– Даже если я планирую уйти, что тебе до этого? – спросила она.
Та самая улыбочка вновь появилась на его губах.
– Да ничего, просто хотел узнать, с кем ты идешь, – неторопливо произнес он, уверенно продолжая свою игру.
– Чтобы решить, является ли он или она подходящей компанией для твоей жены?
– Он? – Дэйв встрепенулся, достаточно резко я того, чтобы Алекс с удовлетворением почувствовала, что стрела достигла цели. – А кто это – он? – вкрадчиво спросил Дэйв.
– Что-то не припомню, чтобы ты информировал меня о каждой персоне, с которой ты куда-нибудь ходил, – холодно парировала она.
Его лицо напряглось. Он метнул на нее предостерегающий взгляд и затем вновь отвел глаза.
– Окажи любезность, – сказал он, – назови мне имя, больше ничего.
Алекс внезапно поняла полную бессмысленность этого разговора – ведь она абсолютно никуда не собиралась идти! Ее плечи поникли, она расстегнула верхнюю пуговицу своего нового пальто и со вздохом сказала:
– Нет никакого имени. Я не ухожу, а только что пришла.
Ее злило, что Дэйву с такой легкостью удалось лишить ее триумфа. Она скользнула взглядом по разбросанным на полу покупкам, которые теперь потеряли для нее всю свою прелесть. Одного взгляда на комнату было достаточно, чтобы понять, что она провела целый день в магазинах и только что вернулась. Это было ясно, как то, что ночь всегда сменяется днем. Кому он пытался заморочить голову, делая вид, что только сейчас заметил всю эту гору коробок, пакетов и оберточной бумаги?
Дэйв подошел к длинной, плоской коробке, до которой не успели добраться любопытные детские пальчики. Алекс решила, воспользоваться тем, что он больше не загораживал ей путь к выходу, взяла новую замшевую сумочку и, разочарованно поджав губы, направилась к двери.
– Что здесь? – остановил ее вопрос Дэйва.
Алекс раздраженно пожала плечами, безотчетно подмечая в своем поведении сходство с поведением дочери: Кейт ужасно не любила, когда реакция окружающих не соответствовала ее ожиданиям.
– Костюм, – неохотно откликнулась она.
– А здесь? – Он поддел носком тщательно вычищенного ботинка другую коробку.
– Белье.
Алекс смущенно вспыхнула – коробка была доверху наполнена дорогим шелковым бельем.
– А в этой коробке?
– Пара новых платьев! – ответила она, возмущенно глядя на него. – Надеюсь, ты не собираешься прочесть мне лекцию о расточительности? Ты сам дал мне кучу кредитных карточек – по одной для каждого крупного магазина в Лондоне!
Бумажник Алекс был забит кредитными карточками. Но они просто занимали место в ее сумочке до сегодняшнего дня, пока она не познакомилась со всеми прелестями обладания ими.
Дэйв не обратил никакого внимания на ее слова и, сохраняя сдержанный вид, довольно небрежно спросил:
– Платье стоит того, чтобы поужинать в хорошем ресторане и, может быть, немного потанцевать потом?
К этому моменту Алекс уже вновь направилась к двери, но, услышав его предложение, обернулась и в полном недоумении уставилась на мужа.
– Ты приглашаешь меня пойти куда-нибудь? – простодушно переспросила она.
Дэйв снисходительно усмехнулся.
– Да, – кивнул он со сдержанной иронией.
Алекс поняла, что ее бесхитростность забавляет его, и залилась краской. Она предпочла бы провалиться сквозь землю, чем продолжать эту пытку. Что бы она ни делала, она все равно чувствовала себя неотесанной дурочкой!
– Да, Алекс, – повторил он более мягко, видимо, уловив ее замешательство и как бы желая извиниться. – Я приглашаю тебя поужинать со мной сегодня.
– А-а.
Совершенно смутившись и не зная, что ответить, Алекс испытала огромное облегчение, когда как раз в этот момент в комнату вихрем ворвался Сэм, промчался мимо нее и, подпрыгнув, повис у отца на шее.
– Привет! – воскликнул он, с радостной улыбкой глядя в лицо отца, так похожее на его собственное. – Мама купила мне отличную новую книжку, – возбужденно продолжал он. – Можно, я принесу ее сюда, и мы вместе посмотрим? Это про полет на реактивном «Торнадо»!
