После начала большевицкой революции в Финляндии зимой 1918 г. 1300 егерей прибыли в Суоми, предоставив себя в распоряжение генерал-лейтенанта Карла Маннергейма. Они сыграли важную роль в победе национальных сил в Освободительной войне 1918 г. и создании армии независимой Финляндии. Среди егерей были известные будущие финские военачальники – Пааво Талвела и Хъярмал Сииласвуо.
1.4.10. Оккупационная политика Германии в России
Германии не удалось добиться решающей победы над Россией и принудить ее к капитуляции. Однако немецкие войска захватили значительную территорию на востоке. 5 августа 1915 г. русскими войсками была оставлена Варшава. Отступление русской армии продолжалось три месяца и было остановлено в конце сентября после утраты Луцка, Барановичей, Вильнюса и всего Королевства Польского.
После оккупации немецкими войсками в Польше был установлен режим военной диктатуры. Страна была разделена на две зоны оккупации: германскую и австрийскую, связь между которыми для поляков была крайне затруднена, даже письма из Галиции, написанные по-польски, в германскую зону не пропускались. Граница между зонами почти совпала с границами третьего раздела Польши. Германо-австрийские власти отбирали у населения хлеб, скот, запасы хлопка, шерсти, металла. Были изъяты даже цинковые трубы из органа Варшавской филармонии.
Военные действия на территории Польши сопровождались большими разрушениями. Часть промышленных предприятий вместе с рабочими была заблаговременно эвакуирована вглубь России (около 2 млн. человек, не желавших оставаться под властью немецких оккупантов, также эвакуировались в Россию), однако огромное количество машин и станков было оставлено и вывозилось затем в Германию и Австро-Венгрию или уничтожалось. Разруха в промышленности вела к безработице. Десятки тысяч рабочих уходили в деревню или занимались случайными работами. Реквизиции продовольствия порождали голод и болезни: на улицах Варшавы ежедневно умирали от голода десятки людей, 90 % детей болели цингой.
С самого начала оккупации военные власти принуждали население оккупированной зоны производить военно-строительные работы, рыть окопы, ремонтировать дороги. Свыше 200 тыс. человек работало в принудительном порядке на постройке железных и шоссейных дорог, в военной, металлургической, лесной и горных отраслях промышленности. После неудачи с вербовкой добровольцев германские власти организовали массовый принудительный вывоз рабочих в Германию.
После возвращения австро-немецких войск в Галицию в 1915 г. здесь установился австрийский террор в отношении всех жителей, подозреваемых в «измене» – лояльности русской власти. На железных дорогах проводилась полная германизация: на службу принимались только лица, говорившие по-немецки, все остальные увольнялись, запрещалось говорить по-польски на службе, на вокзалах.
Однако вскоре германскому правительству пришлось внести некоторые изменения в свою оккупационную политику. Тяжелые сражения в 1916 г. на Западном фронте под Верденом и на реке Сомме, широкое наступление русской армии на Волыни и в Галиции истощили силы австро-германского блока. Германия переходила к обороне, ей был необходим дополнительный источник живой силы. Этот источник она увидела в населении оккупированных территорий. Обычная мобилизация была невозможна как в силу международного права, запрещавшего мобилизацию населения оккупированных стран, так и по причине неизбежного саботажа мобилизации населением, хотя после русской мобилизации и последующей эвакуации в Королевстве Польском было около 1 млн. годных к военной службе мужчин.
Оставался один выход – образование особого «польского государства». Это мероприятие, как рассчитывали германские власти, облегчило бы вербовку поляков в армию и, кроме того, дало бы повод германским военным и политикам представлять себя в качестве восстановителей свободы угнетенных народов. Некоторые политики в Германии были склонны считать, что образование вассальных государств на восточных границах Германии является лучшей формой германского продвижения на Восток. На переговорах по польскому вопросу 11–12 августа 1916 г. германский канцлер Теобальд Бетман-Гольвег и австро-венгерский министр иностранных дел Буриан договорились в целях «исправления своих границ с будущей Польшей» отрезать от оккупированных земель дополнительные куски. Было решено, что будущая Польша не будет иметь собственной внешней политики, а ее вооруженные силы будут находиться под контролем Германии.
