Ответный удар оказался страшен. На нас обрушилось какое-то неимоверное количество структурированной энергии. Неподалеку от меня щит молодого бойца не выдержал попадания десятков тонких, но прочных как сталь игл. Магия прошла сквозь защиту, и пробила тело мужчины в нескольких местах. Из пробитого горла брызнула кровь.
Моя сфера выдержала. По ней будто взбешенный боксер колотил. Звон стоял такой, что на какое-то время у меня пропал слух, но на этом все и ограничилось. Выждав, пока натиск немного утихнет, я отследил откуда шла основная масса заклинаний и направил туда сформированный сгусток энергии. Комочек смерти беспрепятственно миновал три десятка метров и почти мгновенно вывел из строя двоих человек, превратив их в плотный шар из мяса и крови.
Минус пара атакующих нас людей. Не плохой, казалось бы, результат, но я рассчитывал на большее. Мое заклинание не смогло причинить вред еще одному магу, наткнувшись на, так называемую, гибкую защиту. Один из противников находился в непосредственной близости от взрыва и должен был неминуемо погибнуть, но вместо этого я увидел, как нечто невидимое блокирует эффект моего заклинания. Вакуумная сфера огибала человека, будто не замечая его.
Рассмотреть в подробностях, с кем нас свела судьба, я не успел. Единственное, что запомнил, прежде чем круговерть боя затянула меня в свой водоворот — длинный зеленый плащ на человеке. Затем стало не до того.
Отбиваю чей-то удар, тут же бью сам. Жгу огненной плетью врага, и пока тот не успел поменять тип щита, выстреливаю туманной лентой эйхора ему в грудь. Получаю ранение в ногу — моя модифицированная защита все же пропустила часть заряда. Времени остановить кровь нет, нужно двигаться, а иначе ты становишься слишком легкой мишенью.
Малая дистанция до противника не позволяла мне использовать метательные снаряды. Вокруг постоянно находились враги и союзники. В конце концов я окончательно перестал использовать обычные заклинания, сосредоточившись на работе с эйхором. Туманные полосы зачастую оказывались эффективнее любой магии. Удар и человек хватается за пробитую грудь, еще удар и противник окончательно успокаивается. Иногда мое оружие давало сбой, натыкаясь на мощные щиты, и здесь уже приходилось рассчитывать на других наемников. Не раз и не два я оказывался на земле, поймав защитой кинетические или другие заряды. В голове появился звон, под ребрами что-то предательски кололо, но я продолжал битву, стараясь не обращать внимания на боль.
Врагов было больше чем нас. Некоторые из них на голову превосходили большую часть наших бойцов. После нашей первой атаки, ответный удар умертвил нескольких наемников, однако это ровным счетом ничего не значило. Отряд Ульрика не зря считался одним из лучших. Постоянные тренировки сделали из северян настоящие машины для убийства, и их слаженная работа позволила оказать врагам достойное сопротивление.
Число противников с каждой минутой уменьшалось. Ориентироваться в происходящей вакханалии стало куда проще, и я вновь заприметил человека, пережившего вакуумный удар. Высокий мужчина в темно-зеленой одежде только что добил одного из молодых бойцов. Неверно оценив ситуацию, наемник выскочил из-под защиты бойцов отряда и поплатился за это, упав на землю бездыханной куклой, а его убийца уже выискивал следующую жертву.
Намерения воина легко читались, но воплотить их в жизнь ему не дали. Сразу несколько ветеранов насели на мага, проверяя его щиты на прочность.
Засада на наш отряд окончательно провалилась после того, как сразу несколько человек, пали под слаженными ударами северян. Остальные участники битвы, поняв, что скоро их постигнет та же участь, решили не играть в героев, и задать стрекача. Все чаще я видел, как выжившие бойцы вливали остатки энергии в щиты и бросались, что есть силы, в чащобу. В конце концов, в строю остались лишь самые нерасторопные, но их судьба была предрешена.
