Он смотрел на смуглое красивое лицо, окруженное прядями нубийских черных волос, блестящих в свете фонаря. Рот расслаблен и утратил жестокую складку, а глаза, пустые и невидящие, смотрят в темное ночное небо.
— Билли! — прошептал Том. Он в ужасе смотрел в лицо мертвому брату, и только теперь его ноги подкосились. — Билли! Я убил тебя.
— Это не было убийство. — Большая рука Аболи легла на плечо Тома. — Но если нас здесь застанут, убийства не миновать.
И он потащил Тома вниз по лестнице.
Аболи усадил юношу в лодку и сел рядом.
Ударом сабли он перерезал канат, которым лодка была привязана к железному кольцу в причале, и схватил весла. Лодка, повинуясь сильным гребкам, прыгнула вперед.
— Стой! Сдавайтесь! — хрипло кричали с берега.
В тумане послышались шаги множество людей и голоса.
— Стойте, или я прикажу стрелять! Это королевская стража!
Аболи греб, крякая от усилий; клубы тумана окутывали лодку. Темные камни причала исчезли в кипящих серебристых облаках. Бухнул выстрел из бландербасса, послышался свист свинцовой пули. Пули градом посыпались на поверхность реки, и несколько ударили по деревянному борту лодки. Том лег на дно, оберегая раненый бок. Аболи продолжал грести, и лодка все дальше уходила по широкой реке.
Крики стражников быстро стихли позади, и Аболи перестал грести.
— Не надо на меня мочиться. Оставь своего черного питона в штанах, — взмолился Том в деланном ужасе перед знаменитым методом лечения ран, который использовал Аболи.
Аболи улыбнулся, отрывая полосу от рубашки.
— Ты не заслуживаешь такого удовольствия. Что за глупость — идти навстречу врагу, предлагая ему гинею!
Аболи изменил голос, подражая Тому.
— Гинея за поездку! — Он усмехнулся. — Он полностью выдал тебе на твою гинею. — Аболи свернул из полоски тампон и наложил его на рану. — Держи, — велел он Тому. — Нажимай сильней, чтобы остановить кровотечение! — И он снова взялся за весла. — Прилив нам на руку. До полуночи будем у Илпая.
Целый час они молчали, лодка скользила меж туманными берегами.
Аболи находил путь на темной реке, как днем. Наконец Том заговорил.
— Он был моим братом, Аболи.
— И твоим смертельным врагом.
— Но я поклялся у смертного одра отца…
— Один раз ты его пощадил. И все клятвы, данные твоему отцу, соблюдены.
— Я отвечу за его смерть в судный день.
— До тех пор еще далеко. — Аболи говорил в такт гребкам. — Подождем этого дня, и тогда я выступлю свидетелем, если твой бог согласится слушать показания язычника. Как твоя рана?
— Кровотечение остановилось, но рана болит.
— Это хорошо. Если рана не болит, ты мертв.
Они снова замолчали и молчали, пока Том не услышал, как часы на церкви на берегу пробили восемь. Он приподнялся, поморщившись от боли.
— Николас Чайлдс, должно быть, сообщил Билли, где нас найти, — негромко сказал он. — В середине нашего разговора он вдруг вышел из комнаты. И отсутствовал долго — достаточно, чтобы послать весточку Билли.
— Конечно. И отправил нас в карете не той дорогой, чтобы дать твоему брату с друзьями время подготовиться к встрече на причале, — согласился Аболи.
— Чайлдс покажет на нас как на убийц. Магистрат пошлет за нами бейлифов. У Чайлдса будет много свидетелей против нас. Стражники на причале, вероятно, видели наши лица. Мы кончим на виселице, если нас поймают.
Это было столь очевидно, что Аболи ничего не сказал.
— Чайлдс хочет получить «Ласточку». Вот почему он сообщил Билли, как нас найти. Я думал, эта свинья удовлетворилась нашей сделкой, но он захотел получить все: и груз, и корабль.
— Он жирный и жадный, — согласился Аболи.
— Чайлдс знает, куда послать бейлифов. Я сказал ему, что «Ласточка» стоит у Илпая.
— Ты не виноват. Ты ведь не знал, чего от него ждать.
Том поерзал, стараясь ослабить боль в ноющей ране.
— Билли был пэром Англии, важным человеком с влиятельными друзьями. Они сущие бульдоги. Не позволят нам уйти.
Аболи хмыкнул, не нарушая ритма гребли.
— Мы должны отплыть сегодня же, — решительно объявил Том. — Нельзя ждать до утра.
— Наконец ты увидел то, что и так было ясно, — сухо сказал Аболи.
Том снова опустился на дно лодки.
Теперь, когда решение было принято, ему стало легче. Он несколько раз задремывал, но неизменно просыпался от боли.
За час до полуночи он очнулся — ритм гребли изменился и, подняв голову, он увидел впереди в тумане стройные и прекрасные очертания «Ласточки». На мачте горел фонарь; за планширем показалась темная фигура вахтенного и резко окликнула:
— Кто там?
— «Ласточка»! — выкрикнул Том: таков традиционный ответ, когда на борт возвращается капитан. На борту шлюпа началась беготня. Едва лодка подошла к кораблю, протянулось множество рук, готовых поднять Тома на борт.
— Надо послать за врачом, — сказал Нед Тайлер, как только увидел кровь и узнал о присхождении и тяжести ранения Тома.
— Нет. За нами идет стража, — остановил его Том. — Отплываем через час. Уже начался отлив. Вместе с ним мы пойдем вниз по реке.
— Работа на нижней палубе еще не завершена, — предупредил Нед.
— Я знаю, — ответил Том. — Найдем на южном побережье безопасный порт и закончим. Плимут не годится: он слишком близко к дому. Там нас станут искать в первую очередь. Доктор Рейнольдс живет в Коувзе на острове Уайт. Это в стороне от главного острова. Там нас не станут сразу искать. Пошлем сообщение тем, кто захочет отправиться с нами, и закончим подготовку корабля, прежде чем отплыть к Доброй Надежде. — Он с трудом встал. — Где Люк Джервис?
— На берегу с женой и выводком, — ответил Нед.
— Пошлите за ним.
Люк пришел сразу, еще не вполне проснувшись. Том быстро объяснил ему, что произошло, как пришлось отдать груз Чайлдсу и как отчаянно необходимо отправиться вниз по течению немедленно.
— Я знаю, что должен вам вашу долю груза и призовой стоимости «Ласточки», я это обещал, но сейчас не могу заплатить. Я дам расписку. Возможно, я не вернусь в Англию, но пошлю вам деньги, как только они у меня появятся.
— Нет! — Слушая сжатый рассказ Тома, Люк окончательно проснулся. — Я не доверю вам такую большую сумму.
Голос его прозвучал резко. Том смотрел на Джервиса, не зная, что сказать, но на лице Люка неожиданно появилась хищная улыбка.
— Я должен отправиться с вами, присмотреть за своим долгом.
— Вы не понимаете, — грубо сказал Том. — Я отплываю в Африку.
— Мне всегда хотелось попробовать кокосовые орехи, — ответил Люк. — Дайте минутку, взять мешок. Не отдавайте концы, пока я не вернусь.
