облике, но после прошедшего, пусть и не продолжительного, пира, моё тело стало больше, питательных веществ стало больше, стало больше форм, что содержатся во мне, больше генетических цепочек и больше биоэнергии. И вместе с тем, постоянные мутации, подчиняясь моим желаниям, стали протекать быстрее, стремительное, увеличивая скорость моего постоянного развития.
В то же время, в десятках миров одновременно, я создавал разные виды штампов вируса, который выпускал по планете, где небыло разумной жизни, и прямо на глазах в этих мирах начиналась агрессивная фаза заражения и последующие мутации. Теперь, не сдерживаемый границами одной лишь планеты, я имею полную свободу действий для экспериментов. А потому десятки штампов вируса получили свободу на своих планетах, в своих вселённых, дабы изменить местную жизнь, флору и фауну, сделать её совершеннее, сильнее, опаснее.
Я засеиваю огромные поля, чтобы позже вернуться и получить урожай…
На Земле Бет, тем временем, Александрия попросила открыть дверь в главный отсек, после чего в воздухе появилась уже знакомая мне дверь. Точнее, внешне она выглядела, как дверь, в тоже время являясь декораций пространственного разлома, что ведёт в другую точку пространства… как я и думал, когда столкнулся с этим в прошлый раз, вне этой трехмерности, отчего моё устройство и не могло телепортировать меня туда.
Я огляделся вокруг, а после шагнул в открытые двери, что тут же закрылась за мной.
Лабиринт измерений, наверное, именно так можно назвать это место. Огромное количество разломов, порталов и наложенных друг на друга измерений образовывали единый комплекс, который находится одновременно нигде и во множестве миров. По сути, это место, пусть и грубо, работает по тому же принципу, что и я с Воителем. Только намного более сложно и топорно, можно сказать.
Да, наверное, с нынешней своей точки зрения я уже могу говорить о топорности этой работы, что для человечества было бы невероятным достижением в… да во всем, в общем-то. Но… даже несколько часов в новой для меня форме существования кардинально меняют взгляд на многие вещи…
Оказавшись внутри этого комплекса, я сразу же смог отследить его среди бесчисленных мерностей, быстро приблизились к нему и буквально прислонившись, едва ли не опутывая его со всех сторон своими бесчисленными конечностями. Однако внутри комплекса этой огромной пространственного аномалии никто этого не видел и не ощущал. Ну, оно и к лучшему — меньше будут нервничать и беспокоиться. Мне это было нужно сделать в первую очередь для того, чтобы Воитель, следящий за мной краем своего внимания, не заметил этой аномалии с телом Мыслителя, которого, наверное, в интерпретации на человеческий язык, можно было бы называть Эден, как эта сущность сама себя идентифицировала, внутри и не пришёл сюда, когда совсем не надо.
Бродя по коридорам в человеческой форме и уже практически не смещаясь в четвертое измерение по ходу движения, я прошёл вслед за сильнейшим кейпом мира в огромный зал, поседине которого расположилось тело. С человеческой точки зрения, оно было невероятно огромным, не меньше нескольких десятков километров в ширину и намного больше в длину, но чисто по размерам, моё тело уже за эти несколько часов превзошло этих существ в трёхмерных размерах. Хотя, с другой стороны, это ведь лишь остаток от этих существ, так сказать, центральная часть, оставшаяся после того, как они посеяли триллионы своих частиц, пролив их дождём на множество отражений Земли. В полном размере, они должны быть на порядки больше…
Оказавшись рядом с этим монументальным существом, я прислушался к своим ощущениям.
После эволюции, многие мои способности совершили скачок в развитии, это же касалось и чувствительности к биоэнергии. И я ощущал главное — тело этого пришельца, как целое, мертво, но все его отдельные части, за редким исключением, продолжают жить, и пока не собираются помирать. Можно сказать, что эта кооперация существ подверглась аналогу лоботомии, когда тело осталось жить, но сознания тут уже нет. Вот только наш случай ещё хуже для пришельца. Даже в Воителе я ощущал циркуляцию и движение аналога биоэнергии шардов по цельной системе, образованные из объединения всех отдельных шардов в один сверхорганизм. Тут же цельная система была разрушена и, хоть большая часть шардов все ещё была жива и умирать не собиралась, они уже не являлись одним сверхорганизмом, каким были раньше. Это был труп, все отдельные клетки которого продолжали жить и функционировать, что не давало жизни трупу в целом. Говоря максимально просто — в теле не хватало ключевых, жизненно важных для организма в целом, органов.
Как я узнал, поглотив полноценного шарда, да к тому же не последнего, подобное состояние также означает, что многие из осколков, шардов, тут повреждены, работают неправильно, утратили часть своих функций и так далее.
Для потенциального кейпа это было бы очень печально.
Но мне от этого хуже не было ничуть…
— Прекрасно. Просто прекрасно. — Улыбаясь, сказал я, подходя к гигантскому, по человеческим меркам, телу.
— Ты сможешь проглотить все это… разом? Или тебе потребуется больше времени? — спросила Александрия.
— Много времени мне не потребуется, чтобы пожрать это труп полностью. Просто ожидайте… — сказал я, начав смещаться из вне этого комплекса во внутрь, появляясь в этом измерении во всей своей красе.
Делал я это постепенно, чтобы случайно не превысить объём этого места и не разрушить его, вместе с тем, моё тело стало выращивать тысячи щупалец, подобно осьминожьим, только из присосок у этих щупалец росли меньшие щупальца, которые выращивали ещё меньшие щупальца, что, в конце концов, превращались в тончайшие живые, подвижные, извивающиеся нити. Они в свою очередь стали проникать в кристалл-органические тела шардов, пока гигантские, по несколько десятков метров в ширину, плоские щупальца опутывали весь труп. От моего человеческого облика не осталось и следа, вместо этого сотни тысяч тонн бурлящей и постоянно изменяющейся плоти бушевало тут, поглощая, шаг за шагом, то, что не так давно, было представителем цивилизации, что на своём пути уничтожила тысячи миров и столь же много цивилизаций.
* * *
Отведя взгляд от происходящего, Эйдолон снял маску с лица и посмотрел на стоящую рядом Александрию, что избавилась от маски ещё в момент перехода сюда, в штаб-квартиру Котла, и сейчас с открытыми во всю ширь глазами наблюдала за ужасом, который, наверное, ещё очень долго будет сниться ему во