5 ноября 1916 г. австро-венгерские власти опубликовали декларацию о создании «польского государства» и польской армии, в которой говорилось о том, что государство создается «из оторванных от русского господства областей», что это будет «союзное Центральным державам самостоятельное государство с наследственной монархией и конституционным строем», и что «организация и руководство польской армии будут урегулированы по взаимному соглашению». Однако определение границ этого государства было «отложено на будущее». Фактически «польское» государство создавалось без польских земель Галиции, без Силезии, Великой Польши, Поморья и Мазур. Его образование было ударом по сторонникам идеи соединения Королевства Польского с Галицией под скипетром единоверной католической монархии Габсбургов.
На самом деле германские власти не спешили с построением нового государства. Они спешили только с получением нового войска. Генерал-губернаторы Безелер и Кук обратились к польскому населению с призывом идти в польскую армию. 12 ноября 1916 г. было опубликовано распоряжение о создании Государственного совета и Сейма Польского Королевства. Оба эти органа фактически были совершенно безвластные, подчиненные немецкой оккупационной администрации. Это не устраивало польские партии, даже из числа сторонников австро-венгерского лагеря. И они решили в таких органах не участвовать. По этой причине Безелер и Кук выработали новое постановление, которое предписывало создание лишь Временного государственного совета, не имевшего никаких государственных функций. Его главная задача состояла в том, чтобы выработать проекты постановлений об устройстве власти будущего польского государства.
Созданный вскоре Временный государственный совет состоял сплошь из сторонников австро-венгерской ориентации. Председателем военной комиссии этого совета стал Юзеф Пилсудский. Но оккупационные власти совершенно не считались с созданной ими структурой. Все старания Совета организовать польское войско под своим началом, получить в свои руки некоторые функции государственного управления, облегчить полякам связь между оккупационными зонами, наконец, избрать регента королевства и образовать польское правительство потерпели крах. 26 августа 1917 г. Временный государственный совет прекратил свое существование.
Литва была оккупирована Германией в марте – апреле 1915 г., и оккупационный режим здесь сохранялся до капитуляции Германии в ноябре 1918 г. За три с половиной года Литва, включенная в Land Ober-Ost Verwaltung (Управление северо-восточными территориями), была практически полностью переориентирована экономически на Германию. Значительная часть литовцев оставила свои родные земли и эвакуировалась во внутреннюю Россию.
В Курляндии, которая также была занята во время немецкого наступления весны – лета 1915 г., германская военная администрация под началом генерала фон Госслера предпочитала иметь дело с местными немцами, а не с латышами, которые большей частью покинули губернию вместе с уходящими русскими войсками. Такая односторонняя ориентация на соотечественников обернулась большими трудностями для балтийского немецкого населения после капитуляции Германии. Курляндия была включена в пространство германской колонизации. Указ от 20 апреля 1917 г. командующего Восточным фронтом объявлял, что в Курляндии демобилизовавшимся немецким солдатам будут предоставлены сельскохозяйственные угодья. Для осуществления этого указа ландтаг Курляндского дворянства постановил 22 сентября 1917 г. выделить одну треть сельскохозяйственных земель губернии под германскую колонизацию. Это была месть латышским крестьянам, ушедшим в армию или эвакуировавшимся в Россию при отступлении русских войск. «Не остается никаких сомнений, что Германия готовила почву для присоединения Курляндии к своим владениям», – пишет современный немецкий историк фон Раух.
Аннексионистские планы Германии и Турции вполне проявились после Октябрьского переворота 1917 г. на переговорах с русскими большевиками и национальными государственными новообразованиями (Украиной, Грузией, Арменией, Литвой и т. п.) о заключении сепаратного мира. Столь же аннексионистские цели преследовала, впрочем, и Россия, предполагавшая включить в Империю оккупированные русской армией земли Австро-Венгрии и Турции.
