– Нет, Даратас, не знаешь как раз ты, – резко перебил Даратаса Ткач. – Анхельм и Ансвиль – разные вещи. Принц Мильгард сильно заблуждается, что его изыскания смогли привести его к истине. К сожалению, для части системы цельная сущность навсегда останется непознанной.
Даратас в который раз удивлённо дёрнул бровями и хотел задать вопрос, но Ткач не дал ему такой возможности:
– Ансвиль – это название мира, в котором когда-то жил мой народ. Мир, в котором мы были любимы Творцом и обласканы природой. Но он погиб. И отголоски страшной катастрофы добили остатки моего народа в момент, когда в мир явились люди.
– Гоншоны. Так ведь…
– Да, Даратас. Ты правильно вспомнил. Легенда о Слезах Феникса.
– Вельтор! Так это ты… Сын Порока. Предатель Рода. Отступник.
– У меня много имён, Даратас, – холодно произнёс Названный богом. – И многие из них выдумка или беспочвенная клевета. Если тебе несложно, называй меня просто Диор. Диор Каданс.
Даратас не удержался и фыркнул.
– Для меня ты Ткач. Остальные прозвища оставь истории. Что насчёт Анхельма?
– На языке моего народа это означает Междумирье.
Маг скривился, словно от зубной боли.
– Междумирье? – с трудом выговорил Даратас. – Ты в своём уме, Ткач? Неужели страх настолько заполнил твою душу, что ты предлагаешь бежать прочь из мира? Тебе не кажется, что проще посоветовать зайцу выпрыгнуть из собственной шкуры, когда на него охотится волк?
– Даратас, послушай! – не удержавшись, повысил голос Ткач. – Судьба этого мира предрешена! Обстоятельства сложились так, что даже Великие не в силах противится будущему. Единственное, что осталось людям – это выбор между смертью и спасением.
– И какое же спасение ты видишь? Бегство в Запределье? В лапы Тьмы и её выкормышей? Нет, Ткач. Это верная смерть, и позор. Ты говорил о выборе. Что ж, я свой выбор сделал. Я буду сражаться за этот мир. И если надо – погибну за него.
– Смерть не оставляет тебя ни на секунду. Даже сейчас она затаилась в твоём кармане.
Даратас в который раз нахмурился и медленно опустил руку в карман. Одно из двух семян стало тёплым. Вытащив его на свет, он осторожно раскрыл ладонь. Жёлтый шарик ярко сиял эльфийской вязью слова Смерть.
– На этом наш разговор окончен, – подытожил Ткач, поднявшись со стула. – В следующий раз, когда последнее Семя оживёт, сделай правильный выбор.
– Спасибо за совет, – дёрнув щекой молвил маг. – А ты останешься сидеть в крепости?
– Моё время пока не пришло.
– Понятно. Что ж, когда сильные сдаются, слабым приходится становиться сильнее. Прощай, Названный богом. Спокойного тебе созерцания, – Даратас не мог скрыть своего отвращения к тому, кого когда-то считал другом.
– Прежде, чем ты уйдёшь, ты должен отдохнуть и выспаться. К Башне Культа ты попадёшь через костёр. Просто назови нужное место, и вмиг окажешься там. А сейчас спи.
– Но я… – возмутился было маг, но сон тут же сморил его. Из ниоткуда в воздухе появилась перина, на которую магические потоки бережно опустили спящего мага.
– Тебе предстоит тяжёлый путь, – грустно проговорил Ткач, и исчез, оставив отдыхающего Даратаса в компании верного соратника – принца Ольвена, который весь разговор Ткача с магом продремал на другом конце залы в тени невысоких камней.
Маг очнулся резко и тревожно, словно кто-то выдернул его из сна. Обведя залу сонным взором, Даратас приметил очнувшегося эльфа, который сидел в дальнем углу на перине и в полном недоумении осматривался по сторонам. Сам он был одет в простую рубаху и серые штаны, а доспехи лежали рядом, аккуратно разложенные по частям.
– Мессир… – проговорил он, заметив мага.
– Да, весьма радушно приняли нас, – усмехнувшись, сказал маг.
– Я… я ничего не помню. Последнее, что осталось в памяти – наш приход в залу, этот костёр…
– Чародейство – серьёзная штука, мой друг. Ткачу посильно многое. А усыпить двух смертных – подавно.
– Так это был…
– Да, именно Ткач. Диор, Вельтор. Отступник.
– Вы виделись с ним?
– Да, – недовольно бросил Даратас. – Впрочем, это неважно. К сожалению, в такие дни слабину дают и сильные мира сего. Но хватит разговоров! Одевайся. Я же сейчас изготовлю себе небольшой душ.
– Что изготовите? – удивился эльф.
– Помыться. Думаю, Ткач будет не сильно зол, если я немного намочу его жилище, – сказал маг, и парой лёгких движений сотворил в воздухе маленькое облачко, из которого полилась тёплая вода. – Предлагаю и тебе. Здоровый дух в чистом теле!
Через полчаса, чистые и посвежевшие, спутники закончили приготовления, в последний раз проверив снаряжение. Особенно беспокоился эльф: в свойственной его народу подозрительности он несколько раз внимательно изучил каждый ремешок и застёжку доспехов, ожидая обнаружить любые намеренные повреждения. Но поиски не увенчались успехом. Ещё бы! Даратас бы сильно удивился, если бы Ткач решил ставить им препятствия на пути, мелко гадя по пустякам. Несвойственно это полубогу. Но ничего плохого в излишней предусмотрительно нет: теперь эльф будет чувствовать себя гораздо спокойнее.
– Он сказал: подойди к костру и назови нужное место, – задумчиво проговорил Даратас, изучая играющее пламя.
Ольвен молчаливо стоял рядом, опершись на красту, и недоверчиво посматривал на огонь. Как для любого неискушённого в магии, всевозможные чародейские придумки казались ему сущей воды извращением. Почему костёр? Почему не каменная плита или какой-нибудь безобидный кусок металла?
– Ты готов? – ещё раз удостоверился маг.
Эльф легко кивнул в ответ.
– Ну что ж… Тогда – Морфут Агул, Башня Культа, – произнёс маг и закрыл глаза, представляя болотистую пустошь, раскинувшуюся у подножья обиталища малефиков.
Сначала ничего не происходило. Минута, две, пять. Маг открыл глаза и нахмурился. Может, он что-то напутал? И в этот миг костёр ярко вспыхнул, поглотив сиянием мага с эльфом. Считанные секунды нестерпимого жара, и спутники оказались на влажном берегу болот.
Даратас поспешил окружить себя и эльфа множеством магических заклинаний, заготовленных перед выходом. Накладывать их перед перемещением он не стал: слишком непонятным ему казалось плетение телепорта Ткача. Потоки могли потерять стабильность после прыжка.
Когда мощные щиты окружили их тела, Даратас позволил себе оглядеться и изучить обстановку.
Высоко в ядовитое небо вздымалось шестигранное тело чёрной Башни. Окутанное лёгким туманом, исполинское строение высилось над десятками километров зловонных болот, разлившихся на выжженных землях сердца материка. Часть Башни скрывалась за грядой, на границе грязевых луж и маленького островка суши, на котором и размещалось сооружение. Судя по всему, метка портала располагалась метрах в пятистах от башни и в двух сотнях шагах от навесного моста.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
