– Да вот, сам репу чешу. Перипл, как греки обычно обзывают? Так не тянет оно на настоящий перипл, который наши навигаторы сочиняют. Записки – не звучит. Просто "О Тапробане" – так не географический же отчёт ни разу. Именно, что колонизаторский, это ты правильно подметила. Что тут придумаешь такое, чтобы и на греческом звучало?
– Беда с вами! Давайте-ка сюда перо и чернильницу! Атлантику вы пересекли? Индийский океан пересекли? Ну так и что тут голову ломать?
Мы грохнули от хохота, когда она надписала на оставленном специально под заголовок месте "Хождение за два океана". Конечно, ни тестю этого юмора не понять, ни Фабрицию, да и Велии мне объяснять его придётся, но главное, что смысл будет звучать и на греческом, и на турдетанском, а ассоциации с тем Афанасием, который Никитин, для понимания смысла не критичны и не обязательны…
24. Кадры решают всё
– Готовы? Огонь! – скомандовал Икер, и пулемётные очереди начали кромсать деревянные мишени, дырявя их и размочаливая в щепки, – Кемина! Куда спешишь? Ствол слишком быстро доводишь! Бакар! А ты куда половину ленты в одну очередь? Трупу твой десяток пуль не нужен, ему и одной достаточно. Вот ты, Мендия, правильно делаешь. Не спешишь, очереди отсекаешь. Если бы ещё попадала чаще, чем мажешь, цены бы тебе не было как пулемётчице, – юнкера рассмеялись, – Так, не расслабляться! Сменить позицию! – учебные пулемётные расчёты быстренько откатили три станковых пулемёта на больших полевых станках назад и скрылись за оградой, изображающей заросли кустарника лесной опушки, за которой покатили их на другой рубеж, – Это они уже немного наблатыкались, а на первом занятии – видел бы ты только, папа, что творилось! – пожаловался он мне.
– Такова твоя центурионская доля, – хмыкнул я, – Как старшие потоки возились с вами, так и вы теперь с этими.
– Только девки наши замуж повыскакивали и с мужьями разъехались по местам службы, а мы – отдувайся тут за себя и за них, – тон у моего отпрыска шутливый, но ясно же, что в каждой шутке есть доля шутки.
– Ох, напомню я тебе эти слова, когда ты сам одну увезёшь, а парней её потока отдуваться за неё оставишь, – так же шутя пригрозил я ему, – Там, правда, тоже не мёд. Ну, поспокойнее немного, если военной заварухи не случится, но захолустье же глухое, своих с гулькин хрен, все новости только по морзянке, а ответственности – больше.
– Так, наводи! Стоп! Кто приказал вам рассесться в прежнем порядке?! Сменить друг друга в расчётах! – мы как раз тоже вышли к другой позиции, и Икер снова включил центуриона, – Готовы? Огонь! Зилар, ну не по три же патрона! Я понимаю, что ты и один отсечь можешь, молодец, но это же станковый пулемёт! Лилера, ну а ты зачем по головам целишься? Половина пуль из-за этого в молоко! Кемен, у тебя мешок полуотстёгнут, гильз половину просыпаешь!
– Ну, не половину, почтенный, – возразил тот, отстрелявшись, – Четверть где-то – да, не досмотрел, виноват, но не половину.
– Мендия, точно четверть? – она как раз собирала просыпавшиеся гильзы.
– Чуть побольше, почтенный, но меньше трети.
– Ой, врёшь! Но за то, что не просто так, а напарника выгораживаешь, прощаю тебе твоё враньё, – там было явно больше трети, хотя до половины, возможно, немного и не дотягивало, – Всё собрала? Так, откатываемся на исходную и чистим пулемёты!
– Почтенный, а что страшного в просыпанных гильзах? – спросила его Кемина, – Мы же их всё равно собираем.
– В самих гильзах – ничего. Страшно будет, когда вы не отобьёте атаку, и либо вас самих, либо вашу пехоту покрошат из-за этого в котлетный фарш. А ну-ка напомните мне, ребята и девчата, как станковые пулемёты должны сопровождать свою пехоту?
– Огнём и колёсами, почтенный! – гаркнули все.
