Я тряхнула головой и плюхнулась на кровать, поближе к столику. Надо выпить травяного чая. Хотя сейчас я не отказалась бы и от чего-нибудь покрепче. Когда я последний раз пила вино? Год назад? Два? Кажется, два. Сейчас я бы выпила.
В дверь постучали. Я вся напряглась, в ужасе представляя, что это мерзавец Саркатта приперся ко мне, чтобы сказать, что передумал на счет Мелинды. И что придется умолять его, упрашивать… Меня едва не вывернуло наизнанку. Спас только монотонный голос биобота:
— Простите?
Вот странные создания! Несколько минут назад его коллега вошел, не предупреждая, не интересуясь — одета ли я, готова ли к гостям. А теперь такие цацканья.
— Да, — предложила я незваному гостю высказаться.
Вошел белокурый и зеленоглазый биобот в голубой джинсовой двойке и безразлично произнес:
— Рейгард Саркатта просил передать, что Мелинду определят в лучшую клинику. Но вы обязаны выполнить договор хотя бы в части присутствия в его замке и сопровождения на приемы. Больше он ничего не просит.
И прежде чем я успела высказать все, что думаю о Рейгарде Саркатта, обо всех его просьбах разом, и каждой по-отдельности, биобот кивнул и вышел вон.
Глава 6
Остаток дня я провела в своей каюте. Каждый час заходил все тот же белокурый биобот и монотонно сообщал, что состояние Мелинды стабильно-тяжелое, но не критическое.
Около десяти вечера он заглянул снова, извинился и доложил, что высадка на Мельрану состоится завтра, в двенадцать дня.
Попросил не беспокоиться о багаже и вещах, и больше не возвращался.
Часа два я ворочалась в просторной постели, не в силах уснуть. В голове снова и снова прокручивался наш проклятый разговор с Рейгардом — тот самый, в котором он назвал землянок мартышками. И мне ужасно хотелось врезать мельранцу. Ворваться в каюту к высокомерному аристократишке, расписаться кулаком на его лице и еще раз и еще. Снова шарахнуть его током. Но одновременно в душе разливалось странное тепло и благодарность. Ведь позаботился. Понял, что я не в силах идти к Мелинде, прислал биобота, напомнил о времени высадки.
Кто ты, Рейгард Саркатта? Мужчина, на которого можно положиться или избалованный мальчишка, который привык получать все, что захочет?
Как тебя понимать? Как воспринимать твои слова: «Я не хотел, чтобы ты принадлежала другому»? Я для тебя игрушка, вещь? Домашний питомец?
От стука в дверь я вздрогнула. Думала, зайдет биобот, но в комнату просочилось трехмерное изображение. Скорее всего, его спроецировали из-под двери, каким-нибудь очередным суперновым мельранским устройством.
Я увидела Рейгарда — хмурого, серьезного и… взбешенного Галлиаса. Из его льдистых голубых глаз просто искры летели. Разговаривали братья в кабинете директора, в «Анубисе».
Вначале звука не было, но затем он резко включился.
— Ты не хочешь попытаться спасти ее? И своего ребенка? — в голосе Рейгарда удивление смешалось с осуждением. Галлиас поморщил красивый нос, отвел взгляд.
— Я… не могу… Я любил ее, понимаешь? — спросил с какой-то странной, незнакомой мне интонацией. — Она была моей женщиной. Но… я не могу. Семья не примет моего ребенка от землянки. Вчера я получил послание от отца. Он обещал отречься от меня, забрать все титулы… Я не могу…
— Ты любил ее? — в голосе Рейгарда зазвенел металл. — Да ты лишь пользовался ей! Как игрушкой! Ты вообще не знаешь, что такое любовь… — голос его сорвался, осип. Рейгард резко отвернулся, глядя в черноту неба за окном. Она вспыхивала звездами и витринами, словно естественные и искусственные огни пытались переспорить друг друга, пересветить.
Галлиас сжал кулаки и прыснул в спину брата:
— Я не знаю? А ты? Ты знаешь? Ты следишь за ней! Как она ходит за покупками, встречается с подругами. Как гуляет. Но даже не подойдешь… потому, что она тебе не ровня… Не тебе меня судить! Я хотя бы попытался! Отец не может лишить тебя ни наследства, ни титула. Ты глава клана, старший сын, носитель родового титула. Но ты все равно не можешь себя пересилить…
Рейгард вздрогнул, поникли плечи.
— Не могу, — прошептал едва слышно. — Не хочу обрекать ее на роль изгоя, на роль клоуна в нашем обществе. Не хочу, чтобы кто-то смел смотреть на нее свысока!
— Кто-то? — злобно оскалился Галлиас. — Да ты сам смотришь на нее свысока. Или нет?
— Или нет, — шелестом долетело из-за спины Рейгарда. — Она ничем не хуже любой мельранской дворянки. Может даже и принцессы не хуже…
Галлиас запрокинул голову и резко расхохотался — издевательски, грубо.
— Да ты сам не веришь своим словам, — бросил почти зло и выскочил из кабинета.
Запись оборвалась, мигнула голубым и пропала.
Зачем он мне все это показал? Что хотел сказать?
Я снова погрязла в сомнениях, в недоумении. Но внезапно вдруг стало намного спокойней. Оскорбительное сравнение Рейгарда перестало болью отзываться в груди, пульсировать в висках бешенством.
Я выдохнула и уснула.
Проснулась я около девяти утра.
Торопливо привела себя в порядок — зубная щетка, мочалка, мыло и даже крема обнаружились в шкафчике, в ванной.
Накинула темно-синие льняные брюки, свободную голубую тунику и убрала волосы в косу.
Стоило закончить с моционом, на пороге появился темноволосый биобот — словно наблюдал или ждал, когда в каюте все затихнет.
Привычно быстро, ловко и почти не напрягаясь, сервировал столик для завтрака. Горячие бутерброды с рыбой и курицей, сырники и омлет источали чудесный аромат. К нему примешивался дивный запах черного чая с мелиссой и шиповником. Все как я люблю!
Похоже, Рейгард и впрямь за мной следил! Даже привычки изучить удосужился! Галлиас вон никак не мог запомнить, что у Мелиссы аллергия на чернику. Все отмахивался — мол, больно редкое заболевание, мельранцы такой «пакостью» не страдают. Подруга то и дело покрывалась сыпью от торта с ягодной начинкой или кекса. Неделями чесалась, мучилась, а ему хоть бы хны. Только плечами пожимал да руками разводил.
А Рейгард даже мои «чайные пристрастия» выяснил… Неожиданно…
Внутри странно потеплело, сердце пропустило удар.
Биобот не уходил, замер как солдат — руки по швам, ноги на ширине плеч — словно ждал чего-то.
Стоило поднять глаза, он почти поклонился и напомнил:
— Высадка через два часа. Больную перевезут сразу в больницу. Вас доставят в особняк Саркатта. Оттуда, если пожелаете, сможете навещать подругу в любое время дня и ночи. Приятного аппетита.
И прежде чем я собралась для вопроса — как навещать, на чем добираться, поедет ли со мной Рейгард, биобот еще раз поклонился и выскочил вон.