– Почему бы нет? – согласился Дэйв, улыбаясь сыну, но при этом не отрывая глаз от Алекс. – Если твоя бабушка не будет возражать, то есть, если она останется здесь с вами, мы с мамой поедем поужинать.
– Ты повезешь маму ужинать?
В голосе ребенка прозвучало такое же удивление, как до этого в голосе Алекс, и Дэйв поморщился. Но Сэм уже радостно повернулся к матери.
– Отлично! – объявил он. – Папа возьмет тебя с собой, и ты не будешь одна, как в тот раз, когда…
– Сэм.
Спокойное предупреждение отца заставило ребенка замолчать, но Алекс опять почувствовала неловкость.
– Может быть, твоя мать не захочет сидеть с детьми, – сказала она. Конечно, он пригласил ее только потому, что почувствовал себя обязанным как-то отметить ее сегодняшние усилия. – Она целый день была здесь. Это не совсем честно…
– Я не возражаю, – раздался голос Дженни из холла.
Алекс обернулась и увидела стоящих в дверях свекровь и Кейт. Похоже, в этом доме нет никаких секретов!
– Дело не в этом! – возразила она. – Вам и так сегодня досталось. Я…
– Отвези ее в какое-нибудь хорошее место, – сказала Дженни сыну, не обращая внимания на протесты невестки.
Алекс нетерпеливо вздохнула. Она поняла, что здесь ей не выиграть.
– Насколько я помню, я вообще не говорила, что хочу пойти! – сердито вставила она.
– Разумеется, ты хочешь пойти! – отвергла возражение Дженни. – Так что иди одеваться и захвати наверх все эти коробки! – распорядилась она. – Кейт, Сэмми, помогите маме отнести все это.
Алекс, не чувствуя себя готовой объяснить им всем, почему она не хочет никуда идти с Дэйвом, поняла, что у нее нет выбора, и вздохнула, признавая себя побежденной.
Тем временем дети резво принялись исполнять распоряжение бабушки и, собрав часть пакетов и свертков, направились наверх, оставив Алекс нести все остальное. Нагруженная покупками, она успела подняться на несколько ступенек, когда услышала голос Дженни:
– Я считаю, Дэйв, что необходимость таких выездов вдвоем давно назрела! И было бы неплохо, если бы ты начал вовлекать ее в свой круг общения!
Алекс помедлила на ступеньках, с любопытством ожидая ответа Дэйва на эту суровую проповедь, но его голос прозвучал приглушенно, так что трудно было разобрать слова.
Зато голос Дженни слышался совершенно отчетливо.
– Чушь! – резко возразила она. – Откуда ты можешь знать, нравится ей это или нет, если ты никогда не давал ей возможность разобраться в этом самой? Проблема в тебе, Дэйв, ты держишь ее под колпаком и не позволяешь ей разобраться, чего же она хочет в этой жизни!
Неужели Дженни действительно так считает? Алекс задумалась. Ей всегда казалось, что она совершенно точно знала, чего хочет в жизни, – быть женой и матерью, без каких-либо фантазий. У нее не было никаких честолюбивых мечтаний. Просто быть женой человека, которого она любит, и матерью детей, которых она обожает, – что в этом плохого?
– И я хочу сказать еще кое о чем, – резко продолжила Дженни. – Не знаю, что здесь такое произошло, из-за чего сердце этой бедной девочки готово разорваться на части, но чувствую, что ей открылось нечто страшное, и я догадываюсь, в чем здесь дело!
Сердце Алекс оборвалось, ужасное чувство опустошения нахлынуло на нее, как бывало всякий раз, когда она вспоминала о звонке Мэнди.
Огни действительно гаснут, когда твой мир рушится, с грустью подумала она.
– Послушай мой совет, сын, – сказала Дженни, – будь осторожен впредь. Потому что, если Алекс когда-нибудь…
Алекс побежала наверх, не желая знать, что случится, если она когда-нибудь!.. То, что произошло, и так более чем достаточно для нее без того, чтобы еще беспокоиться о том, что будет, «если Алекс когда-нибудь»…