Дорога и лес рядом с ней были усеяны трупами. Вокруг, куда ни глянь, виднелись поваленные деревья, воронки от взрывов, кровь и оторванные части тела. Засада стоила нашему отряду десяти человек. Большей частью, погибли молодые бойцы, однако и среди остальных групп имелись потери. Про ранения и говорить было нечего. Каждый второй получил то или иное повреждение, а за жизнь пары человек, я бы не дал и ломаного гроша.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Догонять убегающих в лес людей, Ульрик не посчитал необходимым. Едва за деревьями скрылся последний из наших противников, он приказал уцелевшим наемникам заняться ранеными. Лекарь, который наравне со всеми участвовал в битве, мог не успеть помочь нескольким бойцам, лежащим при смерти.
Как только адреналиновая волна, будоражащая кровь, схлынула, я разом почувствовал на своей шкуре все последствия прошедшей схватки. Синяки, ссадины, порезы. На берде обнаружилась глубокая рваная рана, в которую уже попала грязь, и лечить ее в таком состоянии не имело смысла.
Фляжка с водой как всегда лежала в рюкзаке. Его я сбросил перед самым началом драки и сейчас не без труда нашел в придорожной траве. Морщась от боли, я промыл рану и закрыл глаза, сосредоточившись на внутренних ощущениях. Через минуту кровь остановилась. На то, чтобы полностью затянуть глубокий порез требовалось как минимум полчаса, но тратить это время на себя, мне показалось слишком эгоистичным. От потери крови не сдохну и ладно. Остальным тоже нужна помощь.
Кое-как поднявшись с земли, я двинулся к Аскелю. К тому же, не мешало найти Маркуса. Хоть его ухоженная физиономия и мелькала поблизости до самого окончания драки, поинтересоваться судьбой друга однозначно стоило.
Обойтись совсем без повреждений Лоренсону не удалось, но и серьезных травм он не получил. Несколько порезов, вывих руки, ушибы, в общем, ничего страшного. Наемник уже привел себя в относительный порядок и вместе остальными уцелевшими перевязывал раненых.
Благодаря действиям лекаря, новых смертей удалось избежать. Бойцов, потерявших сознание, перевязали и оставили в покое. Тех, кто мог перемещаться самостоятельно, мы сопроводили к оставленным вещам.
Несколько ветеранов, во главе с Ульриком, ходили между мертвых тел, выискивая уцелевших противников. Судя по всему, недобитков ждал очень серьезный разговор. Человек в темно-зеленой одежде, потерявший в пылу сражения свой плащ, уже лежал на земле связанный по рукам и ногам. Для верности, рядом оставили одного бойца с обнаженным оружием.
— Цел? — спросил меня Маркус, после того как мы помогли раненым.
— Относительно. Сам как?
— На удивление неплохо. Знаешь, я начинаю думать, что твой призрачник — не такая уж и бесполезная животина. Если бы не он, мы бы в этих молодцев влетели на полном ходу. Я еле выдержал их первый удар, такое ощущение, что по нам человек пятьдесят долбили.
— Шрам молодец, — согласился я. — Ты заметил, что некоторые из нападавших до боли смахивают на северян?
— Да, есть такое. И оружие, и стиль боя. Наемники, это, такие же как мы.
— Как думаешь, связан недавний ночной гость и эта засада?
— А кто ж его знает, — пожал плечами Маркус, — но раньше на наш отряд охоту не устраивали.
— Вот и мне кажется, что не простое это совпадение. Мужиков жаль, из-за меня погибли.
— Из-за дурости своей они погибли, — резко ответил Лоренсон, — глупо винить себя за хреновую подготовку других. Не в этой драке, так в следующей они бы сложили головы.
— Может и так… — я хотел развить свою мысль, но громкий крик боли прервал меня — Ульрик начал допрос пленников. — В любом случае скоро узнаем, чего тут забыли эти молодцы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Изощряться в методах пыток, нашему командиру не пришлось. Стоило только немного прижать связанных людей, как они тут же начинали выдавать всю необходимую информацию. Расстояние не позволяло разобрать, что именно услышал Ульрик, но несколько красноречивых взглядов, брошенных в мою сторону, явно намекали — ничего хорошего ждать не приходится.
Нервничать раньше времени не имело смысла. Даже если моя скромная персона явилась причиной нападения на отряд, Ульрик не станет принимать поспешных, необратимых решений, не в его это характере. Скорее всего, со мной сперва поговорят.
