— Первый, кто попытается приблизиться к нам, умрёт! — я пригрозил противникам заряженным арбалетом.
— Мы не боимся смерти, — ответил ящер. — Мы все являемся детьми Мораны и давно готовы к встрече с нашей матерью. Убив одного из нас, ты не успеешь перезарядить оружие и погибнешь от рук остальных. Стреляй и ты умрёшь!
В разговор вступил обладатель двух кинжалов. Он усмехнулся и проговорил:
— И ещё, паренёк, у меня для тебя неприятный сюрприз. Все мы не только дети Мораны, но и слуги Моргрима. И все мы загадывали желания древнему богу. Лично я попросил бессмертие. Как тебе такое?
Он постоянно двигался, перетекая из одной стойки в другую. Это был опытный и крайне опасный противник. Наверное, самый опасный из всей четвёрки врагов. Секундная растерянность сменилась у меня внезапным приступом веселья. Я улыбнулся и спросил самоуверенного обладателя двух кинжалов:
— Ты так и попросил, мол «хочу бессмертие»?
— Да я загадал желание: «Хочу стать бессмертным». Моё желание исполнилось. Так что я совершенно не боюсь твоего арбалета.
Я рассмеялся, чем несколько смутил окружающих нас противников, после чего продолжил наставляющим тоном:
— Ты не первый такой. Есть поучительная легенда про древнего героя, который приглянулся богам. Он захотел стать бессмертным, и его желание тоже сбылось. Шли годы, а он всё не умирал. Но он совершил страшную ошибку. Впрочем, ты тоже её совершил — забыл в придачу к бессмертию попросить вечную молодость. Прошла сотня лет, и некогда молодой и красивый герой состарился. Он одряхлел, его тело скрючилось и усохло, волосы выпали, а разум впал в старческий маразм. В конце концов, герой одряхлел настолько, что не мог вставать с постели. Он лишь лежал, писался под себя и стонал от нестерпимых болей. Боги сжалились над ним и превратили в сверчка…
— Ну что ж, ты подсказал мне, чего стоит попросить у Моргрима в следующий раз, — рассмеялся противник. — А то я бы загадал мешок золота и повторил судьбу того неудачника. Теперь я буду вечно молодым!
— У меня для тебя есть ещё одна неприятная новость… — продолжил я.
Враг остановился, готовый внимательно выслушать важную информацию. Наконец-то он перестал перемещаться. Арбалет тренькнул, стрела вошла прямо в глаз ассасину. Кинжалы выпали из разжавшихся пальцев на землю, а спустя секунду и тело грузно рухнуло на пыльную дорогу. Остальные противники недоумённо уставились на безжизненный труп. В полной тишине я закончил свою мысль:
— Так вот, бессмертие и неуязвимость — это совершенно разные вещи! Каришка, сдерживай того, который с саблей. А я займусь ящерами!
Оцепенение противников быстро прошло, оба ящера длинными прыжками бросились на меня. Стремительность их передвижения стала для меня неприятным открытием, как и тот факт, что они оказались способными бегать по стенам. Я едва увернулся от одновременной атаки двух ящеров, однако врагам потребовалась всего секунда, чтобы развернуться и броситься на меня повторно.
Происходящее напоминало встречу с зомби возле алтаря Моргрима. Так же мир вокруг перестал существовать — реальность сузилась до крохотного пятачка земли и двух ящеров вокруг. Я уклонялся, подпрыгивал, приседал и даже иногда успевал огрызаться ударами заточенных клинков. Отпрыгнуть от размашистого удара когтистой лапы, рубануть вдогонку, подпрыгнуть от подсечки хвостом, опять когти, хвост, когти, когти, хвост, когти, когти, зубы…зубы! Про зубы я как не подумал — уклонился от страшных когтей, но прозевал укус. Кривые зубы впились в моё правое плечо, легко прорвав крепкую куртку.
Я сумел клинком левой руки с нескольких ударов отсечь голову вцепившейся мне в плечо твари, но свои челюсти ящер так и не разжал — зубастая тяжеленная морда осталась висеть у меня на плече. Вся правая рука была в крови и беспомощно висела вдоль тела, я быстро терял силы. Я неуклюже отразил атаку когтей второго ящера, но он подсёк меня хвостом. Я упал на землю и выронил меч из левой руки. Попытался встать, но не успел — длинные когти ящера разорвали куртку и глубоко вонзились мне в живот. Кажется, это был конец. Я ещё услышал истеричный крик Каришки: «Ещё враги прибыли!», но сделать уже ничего не мог. Я потерял сознание.
Последнее, что я запомнил — меня кто-то волочил по земле и кричал:
— Только не умирай, прошу!
Дорога к рыцарству
Вступление
«Из всех спутников Серого Ворона больше всего документальной информации в библиотеках людских городов и монастырей обнаружено про Петра Пузыря. Что в общем-то неудивительно, учитывая открытую публичную жизнь этого молодого человека, своими неординарными запоминающимися поступками неоднократно вызывавшего пересуды в высших кругах дворянства Зелёной Столицы и даже отмеченного в летописях многих наших первородных кланов.
Вне всякого сомнения, личность Петра Пузыря является экстраординарной, поскольку в тысячелетней истории человеческой расы по пальцам одной руки можно пересчитать примеры столь стремительного взлёта от селянской сохи (или в случае нашего героя от мельничного жернова) до одного из самых влиятельных лиц в дворянской иерархии Эрафии. При этом наиболее почитаем образ Петра Пузыря в среде рыцарства, поскольку за всю свою жизнь Пётр не дал ни единого повода усомниться в чистоте своих стремлений и благородстве поступков».
выдержка из «Трактата о Четырнадцатой Лесной Войне», составленном Дироносом Ставаеэлем, мастером-хранителем истории при дворе королевы Иллариэтты, великой правительницы светлых эльфов.
О жизни Петра Пузыря известно многое, однако все бережно хранящиеся в архивах документы описывают несколько более поздний этап жизни этого великого воина и любимца богов, уже в качестве уважаемого Мастера Меча и тёмного паладина самой Богини Смерти. О его детстве же и ранней юности не известно практически ничего, кроме неподтверждённой документально легенды о том, что родился Пётр Пузырь в маленьком лесном посёлке в семье обычного мельника. Однако ни название этого посёлка, ни его местонахождение история не сохранила.
Самый ранний исторический документ, в котором упоминается имя Петра Пузыря, это запись в книге регистрации приезжих, входивших в Зелёную Столицу через Восточные Ворота. Именно там историкам посчастливилось обнаружить запись, сделанную поздним вечером сорок третьего дня лета 1110-го года:
Пеший селянин. Пётр Пузырь, человек, цель — поступление в городскую стражу
Страница с этой записью ныне бережно хранится в центральном храме бога Белла в Холфорде и примечательна ещё и тем, что рядом в соседних строчках упоминаются и другие лидеры Серых Воронов: Елена Фея, Каришка и сам Серый Ворон. Эта реликвия высшими жрецами Двенадцати Богов признана подлинной и потому сомнению не подлежит. Однако о дальнейшей судьбе Петра судить трудно. Поступил ли он в городскую стражу Холфорда или нет? Во время известных исторических событий 1111-го года все казармы городской стражи были сожжены вместе со всеми документами, а потому достоверно ответить на этот вопрос уже не удастся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
