что есть и вторая шкатулка, наша.
«Её и отдавай! — разгорячëнно завопил Ас. — Пусть там хоть сам Топор Камнерожденного, нашу шкатулку не трогай!»
«Уже знаешь, что там?» — удивлëнно спросил я.
«Нет, только чувствую, — гораздо спокойнее ответил дракон. — И если я не прав, можешь заковать меня в свою узкую башню, скажем, на месяц. Я готов!»
Вот только я не готов. Лишаться мобильности на этот самый месяц не хочется, но и отступать поздно. Соглашаюсь на пари с драконом и, отключившись от эфира, мысленно молю Арката о выигрыше Аса. Ну очень надо.
О непонятном ожидании никто ничего не говорит. Костоломы спокойны, как кирка, отложенная на время обеденного перерыва, Себеш по-доброму улыбается, будто знает о пари, Салвин недовольно рассматривает собственные руки, ей не до нас, Пактиквул лëг слева от меня и ни о чëм не беспокоится, а вот Ася насторожена и это передаëтся феям-новобранкам. Любимая пусть и не слышала нашего с питомцами разговора, но явно чувствовала, что там происходит что-то странное, сдерживать себя Ас даже не собирался.
Решительно встав, я объявил конец привала и первым пошëл за шариком. К моему удивлению, дорога обошлась без приключений. Странно, я ожидал какую-нибудь плотную заварушку, надо же как-то добыть пятую эссенцию, с запечатанным вкусом внутри. Но создавшему этот совсем не подземный подзем, видимо, было глубоко оранжево на мои ожидания. Мы просто дошли до расширения дорожки в полноценную площадь и пропасти за ним метров десяти в длину, напротив которой в нетерпении стояла вторая команда.
— Неожиданно, — в один голос произнесли Себеш и Ася.
На той стороне Ург тоже что-то говорил стоящему рядом минотавру, уши кассида при этом удивлëнно торчали чуть к нам.
В это время Огель забрался на спину Асу, тот взлетел, перелетел пропасть и приземлился на нашей стороне. Пактиквул уже едва ли не подпрыгивал от нетерпения в ожидании. И едва Огель оказался на земле, они воссоединились и жалобно зафыркали друг другу, видимо, делясь новостями и жалуясь на разлуку.
«В том числе и с тобой, лорд, — ехидно вбросил в эфир дракон. — Что один, что второй решительно были не согласны терять тебя, пусть и на время».
«А ведь когда-то они хотели меня убить, как и прочие лисы», — задумчиво протянул я.
«Не они, хозяин. Их нынешнее сознание началось с момента попадания под неудачное шаманство. Но я в этом особо не разбираюсь, чешуйчатый знает больше».
«Знаю, но сейчас ничего говорить не буду».
«Почему? Обиделся?»
«Не то время и место, лорд. В более спокойной обстановке я расскажу всё, что знаю, — пообещал Ас и, подумав, добавил: — По нашим лисам, само собой. Вообще всё рассказывать будет долго».
Пока мы болтали, я всё ближе подходил к повисшему над пропастью ослепительно-белому шару, слившемуся из двух жëлтых шариков. С той стороны навстречу мне также шëл Ург. Остановились на краях пропасти мы практически одновременно, он чуть раньше, но в значениях миллисекунд это не имеет значения. Что-то побудило меня поднять руку навстречу шару, и я не сопротивлялся этому, лишь фиксируя, как медленно тест время. Субъективно проходит пару минут, прежде чем пальцы полностью вытягиваются к цели, хотя понятно, что в реальности это заняло секунд пять, не больше. Ург делает ровно то же самое, мы практически одновременно тянемся к шару и между нашими руками, что характерно, опущенными, пробегает ядовито-розовая молния. В тот же момент пропасть исчезла, сменившись каменными полуметровыми плиточками, а под тем местом, где висел шар, появилась чаша. Не сговариваясь, мы с кассидом подходим к ней.
— Ты думаешь о том же, о чëм и я? — вкрадчиво спросил Ург.
— То же что и всегда, рынки, попытаемся захватить мир, — невпопад ответил я и, поняв это, добавил: — Это явно не отсюда.
— Я даже не знаю, о ком ты, — хмыкнул дроу. — С чашей что будем делать.
— Очевидно, заполнять эссенциями.
— А в каком порядке? Он же должен быть важным, иначе так загадочно не было бы.
— Всё может быть. Подзем совершенно точно индивидуальный, я бы ни на что не поставил.
С минуты мы молчали, изучая чашу. Ург прав, порядок должен быть определëнным, но как его понять? Подсказок нет, а попытка у нас одна.
— А что если заливать эссенции без разбора на скорость? — предложил я. — Хуже точно быть не должно.
— Уверен? — скептически протянул кассид.
— Вообще нет, но и торчать здесь дольше положенного не собираюсь.
— Ладно, будь по-твоему, — улыбнувшись хищной улыбкой, произнёс дроу. — Насчёт три?
— Три! — резко выдохнул я, одновременно доставая из инвентаря первую эссенцию, наспех откупоривая пробку, и вылил её содержимое в чашу.
Ург опешил от такой наглость и буквально на секунду позже закончил выливать свой пузырëк. Я уже лил следующий, поэтому он решил пойти на хитрость — вылить два пузырька сразу, смешивая их ещё в воздухе. На это ответить было нечем, и я признал поражение, закончив выливать свою последнюю эссенцию уже в спокойном и даже творческом темпе.
— Говорила мне мама, что дроу хитры и коварны, — протянул я с последней каплей драгоценной жидкости, упавшей в чашу, — но чтоб настолько…
— Не надо было заставлять меня хитрить и коварствовать, — парировал кассид.
— Тоже верно. И что с этим делать?
— Пить, — снисходительно ответил Ург. — Предвидя твой следующий вопрос, отвечу заранее: пить тебе, это понятно. Данжен твой, если ты не забыл ещё.
Без лишних слов я поднял чашу, оказавшуюся неожиданно лëгкой и за пару глотков опустошил всю. Живительная влага разлилась по телу, даря потрясающую бодрость… и ничего. Буквально ничего. Секунд двадцать я чувствовал себя обманутым, а после, уже собираясь сказать вслух много чего неприятного, расслышал на грани слышимости:
— Приходи завтра в Храм, всё будет.
— Ты сделался таким довольным, будто тебе подарили миллион золотых, — заметил Ург.
— Примерно так и есть, — кивнул я, понимая, что сияю не хуже давешнего шара. — Кажется, это зарождается портал.
На месте чаши появился фиолетовый шарик и за пару мгновений разросся до размера баскетбольного мяча, а потом без предупреждения взорвался. Мы снова оказались рядом с тюрьмой в темноте ночи. Что ж, пятый подзем пройден исключительно хорошо, можно ставить галочку и идти к следующему и, надеюсь, последнему. Но сначала надо обменяться с Ургом шкатулками, иначе Ас меня доведёт до убийства, не меньше. А не хотелось бы, этот чешуйчатой мне дорог. И вовсе даже не как память, а исключительно как первое живое существо, встреченное в этом мире. Ну и как маунт тоже, чего душой кривить.
Глава 29
