Федорович с почестями встретил родителя, а вскоре его выбрали в патриархи. Возвращение Филарета отодвинуло на второй план инокиню Марфу: царица перестала играть столь заметную роль при дворе.
Узнав о ссылке в Тобольск несостоявшейся невесты царя, Филарет пожурил сына за малодушие. В результате Марии и ее родственникам было позволено поселиться сначала в Верхотурье, а затем, в 1621 году, в Нижнем Новгороде.
Впрочем, Филарет не призывал сына заключить брак с Хлоповой. Положение первого царя Романова было настолько шатким, что патриарх советовал сыну взять в жены иностранную невесту и тем самым укрепить позиции государства. По совету отца Михаил Федорович посватался к Доротее-Августе, племяннице датского короля Христиана. Однако Христиан отказал русскому царю, сославшись на то, что его брата Иоанна, приехавшего в Московию для женитьбы на дочери царя Бориса Годунова царевне Ксении, «уморили отравою».
Михаил Федорович в 1623 году отправил сватов в Швецию. Целью посольства была местная княжна Екатерина, близкая родственница шведского короля. Однако она ни в какую не хотела перейти в православную веру, и послы воротились ни с чем.
Михаил Федорович, отчаявшись найти суженую за границей, снова заговорил о Марии Хлоповой: «Сочетался я по закону Божию, обручена мне царица, кроме нея, не хочу взять иную». Эти слова вызвали раздражение у инокини Марфы, которая снова обвинила Марию в бесплодии. Патриарх Филарет усомнился в том, что девушка «неплодна», и приказал провести новое дознание.
Создали комиссию во главе с боярином Федором Ивановичем Шереметевым. Он первым делом допросил родителей несостоявшейся невесты, а также врачей Бильса и Балсыря. Все сходились во мнении, что Мария – совершенно здоровая барышня.
Летом 1623 года комиссия выехала в Нижний Новгород, чтобы провести повторный осмотр Марии. Вместе с дознавателями отправились врачи Бильс и Балсырь. Используя все доступные достижения медицины того времени, эскулапы освидетельствовали девицу и пришли к выводу: «Марья Хлопова во всем здорова».
В записях боярина Шереметева сохранился и протокол допроса невесты. Мария относительно своей внезапной хвори сказала следующее:
«Как была я у отца и у матери, и у бабки, так болезни никакие не бывали, да и на государеве дворе будучи, была здорова шесть недель, а после того появилась болезнь, рвало и ломало нутрь и опухоль была, а чаю, то учинилось от супостата, и была та болезнь дважды по две недели. Давали мне пить воду святую с мощей, и оттого исцелена, и полегчало вскоре, и ныне здорова».
Получив доклад врачей, следственная комиссия заявила государю о раскрытии заговора. Обвинили двух братьев Салтыковых – Михаила и Бориса. Главным виновником интриги против государевой невесты Шереметев назвал Михаила Салтыкова, а дядя отвергнутой красавицы, Гаврила Хлопов, заявил, что злодейство учинено Салтыковым из вражды лично к нему. От комиссии Шереметева не укрылась и неприглядная роль в этом деле царицы-инокини Марфы.
Ознакомившись с выводами следствия, Михаил Федорович крепко осерчал. Михаил и Борис Салтыковы были официально обвинены в том, что они: «Государской радости и женитьбе учинили помешку».
Царь Михаил отнял у братьев-злодеев все вотчины и поместья, лишил их придворных чинов и вместе с семьями сослал по самым отдаленным деревням. Мать Михаила и Бориса, боярыню Салтыкову, заключили в монастырь.
Свою родительницу Михаил Федорович не тронул, но отправил в Суздальский монастырь ее верную наперсницу, старицу Евникию.
Разобравшись с обидчиками своей невесты, государь вознамерился вернуть Марию Хлопову в Москву и немедленно на ней жениться. Однако снова на пути влюбленного встала его старуха-мать, заявившая: «Если Хлопова будет царицей, не останусь я в царстве твоем».
Для Михаила это была суровая угроза, и ровно через неделю после наказания Салтыковых он отправил Ивану Хлопову царскую грамоту, поставившую точку в любовной истории слабого ножками государя и «неплодной» невесты: «Мы дочь твою Марью взять за себя не изволим».
Инокиня Марфа победила.
В 1624 году Михаилу Федоровичу исполнилось 28 лет. С учетом мужской смертности XVII века возраст для холостяка достаточно зрелый. Марфа постоянно подсовывала сыну невест по своему усмотрению, но государь, все еще тосковавший по Марии, всякий раз отказывался.
Наконец, в сентябре 1624 года Марфа предложила Михаилу Федоровичу новую кандидатку в жены – княжну Марию Владимировну Долгорукову, представительницу одного из древнейших русских аристократических родов, отменную красавицу. И на этот раз Михаил Федорович не сильно упорствовал: «Аще и не хотя, но матере не преслушав, поять вторую царицу Марью».
Пышная свадьба состоялась в 1624 году в Москве. Торжества продолжились и на следующий день, но юная царица в них уже не участвовала. Ей стало дурно еще во время пира, а затем ее состояние ухудшилось:
«Во второй же день царица Мария Владимировна обретеся испорчена. Грех ради наших от начала враг наш диавол, не хотя добра роду христианскому, научи враг человека своим дьявольским наущениям и ухищрениям, испортиша царицу Марью Владимировну, и бысть государыня больна, и бысть скорбь ея велия зело».
Какая именно хворь приключилась с Долгоруковой – непонятно, известно только то, что через несколько месяцев царица скончалась. В народе смерть царицы Марии Владимировны называли наказанием Романовым за то, что они так подло поступили с безвинной Хлоповой.
Отец «второй Марии», князь Владимир Тимофеевич Долгоруков, был так потрясен смертью дочери-царицы, что заперся в полном одиночестве в своем московском доме и вскоре совершенно сошел с ума.
Огромным ударом смерть жены стала и для Михаила Федоровича. Государь был уверен, что Господь не подарит ему «добрую невесту».
Но царь ошибался.
В 1626 году состоялись новые смотрины, участвовали в которых 60 красавиц из аристократических семей. Знатные барышни не приглянулись царю, но вот прислужница одной из них, дочь мещовского дворянина Евдокия Стрешнева, вызвала живейший отклик.
На этот раз царь не прислушался к увещеваниям матери-инокини и 5 февраля 1626 года сыграл с Евдокией свадьбу. Обвенчал молодых сам патриарх Филарет, полностью поддержавший выбор сына.
В этом браке Михаил Федорович Романов и нашел долгожданное семейное счастье. Супруга любила царя всем сердцем, не участвовала ни в каких придворных интригах и родила десятерых детей, в том числе наследника престола Алексея.
Но что же стало с Марией Хлоповой, с той, что тоже