– Что запомнили – молодцы, а вот всё ли поняли? Мы отстрелялись и на другую позицию откатились, и гильзы в бою собирать некогда. После боя – да, соберём всё то, что найдём после протоптавшейся по ним пехотной когорты. И в каком состоянии они будут, догадываетесь? Да, как-то выправят их в тылу наскоро, переснарядят, и снова в ленту, но из-за спешки выправят хреново, и затвору не хватит силёнок загнать патрон в патронник. А теперь представьте себе, что вас не манипул римский атакует, а велиты или конница, а у вас пулемёт закапризничал. У него же по патрону и затвор с возвратной пружиной.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
![]()
Я ведь упоминал уже, что за основу механизма автоматики наших тарахтелок у нас взята томпсоновская схема полусвободного затвора? Собственно, томпсон работал и в режиме свободного затвора, когда его упростили и удешевили для массового выпуска, для чего в числе прочих упрощений конструкции убрали из неё и бронзовый клин, который в пазах ствольной коробки работал как замедлитель отката затвора. Но мы подстраховались, поскольку наш патрон всё-таки значительно сильнее обычного револьверного, особенно с бездымным порохом. Для свободного затвора это уже чересчур, а с подвижным стволом, как и с газоотводом, нам заморачиваться очень не хотелось. А в целях унификации лучше иметь единую систему тарахтелок всех типов. Есть, конечно, специфические отличия для механизмов подачи патронов, поскольку у станкового пулемёта они в ленте, у ручного в диске, а у будущего автомата в рожке, но механизм автоматики и запирания ствола один и тот же. В результате по общей компоновке наш станковый пулемёт напоминает максимку ранних модификаций времён Омдурмана и Русско-Японской войны, но внутри ствольной коробки – пистолет-пулемёт по сути дела. Простой патрон, простой механизм, но патроны в него желательно пихать нормальные, а не мятые и выправленные на глазок. В идеале из фабричных пачек, а не из переснаряжённых в армейской тыловой мастерской, но всегда ли и везде ли будет такая возможность? Боюсь, что ещё очень нескоро…
– Передёрнуть затвор и выбросить негодный патрон, – заметил Бакар, – Не могут же одновременно закапризничать все три пулемёта сразу?
– Это если они у вас будут, – ответил Икер, – Вы заметили, ребята и девчата, что в ваших тактических задачах очень мало таких, в которых вам даны пулемёты? Даже там, где они бы вам по обстановке уж точно не помешали.
– Есть такое дело, почтенный.
– А стреломёт с рычажным управлением по первому курсу помните?
– Было дело! – улыбнулась Мендия, – Курсовой проект твоего старшего брата?
– Да, Волния, который распредёлён в Тарквинею. А это, я бы сказал, не самая захолустная из наших колоний, – юнкера рассмеялись, – Вот и складывайте теперь, ребята и девчата, два плюс два.
– Так это что выходит, что на службе нам не видать пулемётов как своих ушей? – въехал Кемен, – Если уж твой брат, почтенный, серьёзный производственник, полибол усовершенствованный разрабатывает по сути дела, учит нас с ним обращаться на первом курсе, а потом на Антилию отбывает служить, где у вашего с ним отца мануфактура есть – интересная у меня получается арифметика, почтенный, но какая-то она тоскливая.
– Молодец, соображаешь. Я вам скажу так, ребята и девчата. Очень повезёт тем из вас, у кого на месте службы будет хотя бы один пулемёт. А о трёх – даже не мечтайте. Ваши табельные револьверы и винтовки под унитарный патрон вы, конечно, увезёте туда с собой, но ваши солдаты, кому положен огнестрел, будут вооружены теми кремнёвыми винтовками и пистолетами, с которыми вы хорошо знакомы по первому курсу. Ну и куда вам там пулемёты, сами подумайте, если у вас там не будет патронов даже для винтовок ваших солдат? По крайней мере, в те ближайшие годы, которые выпадут на вашу службу. Как будет у тех, кто сменит вас там, центурионам вроде меня вышестоящее командование почему-то забывает докладывать, – юнкера снова рассмеялись.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Мы на практике занимались не этим, но я заметил на другом участке и детали пулемётов, и детали штампов для вытяжки гильз, – проговорил Зилар, – Значит, делаются пулемёты и наращивается производство патронов. Или это секретно?
