надвигаются беды, и каждая последующая будет ужаснее предыдущей!
Тревожное время близилось для уммы Мухаммеда. Язычество было сломлено, но в разных частях полуострова стали появляться новые пророки Аллаха, противопоставляющие себя Мухаммеду. Для мусульман это были лжепророки и колдуны, которых следовало уничтожать без пощады.
На юге, в Йемене, власть захватил лжепророк аль-Асвад. На востоке, в Йемаме, прочно утвердился лжепророк Маслама, которого мусульмане презрительно звали Мусайлима, то есть «Масламишка», – он получал откровения и творил свой «Коран». «От пророка Масламы пророку Мухаммеду – мир тебе» – так якобы начинал свои послания этот лжепророк, предлагая Мухаммеду сотрудничать и поделить власть в Аравии. К северу от Йемама сеяла смуту лжепророчица Саджах, племена Центральной Аравии подбивал на восстание лжепророк Тулайха (Талха).
А кочевники не хотели платить закат и были чувствительны ко всяким течениям ислама, напоминавшим первые проповеди Мухаммеда в Мекке…
Время было действительно тревожное.
С этой ночи состояние Мухаммеда стало стремительно ухудшаться. Он едва добирался до мечети, чтобы руководить молитвами, с трудом пересекая двор, чтобы отдать себя заботам очередной жены. Наконец, болезнь осилила его – в домике Маймуны он впервые потерял сознание, а очнувшись, не мог подняться. Он попросил, чтобы его освободили от этих ежедневных переходов из дома в дом и отдали на попечение Айши.
Али и сын Аббаса с трудом перевели – скорее, перенесли – Мухаммеда через двор, ноги его волочились по земле, голова упала на грудь.
Маймуна хотела лечить его какими-то снадобьями, привезенными из Эфиопии. Мухаммед отказался их принимать; он попросил принести воды из семи колодцев Медины и облить его. Воду принесли, его усадили на чурбан и стали поливать голову холодной водой – он терпел эту пытку, хотя и кричал от боли, но лечение не помогло.
На следующий день он уже не мог встать на молитву – молиться нужно было стоя. Ему помогли совершить омовение и подняли, но он сразу же потерял сознание и упал. Очнувшись, он вновь попросил, чтобы ему помогли встать; его поставили, и он опять упал. Так повторялось несколько раз.
После этого он смирился. До мечети ему было не дойти, руководить молитвой попытался вместо него Омар, но верующие не приняли Омара. Тогда Мухаммед поручил эту обязанность Абу Бакру. А может быть, и не поручал: все чувствовали, что он скоро умрет, власть ушла из его рук.
От него всех удалили, даже жен. Только Айша видела его и ухаживала за ним. К нему перестали пускать. Абу Бакр, Омар, Али и другие «спутники» его заглядывали на минуту и сейчас же исчезали – им было не до него. Они спешно совещались со своими сторонниками, слали гонцов к дружественным кочевникам, настороженно следили друг за другом. Их заботила судьба уммы и судьба ислама, вопрос о том, кто станет преемником пророка, был для них вопросом жизни и смерти.
Кого хотел видеть Мухаммед главой верующих после себя? Никто не спрашивал его об этом, а он молчал. Он знал, что ничего не может сделать: верующие не подчинятся его выбору, они будут решать этот вопрос сами. Хуже того, если избранный Мухаммедом не получит власти, его убьют. Никто не рискнет оставить в живых человека, которого сам пророк считал своим достойным преемником…
Мухаммед молчал, но все-таки его боялись. Боялись его последней воли, необдуманного слова, ненужного откровения. Он бредил и впадал в забытье, временами теряя способность говорить. Один раз, когда сознание вернулось к нему, он попросил принести принадлежности для письма – что-то хотел продиктовать. Никто не ответил ему, никто не пошевелился. Все. Конец. Больше он уже ни о чем их не просил.
Слухи о смертельной болезни пророка вызвали среди мусульман опасное волнение. Некоторые настойчиво утверждали, что Мухаммед умер, другие были убеждены, что пророк не может умереть, что пророк бессмертен. Абу Бакр и Омар, по-видимому, всячески успокаивали мусульман – болезнь пророка не опасна, утверждали они, он уже поправляется, скоро он будет здоров. Утром 8 июня, когда верующие собрались в мечети, двери хижины Айши распахнулись, занавес отдернулся, и на пороге показался Мухаммед. Его поддерживали, но все-таки он стоял – живой и невредимый. От дверей Айши до мечети было всего метров сорок, верующие хорошо видели пророка, некоторые утверждали, что он улыбался. Постояв минуту, Мухаммед слегка помахал им рукой, дверь захлопнулась. Все успокоились и разошлись по своим делам.
Через несколько часов Мухаммед умер. По словам Айши, голова его покоилась у нее на коленях, когда она увидела, что глаза его остановились. На крик Айши сбежались остальные жены пророка, они огласили дом дружными воплями, раздирали свои одежды и царапали себе щеки.
Вопль их возвестил Медине о смерти Мухаммеда, все бросились к мечети.
Омар кричал, что Мухаммед не умер – он просто ушел на время к Аллаху, как уходил пророк Муса; он скоро вернется! Омар грозил мечом всякому, кто распускает ложь о смерти пророка.
Абу Бакр, заглянув в дом Айши и убедившись, что Мухаммед мертв, поспешил обуздать Омара.
– О люди! – закричал он. – Если кто-нибудь поклоняется Мухаммеду, пусть знает – Мухаммед умер. Но Аллах, которому мы поклоняемся, жив и бессмертен! О люди! Вспомните слова Аллаха: «Мухаммед только посланник». Нет уже посланников, которые были прежде него; ужели вы обратитесь вспять, если он умрет или будет убит!
Никто из собравшихся не помнил этих слов Корана… Но волнение понемногу улеглось, опасные мечтания о вознесении на небо и скором воскресении Мухаммеда были пресечены.
Сподвижникам некогда было оплакивать Мухаммеда. Двор Мухаммеда заперли и никого туда не пускали. Хижину Айши заперли тоже. Жены пророка и родственники Аббаса притихли.
В пустом домике Айши всеми покинутый лежал мертвый пророк. К ночи выяснились главные претенденты на власть. Али, которого поддерживали аз-Зубайр и Тальха, собирал сторонников в доме Фатимы. Ансары сплотились вокруг Саада ибн Убайда и с оружием в руках засели в квартале Бану Сайда. Остальные мухаджиры раскололись на сторонников Абу Бакра и сторонников Омара. По словам Омара, раскол среди мухаджиров привел его в ужас: кандидатура Али была для него совершенно неприемлема. Омар немедленно отправился к Абу Бакру, и они объединились. Той же ночью Абу Бакр, Омар, их сторонники пришли в дом Бану Сайда, где собрались предводители ансаров.
– Мы помощники Бога! – сказали ансары. – Вы, о мухаджиры, часть нас и нашего народа, среди которого вы поселились. Главой верующих должен быть ансар.
– Все, что вы сказали, правильно, – ответил им Абу Бакр. – Но арабы признают власть только курайшита. Я предлагаю вам на выбор – Омара или Абу
