятый губной помадой, Генри мельком взглянул на журнал, который она читала. Он был порнографическим. Дай Бог, чтобы она ничего там не поняла…
— Разотрите это на губах, — он протянул ей помаду. — Они не должны оставаться голубыми.
— Хорошо, Ричард, — согласилась она. — Но будет лучше, если это сделаете вы. Вам лучше знать, чего вы хотите.
Он подошел к ней и, наклонившись, стал, накладывать помаду.
— Какой интересный журнал! — сказала она, когда он кончил работу. — Но я не все понимаю. Почему, например…
— Это одна из достопримечательностей отеля, — объяснил он. — Все оставлено, как было. Даже непристойные журналы. Для достоверности.
— Понимаю.
— Забудьте об этом.
— А пропорции этих женщин действительно правильны? На улице я видела много женщин, но мало молодых, и они не были такими, как в журнале.
— Эти женщины в журнале, — сказал Генри без всякого выражения, — нетипичны. Они представляют собой, если верить критериям редактора, идеал. Но теперь это уже неважно. Вследствие реформ, проведенных Властителями, подобные журналы стали не нужны.
— Здесь все сосредоточено на физиологии…
— Люди уделяют много внимания своему внешнему виду, особенно лицу и фигуре. Поэтому я и надел на вас парик и прочие вещи.
— Но почему все это имеет такое значение, Ричард? Я понимаю, что меня необходимо было замаскировать. Но для чего это делают земные женщины?
Неужели у них на Кэзо нет понятия сексуальной привлекательности?
— Дело в том, что эти видимые характеристики призваны привлекать к данным образцам мужское внимание. Если женщина выглядит так, как здесь воспроизведено, то считается, что она нравится мужчинам.
— Как это удобно! Это кажется намного проще нашей системы. Формы, а не характер! Посмотрим, получится ли у меня…
Пошатываясь, она встала и начала стягивать с себя платье.
— Что вы собираетесь делать? — с тревогой, спросил Генри.
— Я снимаю одежду, Ричард. Так написано в журнале, — хоть и с трудом, ей удалось стянуть платье.
Генри отвернулся.
— О, идите хотя бы к зеркалу. Оно в ванной.
— Вода? — не поняла она. Вода мне не нужна. Спасибо, Ричард.
— Почему же нет? Хороший холодный душ не помешал бы вам сейчас.
Но она явно не понимала его. Он стоял к ней спиной, не зная, что она делает. Ясно было одно: он напоил женщину-кэзо и совершенно не представлял, что за этим последует. Хорошего ждать Не приходилось.
Она замолчала, чем-то усиленно поглощенная. Несколько раз прошелестел журнал, потом послышался металлический звук, словно где-то сверлили детали…
— Пожалуйста, скажите мне свое мнение, Ричард, — наконец заговорила она.
Он повернулся, надеясь, что она просто переодела платье поудобнее — и ошибся.
На ней не было ничего, кроме парика, но теперь ее тело обрело человеческие очертания: огромная грудь, широкие бедра, и устрашающе тонкая талия.
Генри остолбенел.
— Все в порядке, Ричард? Я только скопировала одну из иллюстраций.
Она и в самом деле ничем не отличалась от иллюстрации, только была голубой. Как же ей это удалось?
Потом ему на ум пришло ее объяснение об устройстве тела кэзо и рассказ об их мимикрии. Она говорила что-то о перераспределении жировой ткани.
Ну что ж, он сам приказал ей вести себя так, словно она земная женщина, совершенно не думая, как далеко это может зайти.
— Внешне все в порядке, — говорила тем временем Сирена, положив руки на бедра. — Теперь я готова выполнять все остальные ваши приказы, Ричард.
Он смотрел на неё, как на статую. Потом, покраснев, отвернулся.
— Мои приказы?
— Быть вашей, вашим спутником, вашей женщиной — как вы говорили. И тогда никто не заподозрит во мне кэзо. Я не совсем это хорошо понимала, но тут, в журнале, кое-что написано.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
