Читаем без скачивания Казуаль - Тихон Непомнящий

Археологи ничего нового не придумали, используя биоэнергетический эффект, - еще в глубокой древности рудознатцы, рудоискатели с помощью прутика искали и залежи руд, и место для колодца. "И сколько было насмешек, сколько скептических замечаний, пока археологи убедились, что и волшебный метод поиска помогает делу", - говорила профессор Митина.

Авилов слушал как завороженный. Теперь, после того, что он услышал, ему захотелось немедленно открыть свой секрет. Вадим Сергеевич достал из стола казуаль.

- Вот ваша старая знакомая. - И предложил Митиной через линзы взглянуть на листы своих работ.

- Зачем? - удивилась Элеонора Александровна.

- Посмотрите, посмотрите... и, наверное, поймете, - загадочно улыбнулся Авилов. Митина была человеком восторженным, резким в переходах из одного настроения в другое, взглянув на первый же лист, она ойкнула и быстро просматривала все новые и новые листы, комментируя с детской непосредственностью чудодейственные свойства линз:

- Удивительно!.. Не может быть!.. Просто не может быть!..

Элеонора Александровна разволновалась, говорила, что она "балда", как это до сих пор не поинтересовалась такой замечательной вещью; просто валялась "какая-то штукенция" на полках хранилища. Митина и Авилов условились, что пока они ничего никому не будут говорить о казуали.

Потом Авилов угощал Элеонору Александровну чаем, но она никак не могла оторваться от старинных гравюр и рисунков, собранных Авиловым, продолжая их рассматривать через казуаль.

Восторгам не было конца. Когда же Авилов заговорил о чудесах - о казуали и о биоэнергетическом эффекте, которым воспользовались археологи, Элеонора Александровна совсем обыденно сказала, что и в том и в другом случае нет никаких чудес. Просто казуаль - это совершенство оптики, метод, которым воспользовались археологи при новгородских раскопках, известен всем саперам, но археологи не додумались его применить в своей необычной области "видения под землей". Она вспомнила, что несколько лет назад вместе со своим сотрудником Николаем Гориным пользовалась самолетом для аэрофотосъемок. Это помогло увидеть среди однообразных равнин пустыни и солончаков остатки древних поселений и оросительные каналы средневековья, проложенные в Приаралье: "С земли это не так заметно, просто складки местности, а с воздуха - следы времени как на ладони..."

Авилов был благодарен Элеоноре Александровне и за казуаль, и за то, что она разделяет его ощущения необычности поисков. Жаль, что прежде он не знал о биоэнергетическом методе поисков, - это могло бы стать важным аргументом в спорах с Мавродиным и Беневой: "если можно видеть сквозь землю", то почему нельзя увидеть необычные ракурсы, изнанку изображения через линзы? Почему они не могут открыть, то что художник наблюдал, но не сумел изобразить и подсознательно как бы закодировал в своем рисунке?.. И казуаль помогает это закодированное изображение считывать, раскрывать...

8

Изучая истину, можно иметь троякую цель: открыть

истину, когда ищем ее; доказать ее, когда нашли; наконец,

отличить от лжи, когда ее рассматриваешь.

Б.Паскаль

Большинство голосов не есть неопровержимое

доказательство в пользу истин, нелегко поддающихся

открытию, по той причине, что на такие истины натолкнется

скорее отдельный человек, чем целый народ.

Р.Декарт

Светоч истины часто обжигает руку того, кто его несет.

П.Буаст

Месяц судорожно напряженной работы Авилова был успешным. Он сумел сделать эскизы двадцати одного из двадцати семи помещений Радужного дворца и даже рабочий проект главного фасада. Эскизы были выполнены в мягких тонах, отдельные детали проработаны четко, правда, только на шести эскизах, три эскиза он отработал до состояния законченных проектов.

Посоветовавшись с Беневой и Мавродиным, Вадим Сергеевич решил вынести на суд научного совета по реставрации все, что удалось сделать для возрождения Радужного дворца. Авилов хотел предварительно оговорить с коллегами возможные пути разработок. Если его предложения не примут, он откажется от дальнейшей работы, и пусть будут потеряны многие месяцы, да и годы, но должен наконец знать - одобряется его путь поисков или нет!

Леонид Христофорович подготовил предварительные, ориентировочные расчеты, но не для того, чтобы их представить на официальное рассмотрение, - только для своего выступления на научном совете, надеясь тем самым поддержать работу Авилова.

В день заседания научного совета Мавродин зашел к Авилову, чтобы помочь ему упаковать листы и "собраться с духом". Авилов готовился не на парад, не на экзамен, скорей на судилище; он понимал, что иного выхода не было, рано или поздно ему предстоит эта встреча, и пусть она состоится уж побыстрее, пусть что-то решится, и он тогда, быть может, освободится от щемящего душу ожидания, тревоги, смятения.

С двумя огромными планшетами, где были уложены листы эскизов, с чемоданчиком, где находились архивные документы, относящиеся к творчеству Петра Ивановского, и другие документы, с коробкой из-под обуви, куда Авилов уложил казуаль, они вышли на улицу и стали ловить такси. Не везло, мимо проносились автомобили с зелеными огоньками. Мавродин успокаивал Авилова, который стремился приехать загодя, чтобы успеть наилучшим образом развесить листы эскизов, чтобы их могли спокойно разглядеть все, кто придет на совет.

Возле Авилова и Мавродина остановился "Жигуленок", из машины выглянул мужчина непонятного возраста и спросил: "Вам куда?" И вскоре "Жигуленок", юрко виляя между собратьями, несся по улице.

Леонид Христофорович еще развешивал листы, Вадим Сергеевич подошел к столу, чтобы в нужном порядке разложить архивные документы (если понадобится давать справки), полистать еще раз текст своего вступительного слова. Авилов осмотрел стол - папка и чемоданчик с документами лежали на столе, а картонки с казуалью он не видел. Ужас охватил Авилова. На "ватных ногах" он шагнул к Мавродину и осипшим голосом спросил:

- Где же картонная коробка?!

Вид у Вадима Сергеевича был такой, что Мавродин понял - стряслось что-то ужасное. Вадим Сергеевич потирал лоб, разводил руками, не в силах произнести ни слова.

- Что случилось, Вадим? - спросил Леонид Христофорович.

Авилов с трудом выдавил из себя:

- Леонид! Вы не видели такой коробки... из-под обуви?

- Нет, а что там?

- Казуаль... - упавшим голосом произнес Авилов.

- Нет, я ее не видел. Вы в машине держали коробку на коленях. Я еще хотел спросить, что в ней...

Авилов, не дослушав Мавродина, опрометью выскочил из Овального зала, сбежал по лестнице в коридор, ринулся на улицу. Надежда, что машина еще не уехала, была тщетной.