Патроны по дну окопа собираем! Приём!
Башкир видел сверху, что группа не продвигается и доклад Тора только подтвердил его тревожные мысли. А между тем на танк, из пушки которого Киреев ковырял дыру в стене, серьезно насели. Мехвод метался рядом с машинами отгоняя короткими очередями подбирающихся от второй линии траншеи солдат противника. Стрелок наводчик погиб. Отстреляв весь скудный БК для своей «сучки» он попытался забраться в стоящую рядом с танком БМП и там, на броне его и срезали.
Ситуация ухудшалась с каждой минутой. Даже не успев проанализировать все последствия, Константин принял решение подключить последний резерв и вызвал Сашу Ладыгина:
— Медный, слушай меня! Твой выход! Надо сбить атаку на танк! Прием!
— Башкир, слышу тебя! Какой план⁉ — Саша извëлся в ожидании своего позывного в эфире.
Лëжа под камуфляжем никто из группы не мог видеть того, что происходит, и понимание ситуации приходило только из переговоров в эфире. Ладыгин слышал и понимал, что все не по плану, что парни гибнут и его корëжило от бездействия.
— У тебя же там два «Бородача» есть! — командовал Башкир, — Давай одним в окоп, метров двести от южного края! Там у них сейчас народ кучкуется! Только в траншею не спускайтесь, а то потом не выберетесь! Жахни «Бородачëм» и давайте к танку! Вот там оборону держите вместе с Пандой! Приём!
— Принял! Делаю! — отрапортовал Ладыгин.
Раскрывать таким образом группу Медного перед противником было крайней мерой. Правильное ли это было решение, Башкир уверен не был. Теперь некому будет встретить и прикрыть основные силы отряда в точке отхода. Башкир зло хмыкнул своим мыслям: «Основные силы… какие у тебя теперь, мля, основные силы⁉ Кадета нет! Броне группа почти уничтожена! Его парни, больше половины, убиты! И если сейчас потерять танк, то никаких шансов ни на решение задачи, ни на выход не останется!»
Константин весь задрожал, отгоняя мрачные мысли. Нужно было собирать всех в один кулак. И себя тоже! Да всё он верно решил! Пусть остатки групп объединятся! А он придумает новый план и вместе его откатают!
— Ладан, на связь! Позвал он командира Бокс-4, ты тоже давай вдоль траншеи к танку! Ты же боевая машина, у тебя кроме стволов и траки есть и броня! Дави всех, кто на пути будет! А на короткой дистанции тебе и РПГ не страшен!
Действительно, взрыватель гранаты противотанкового гранатомёта на коротких дистанциях выстрела часто не успевал встать на боевой взвод, а значит выписывать кренделя между пехотинцами врага, могло быть менее опасно чем маячить перед ними в 50 метрах.
— Есть, давить! — оптимист Ладан не обрадовался заданию, но спорить не собирался, да и решение командира было верным. Машина развернулась носом вдоль траншеи и взревев дизелями рванула к южной окраине траншей, где к танку со всех сторон подбирались бойцы обороны объекта.
Глава 47
«Укрепрайон. Филин держит оборону.»
Перекличка закончилась на 26-ом бойце. Филин матерился тихим злобным шёпотом. За 15 с небольшим, минут боя он потерял почти сто человек. Отборные бойцы с опытом и постоянной подготовкой сточились об этих диверсантов, как зубы об гранит. После сеанса связи с Чингизом Филин отправлял по два отделения с тяжёлым вооружением и на помощь в здание, и на уничтожение бронемашин, и на зачистку траншей, но всё чего удалось добиться ценой жизни этих бойцов — это помочь танку сжечь одну БМП.
Чингиз больше на связь не выходил, однако корректировщик, оставшийся в Наблюдательном Пункте особняка, продолжал давать информацию о ходе боя и перемещении противника, видя обстановку через дрона-разведчика. Филин знал, что нападающих было немного: каких-то 4 БМП и 28 человек привезённого ими десанта. Даже с оставшимися после миномётного обстрела людьми он мог размазать этих дерзких смертников, как бог черепаху.
Когда минометы заткнулись, расстрелянные танком Харитона, у него было ещё четыре взвода мотивированных профессиональной злостью бойцов. Но оказалось, что он ошибся. Ошибся, решив, что стремительных контратак, помноженных на умения его парней, хватит для решения задачи. Эти, пришедшие словно из ада черти, махались как гребаные терминаторы. БМПшки крутились, уворачиваясь от выстрелов РПГ, как заколдованные и били в ответ из пулемётов с точностью снайперок. Запрыгнувшая во вторую траншею группа из семи человек прошла через нее более 700 метров, прежде чем её удалось остановить. Словно бур в бетоне, эти гады проломились через его грамотно выстроенное хозяйство чётко и без задержек, оставив после себя тела более чем 30 его парней.
Когда стало ясно, что захвачен танк, Филин понял, что усидеть в окопе уже не сможет. Так нагло творить что попало у него перед носом он не позволит! К тому же ему, взрослому мужику стало противно и страшно. Он же делал всё правильно: отдавал нужные приказы, действовал решительно и грамотно, разумно выбирал силы и средства для решения внезапно возникающих боевых задач, не отправлял парней тупо на убой. Но вдруг подумалось, что все они, эти ребята, погибли из-за его глупости. И стало страшно. И ещё он увидел себя со стороны: сидящего с рацией в блиндаже, в тот момент, когда бойцы по его приказу выбираются из траншей и щимят диверсантов. И стало противно. За себя.
— 26 человек…. И ты, Филинов, — произнёс он глухо. Затем, бросил радиостанцию заму, Егору Лосеву и повернулся к стоящим вокруг бойцам.
— По цепочке передать: четвёртое отделение сейчас со мной на вылазку, помогать третьему! Остальные тоже наверх — собирать раненых! Всех тащим в этот блиндаж!
На Филинова смотрели сейчас по разному. Он видел подрагивающих от злости и нетерпения, желающих начать действовать. Видел бледных от страха, знавших, что они последние и что они ничего не изменят в этом стремительном и безумном бою. Видел спокойные лица, готовые ко всему и к победе, и к смерти, одинаково. С этими, спокойными, Филину всегда хотелось быть ближе и во время боя и за столом, но он, как и был в 20 лет так и остался, фермером. Его радовал порядок и система, а смерть страшила.
— Первая цель — танк! — начал он беглый инструктаж, — Вторая — те, кто захватил здание! Дегтярёв, Мануйло, Мишин, у вас гранотометы! Сразу, как будете наверху, занимайте позицию для выстрела! Бьете по первой цели! После — по огневым точкам в здании! Остальные, прикрываем РПГшников, гасим всех, кто им мешает! Вперёд! Вперед!
На дне траншеи остались раненые и
