Ориэлла услышала этот разговор и, в свою очередь, догнала Харина:
— Отлично сказано, мой принц, — за одним исключением. Я буду ждать вместе с тобой.
— Я не позволю тебе…
— Не спорь, Харин. — Она снова бросила взгляд на крутую тропу, и руки ее крепче сжали поводья гнедого коня, которого подарил ей принц. При мысли о том, что придется карабкаться на такую высоту, девушка почувствовала тошноту. — О боги, ну и крутизна! По правде сказать, я не уверена, что вообще одолею ее. — Она состроила гримасу, смеясь рад своим необъяснимым страхом.
— Ориэлла! — запротестовал принц.
— Все будет в порядке. — Знакомый спокойный голос был полон понимания. — По крайней мере ты мне сказала именно так, — продолжал Анвар. — Помнишь, на берегу?
Ориэлла вспомнила, как они балансировали на хвосте мага, вспомнила анварову боязнь глубины — и как она до того рассердилась тогда, что с удовольствием утопила бы его на месте.
— Если смог я, ты и подавно сможешь! — обнадежил волшебницу Анвар. — А я буду рядом.
Ориэлле показалось, что ее очередь подниматься наступила чересчур скоро, хотя они дожидались до самого захода солнца, и долина уже погрузилась в глубокую лиловую тень, а вершины красных утесов горели алым сиянием в закатных лучах. Они спешились, и Язур вручил каждому по факелу, чтобы освещать тропу. Волшебница с большой неохотой взяла свой.
— В одной руке факел, а другой вести лошадь? — возмутилась она. — А как, черт меня побери, я буду держаться?
— Дорога шире, чем кажется, госпожа, — успокоил ее Язур. — Держись подальше от края, и все будет в порядке. Ориэлла бросила на него недоверчивый взгляд.
— Ну-ну, — с сомнением прошептала она.
— Не тревожься, госпожа, — заговорил Анвар. — Я пойду первым, а ты постарайся не отставать. Только не смотри вниз, и все будет хорошо.
Наслушавшись советов, Ориэлла начала восхождение. Тропинка была ровной, а дно пропасти терялось в непроницаемой черноте, но тем не менее волшебница твердо решила не смотреть вниз и уставилась себе под ноги, стараясь не думать о возможном падении. Настоящие трудности начались, когда пришла пора огибать острые углы на поворотах. Лошадь Анвара внезапно исчезла, и перед Ориэллой разверзлась бездонная черная пустота. Один неверный шаг… Девушка отступила, голова у нее закружилась, и она вжалась потной спиной в надежную поверхность утеса, не в силах пошевелиться. Конь, которому не терпелось догнать товарища, мордой подтолкнул девушку вперед, к самой кромке, и она едва не выронила факел.
— Прекрати сейчас же! — Дрожа о» страха, Ориэлла сильно шлепнула коня по носу, и животное попятилось.
— Что там происходит? Почету все встали? — долетел снизу голос Харина. Ориэлла набрала в грудь побольше воздуха. «Не будь неженкой, — прикрикнула она на себя. — Анвар смог преодолеть свой страх перед водой, значит и ты сможешь подняться!» Все равно помощи ждать неоткуда: сзади и спереди путь преграждают лошади…
— Все в порядке, — откликнулась Ориэлла, а про себя подумала: «Хотелось бы мне, чтобы это было правдой!» Изо всех сил прижимаясь к отвесной скале, девушка шажок за шажком обогнула выступ; наказанный конь следовал за ней на почтительном расстоянии. Едва волшебница оказалась за поворотом, перед ней снова легла надежная, уходящая вверх тропинка. После всех переживаний Ориэлла еле держалась на ногах, но впереди был еще длинный подъем, она задерживала других. Стиснув зубы, девушка подняла факел и продолжила восхождение.
Это был изнурительный подъем. Прежде чем достигнуть вершины, им пришлось преодолеть в общей сложности девять поворотов один ужаснее другого, — и чем выше они забирались, тем беспокойнее становились кони. У девушки болели ноги и спина, она задыхалась, каждый шаг давался ей с трудом. Пропасть оказывалась то справа, то слева — тропа петляла из стороны в сторону. Лишь один-единственный раз волшебнице выпала передышка: дорога неожиданно нырнула в утес, к с обеих сторон девушку окружили благословенные каменные стены. Дважды Ориэлла слышала сверху леденящие кровь крики, и мимо в опасной близости проносилось чье-то тело. Жуткий глухой удар внизу всякий раз вызывал у волшебницы дрожь и тошноту.
— Ориэлла! С тобой все в порядке?
Волшебница непонимающе огляделась — вокруг повсюду была ровная земля — она добралась до вершины! Анвар осторожно взял у нее факел и поводья, передал их Боану и, обняв за плечи, отвел девушку подальше от обрыва. Там в тени скал, где никто не мог их увидеть, Ориэлла крепко обняла юношу и спрятала лицо у него на груди. Анвар ласково гладил ее по волосам, пока дыхание ее не успокоилось и она не перестала дрожать.
— Ну вот, — мягко сказал он ей на ухо. — Я же говорил, что ты справишься.
— Ориэлла подняла голову, чтобы посмотреть на него, и едва не разрыдалась.
Харин в одиночестве стоял у края утеса, и в последний раз глядел на страну, где он мог быть королем. В городе начинался праздник. Хвостатыми кометами взлетали фейерверки, наполняя ночь серебристыми искрами, и расцветали в темном небе огромными цветами — красными, зелеными, золотыми. Их мерцающий свет смешивался с языками пламени, поднимавшимися над невольничьим рынком.
— Ты жалеешь, принц? — Ориэлла неслышно подошла к Харину, а Анвар тенью следовал за ней по пятам. — Если хочешь вернуться, я уверена, твой народ с радостью примет тебя.
Он покачал головой.
— У меня нет желания начинать переворот. Кроме того, этот край связан для меня с недобрыми воспоминаниями. Отныне мой путь лежит вперед, а Ксианг обзаведется новым наследником, в этом нет сомнений.
— Только не с новой царицей.
Харин резко повернулся и посмотрел Анвару в лицо.
— Что ты хочешь сказать?
Глаза юноши пылали мрачным огнем.
— Я хочу сказать, государь, что Сара — то есть Кизин — бесплодна. Она солгала твоему отцу так же, как солгала когда-то и мне. При таком положении вещей ты по-прежнему наследник престола, и однажды можешь вернуться — если пожелаешь.
Харин был изумлен.
— Ты уверен?
— Совершенно уверен, мой принц.
— Ориэлла, ты знала об этом?
Волшебница покачала головой — она не меньше Харина была потрясена словами Анвара. Принц откинул голову назад и разразился хохотом.
— Клянусь грехами Жнеца! — воскликнул он в злорадном упоении. — Какой сюрприз ожидает моего папашу! Жаль, что когда он об этом узнает, меня там не будет!
Мысли Анвара определенно двигались в том же направлении. Юноша выглядел опечаленным, и Ориэлла знала, какую тяжесть он носит в сердце, после того как отрекся от Сары. Когда Ксианг узнает, что его супруга бесплодна, Сара станет бесполезна для него, и жизнь девушки может оказаться в опасности. Анвар, хотя и разглядел наконец ее предательскую сущность, все же чувствовал себя виноватым в том, что бросил Сару на произвол судьбы. Интересно, он по-прежнему ее любит? — подумала Ориэлла и тут же задалась вопросом, почему ее так занимает эта мысль.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
